Страница 51 из 102
Прошло ещё два месяца. Ускоряя темп, они готовили новый эксперимент. Тринити делала практически всю теоретическую работу. Делала так быстро, что казалось, будто на неё работают все учёные Земли.
Она оправдывалась тем, что всё это уже было готово в теории, и сейчас она занимается лишь доработкой. Штерн чувствовал неискренность и неправдоподобность объяснений Тринити, но старался не обращать на это внимания.
И вот машина была готова. Обычно никто не рассчитывает на успех в первом эксперименте. Первый пуск любого устройства, как правило, проходит в тестовом режиме, без какой-либо надежды на положительный исход. Но когда Штерн в ответственный момент нажал Enter, кошка исчезла в синем тумане.
Куда она исчезла, было непонятно. Запаха не было. Энергия не выделялась. Похоже, теория действовала на практике. Кошка отправилась выпрашивать «вкусняшки» у людей будущего. Проверить это можно было лишь одним путём — отправить в будущее наблюдателя.
За несколько недель до расчётной смерти от лучевой болезни доктор Штерн был отправлен в будущее, где его встретила дождавшаяся Тринити.
Будущее
Штерн очнулся в полной тишине. Он почему-то сидел в своём любимом кресле и отлично помнил, что примерно 15 минут назад ложился в облучатель, сканировал свой мозг, а затем собирался дать обратный отсчет до десяти. Ускоритель гудел в полной готовности, но доктор потерял сознание в тот момент, когда сканирование было завершено, и должен был начаться переход по времени.
Судя по всему, сейчас он уже в будущем. Очень интересно будет выйти на улицу и осмотреться вокруг. Ему как учёному не терпелось узнать, что нового изобрело человечество за это время. Всю свою жизнь доктор Штерн представлял, что будет через тысячи лет. Оглядевшись вокруг, он увидел, что его лаборатория в отличном состоянии, значит, глобальных катастроф не было, что, скорее всего, позволило человечеству развиться до неведомых высот.
Он опустил ноги в то место, где обычно находились его тапки, и не нашёл их. Он начал вставать с кресла, но не успел. Его окликнули из тёмного угла. Голос был знакомым. Когда глаза привыкли к сумеркам, он разглядел в десяти метрах от себя шикарную женщину. Она сидела на офисном стуле, положив ногу на ногу. У неё были чёрные волосы, подстриженные под короткое каре. Она широко улыбалась. Тяжело было узнать её в реальной жизни, но это была Тринити, которую прежде он видел только на экране.
— Очнулся? — спросила Тринити, вставая со своего места и выходя на свет.
— Кажется, да. Что произошло? У нас получилось? — спросил Штерн, разглядывая эту симпатичную женщину.
— Больше да, чем нет, — коротко ответила она, вплотную подходя к нему так, что он смог различать аромат её духов и с интересом разглядывать её внешность.
— Тринити, а как ты тут оказалась? Ты же была за тридевять земель от меня и всегда отказывалась встречаться.
— Если ты сможешь держать себя в руках, то я тебе всё расскажу. Надеюсь, ты поверишь.
— Постараюсь быть спокойным, если смогу, — ответил Штерн.
— Мало кто сможет спокойно отнестись к тому, что я должна тебе сказать.
— Давай без вступлений. Говори как есть, — в нетерпении проговорил Штерн.
— Если хочешь коротко, то я начну. Постарайся не перебивать, на вопросы я отвечу тебе потом. Что ты помнишь последнее? — спросила Тринити.
— Я помню, как мы с тобой сделали мой «дамп» и собирались запустить линейный ускоритель для моего облучения и переноса всех моих клеток в будущее.
— Это хорошо, значит, память сохранилась до последнего момента. Ускоритель, который мы с тобой сделали для облучения, сделал не совсем то, что ты ожидал, — тихо сказала Тринити.
— В смысле? — в нетерпении спросил Штерн.
— Ты обещал не перебивать, — мягко сказала Тринити, присаживаясь на краешек стола, в метре от Штерна.
— Ладно, — кивнул доктор, глядя на неё снизу вверх.
— Он передал твоему телу такую порцию энергии, что оно просто растворилось в воздухе. И оно не попало ни в прошлое, ни в настоящее, ни в будущее. Его не стало совсем.
— Не говори ерунду, я же сижу перед тобой, — ничего не понимая, с онемевшим лицом лепетал Штерн.
— Смотря, что понимать под словом «я». Если отнестись ко всему с философской точки зрения, то ты прав — ты сидишь передо мной. А если отнестись ко всему по-научному, то тебя нет. Точнее, твоего тела нет.
Штерн посмотрел на свои руки, потрогал себя за запястья и даже немного ущипнул себя за лицо. Удовлетворившись результатам, он улыбнулся и сказал:
— Тринити, ну, сколько можно шутить надо мной. Как это моего тела нет. Вот же оно. Всё ощущает и чувствует. Даже голова на месте. Давай закончим с шутками. Говори, пожалуйста, серьёзно.
— Я как никогда серьёзна. Успокойся. В будущее ты попадёшь, почти так, как ты планировал. Даже чувствовать себя ты будешь счастливо, когда всё подробно узнаешь. Только дай мне рассказать тебе. Можешь, конечно, постоянно перебивать и отвлекать меня, у нас с тобой теперь масса времени, — расслабленно сказала Тринити, немного склонившись к нему и положив свою руку ему на плечо.
— Слушаю, — обиженным голосом произнес Штерн.
— Можно сказать, что ты поплатился за свою беспечность. Во время многочисленных экспериментов по облучению веществ твоё тело получило такую дозу гамма-излучения, что заработало хроническую лучевую болезнь. Ты сам видел внутри твоего организма множество вирусов, бактерий и тромбов. У тебя был иммунитет как у новорождённого, которого не кормят грудным молоком. Стоило тебе задеть ручку двери, которой неделю назад касался больной гриппом, как вирус поселялся в тебе и размножался в большую колонию. По моим расчётам, тебе оставалось жить всего два или три месяца. Нужно было действовать.
— Лучевая болезнь? У неё же должны быть симптомы, — ощущая себя как во сне, спросил Штерн.
— Даже если и были симптомы, ты их не замечал или списывал на старость. Ты же очень увлекающийся человек. Ты последний раз был в больнице 23 года назад. Разве можно себя так запускать?
— Давай разберёмся, — быстро и нетерпеливо затараторил Штерн. — По твоим словам получается, что я бы умер через три месяца, поэтому ты начала действовать. Облучатель работал не так, как я планировал. Тела моего нет, оно растворилось. У меня давно лучевая болезнь, о которой я даже не подозревал. Я чувствую себя превосходно, и я здесь, в своём собственном теле. Даже ты каким-то образом оказалась в запертой на все замки лаборатории. Тебе не кажется, что здесь всё не вяжется?
Тринити хитро на него посмотрела и очень медленно провела рукой слева направо. Стены лаборатории, на которые указывали её пальцы, словно по волшебству медленно меняли свой цвет и форму. Когда она закончила свой жест, лаборатория превратилась в родной дом Штерна. Из старой обстановки лаборатории осталось лишь кресло, в котором сидел доктор. Штерн осмотрелся, его челюсть отвисла: он был дома. Стол под Тринити превратился в его домашний письменный стол.
— Я думаю, теперь тебе ещё больше будет казаться, что ничего не вяжется. Я ещё раз хочу попросить тебя поверить мне и ничему не удивляться. Когда ты осознаешь все детали того, что произошло, тебе даже понравится.
— Как ты это сделала? — с трудом произнося слова и ошарашено смотря вокруг, сказал Штерн.
— Штерн, возьми, пожалуйста, себя в руки. Ты же учёный. Давай без эмоций поговорим, и ты всё поймёшь.
— Знаешь, у меня сейчас единственное желание — убежать.
— Ты же взрослый человек с большим опытом. Потерпи и всё станет ясно.
— Хорошо. Ты говори, а я постараюсь тебя не перебивать, — встав со своего места и начав обходить комнату, сказал Штерн. Комната была настоящей. Он даже поправил одну криво висящую картину на стене.
— Значит, так. Ты был при смерти. Но перед этим мы с тобой, впервые в истории сделали сканер, который умеет делать дампы. Ключевая мысль, которую ты сейчас должен понять: ты — это дамп.