Страница 32 из 63
– Я бы не пропустила.
Разговор явно не клеился.
– Гм. Спасибо.
Вахтёрша промолчала, и я счёл за лучшее, отправиться прямёхонько в офис Ивана.
Во всех помещениях здания шла будничная жизнь. Некоторые служащие или сотрудники, уж не знаю, как правильно выразиться, были явно не слишком загружены, но те, кто занят, не обращали на них внимания. И все они не обращали внимания на меня, – я и сам начинал чувствовать себя в этом месте своим человеком. Войдя в офис на втором этаже, я сообразил, что приближался обеденный перерыв. Секретарша Ивана сидела там же, в своём уютном закутке, и пила чай. Коробка с зефиром в шоколаде была раскрыта и опустошена, в блюдце желтел остаток лимона. Девушка посмотрела на меня без удивления, будто только тем и занималась, что отправляла посетителей в квартиру босса, и спустя час они возвращались с новыми вопросами. Я присел на край стола, достал из кармана конверт, вытряхнул письмо и, развернув его, положил перед девушкой.
– Вот это он оставил для меня в своей квартире.
Она внимательно прочитала написанное, взглянула мне в лицо.
– А что значит, «если произойдёт самое худшее»?
– Он имел в виду финансовую сделку, в которой мы участвуем, – деловито заверил я. – Большего сказать не могу.
Она опять окунулась взглядом в бумагу, перечитала.
– Мне нужен ключ от сейфа.
На этот раз она не удостоила меня взглядом, перевернула письмо, как если бы рассчитывала найти ответ на некую загадку с обратной стороны.
– Я так понял, ключ найду здесь, – настаивал я.
Девушка отложила лист, помедлила. Я не мешал ей думать.
– У нас есть второй, – неохотно призналась она. – Но он опечатан. И я не знаю, чем это вам поможет. Кода сейфа всё равно никто не знает.
– Совсем никто?
Моя улыбка ей не понравилась.
– Думаете, я шучу? – Она ответила серьёзно, так серьёзно, что я поверил и сменил тактику.
– Ну что вы! Просто вы милая девушка.
– Не надо ко мне подлизываться. Я дам ключ. Но я вас уже предупредила, кода никто, кроме Ивана Алексеевича, не знает.
– Как‑нибудь разберёмся, – сказал я и ткнул бумагу. – Иначе, зачем он так написал?
Она повернулась на вращающемся стуле, отомкнула дверцу шкафчика и взяла с полки бронзовую коробочку, обтянутую шёлковым золотистым шнурком. Концы шнурка были припечатаны воском к выдвижной крышке. Передавая мне коробочку, секретарша Ивана предупредила:
– Она опечатана.
– Вижу, – сказал я и оторвал концы шнурков от печати.
Я выдвинул крышку, и ничего сверхъестественного не произошло, злобный джин не выскочил в облаке ядовитого дыма. Внутри, на бархатной подушке лежал стальной ключ, длинный, вроде гвоздя с насечками.
– Так где же сейф? – спросил я голосом врача, требующего показать больного. Только в руке у меня был не скальпель.
Девушка вышла из‑за стола, и оказалось, у неё обтянутые юбкой круглые бёдра и сильные стройные ноги. Походка тоже могла бы взбудоражить не один мужской монастырь. Она провела меня в кабинет хозяина и подвела к занимающему угол сейфу.
– Вот, – показала она.
Заметила моё внимание к её прелестям, и взгляд стал строгим, не допускающим вольностей.
– Ага, – спохватился я. – Точно этот?
– У нас другого нет.
Сунув ключ в отверстие, до упора, я сосредоточился на изучении кодового замка. Изучать, собственно, было нечего. Угадай я три цифры, сейф охотно откроет все свои тайны. Но я не был уверен, что в случае ошибки, меня не ожидает сюрприз блокировки. Тогда мне достанется кукиш с маслом. Такую вот Иван устроил мне беззаботную жизнь с дармовыми деньгами. Предусмотрительный, ничего не скажешь! И внезапно меня осенило. Если он настолько продумал эту игру, то должен оставить какую‑то подсказку.
Я стал метр за метром осматривать помещение в поисках знака, который поможет отгадать код.
– Кто открывал офис? – обратился я к секретарше.
Она взглянула на меня с удивлением.
– Ребята из охраны. У них ключи на случай пожара. – Она немного смутилась. – Иван Алексеевич не любит, когда приходит, а мы опаздываем. Нам ключи не даёт.
– Да уж, эти бизнесмены‑работодатели – они такие.
– А вы, разве не бизнесом занимаетесь? – живо поинтересовалась она.
– Бизнесом, бизнесом, – заверил я. – Только без работников и служащих. Я и спец, и жнец, и на дуде игрец.
– Разве так можно?
– Обычное дело. Но если задумаю расширяться, первой кандидаткой будешь ты.
Она уже знакомым жестом поправила пальцем непослушный локон.
– Меня пока и здесь устраивает.
Я не стал говорить, что в ближайшие дни ей придётся изменить мнение по поводу данной работы. Если только у Ивана не объявятся наследники.
– Где мне найти охранников?
– Они сидят внизу, в комнате слева от входа. Вы, её, наверное, видели. А зачем они?
– Возможно, для меня в двери торчала записка.
Без особой надежды на успех я отправился было на поиски охранника, того, который дежурил утром. Меня остановил неуверенный девичий голос:
– Но сегодня я сама пришла без пяти девять. И всё видела.
– Мне ничего не было?
– Я же отдала вам конверт.
– Я имею в виду – у входа?
– Если бы было, я сказала.
Я постоял несколько мгновений и вернулся к сейфу. Стал рассуждать вслух, надеясь обнаружить какую‑нибудь зацепку.
– Итак, охранники открывают… А где остальные сотрудники?
– Один в командировке. На Урале. Двое сейчас в другом офисе, возле складов.
– Ага. Итак охранники открывают. Вы входите и звоните, чтобы отключили сигнализацию. Офис на сигнализации?
Она пожала плечами.
– Конечно.
– И сегодня всё было в порядке? Ночью никто не пытался проникнуть?
– Нет. – Оживляясь, она понизила голос. – А кому это нужно?
– Не знаю, – признался я. – Для чего же ставить на сигнализацию?
– Мне кажется, чтобы отпугнуть. Просто они узнают, что офис на сигнализации, и не решаются.
– Кто?
– Ну, я не знаю, – она опять пожала плечами. – Бандиты, наверное.
Мне пришлось отвернуться, чтобы сохранить серьёзность.
– Разумеется. Есть бюллетень, где сообщают о постановке на сигнализацию. Они читают и не решаются…
Я осёкся, уставился в настенные электронные часы. Красивые часы в корпусе из красного дерева, они висели над входом в кабинет и стояли. Я столько раз смотрел на них и только в этот момент сообразил, что они стоят. Если бы ночью кто‑то проник для вскрытия сейфа и, как я, но светом фонарика искал указание на код, он вряд ли обратил внимание, что стрелки часов не движутся.
– А те часы, давно стоят? – я указал на них рукой и глянул на девушку.
Она посмотрела, куда я показывал.
– В пятницу шли. Когда я уходила, на них было шесть часов, время окончания работы. А почему вы спросили?
Вместо ответа я перенёс один из стульев к двери, забрался на него и снял часы с гвоздя. Сразу открыл гнездо для круглой батарейки. Батарейки в нём не было.
– Что там? – подошла и вытянулась секретарша Ивана. В ней пробудилось безмерное любопытство, она тоже хотела заглянуть в гнездо.
– Нет батарейки. – Я сдерживал лёгкое возбуждение, чтобы не спугнуть удачу. – Наверно, хотели поменять, а новой не оказалось.
Повесив часы на место, я отнёс стул к столу для совещаний. В выходные дни в офисе были только Иван и я. Вынуть батарейку мог лишь он. Теперь я увидел циферблат другими глазами. Часовая стрелка миновала цифру три, минутная застряла на девяти, а секундная проскочила до восьми.
– Но зачем … – спросила шёпотом секретарша и осеклась.
Я снова занялся сейфом, набрал одну за другой цифры три – девять – восемь. Сердце облегчённо ёкнуло, когда раздался щелчок. Я распахнул сейф и глянул внутрь.
– Опять письмо, – тихо сообщила мне девушка, как будто я сам не видел, что в сейфе лежал только белый конверт. Снаружи он был девственно чист, без каких‑либо указаний, кому именно предназначался. Зато на вложенном в него листке бумаги я прочёл следующее: