Страница 107 из 109
— А вы разве не в университете познакомились? — поинтересовался Сергей, чем спас нас.
— Д-д-да, в университете, — проблеяла я и посмотрела на маму. Кажется, она засомневалась, но больше ничего по этому поводу не спрашивала.
Ушли мы от них ближе к полуночи. Мама хотела, чтобы мы остались ночевать у них, но мне хотелось попасть домой. Соскучилась я по любимой кроватке. В дороге я уснула и вновь мне снился чудесный сон. Бабочки, цветочки, листочки. Мне снились всевозможные зверьки. Они весело резвились на лесной полянке, гоняя бабочек. Но самое интересное было то, что каждого животного или насекомого было по двое. Как у Ноя. Каждой твари по паре.
С каждым днем я влюблялась в Рому все сильнее и сильнее. Он уже давно мечтает задушить меня в объятиях, но осторожничает. Приходится ждать рождения малыша. На последнем УЗИ кроха все равно отказывался показывать свой пол, поэтому у нас в семье была небольшая интрига. Да и какая разница кто родится? Ведь главное, чтобы малыш родился здоровым. Мы и имена придумали. Если родится девочка, то назовем Дариной, а если мальчик — Демьян. Рома сначала настаивал на нормальных именах, но под моим напором сдался. Видимо вспомнив, что и у его жены имя не совсем нормальное.
Не смотря на всю радость в нашем доме, я часто замечала у Ромы приступы печали. Сначала я старалась списать все это на загруженность на работе, но потом все же решила выяснить. Мне не нравилось, когда улыбка пропадала с лица Ромы. Да и кажется он что-то скрывал от меня. Если нет, тогда почему он убирает бумаги, когда я вхожу в кабинет.
— Ром, в чем дело? — поинтересовалась я поддерживая свой огромный живот.
— О чем ты, милая?
— Что ты там прячешь? — Кивнула я на стопку бумаг, которые муженек успел спрятать. — Что ты скрываешь от меня?
— Паш, не говори глупости! Ничего я от тебя не скрываю.
— Скрываешь! Ты можешь мне доверять, Ром! Чтобы не случилось…,- и тут меня как током ударило! Я стала такая большая, неповоротливая. Секса у нас тоже давненько не было. Теперь мне все стало понятно. Мысли в голове начали шевелиться в хаотичном движении. Одна сменяла другую и приносила боль. Он меня больше не любит!
— Паша? — обеспокоился моим молчанием муж.
— А может…,- на глазах появились слезы, а губы задрожали, — ту кого-то нашел себе?
— Чего?
— Точно! Ты скрываешь от меня другую женщину. У нас давно не было секса и все чаще сидя дома ты о чем-то грустишь! — начала выговаривать я. С губ срывались все больше новых обвинений. Я просто не могла заткнуться. Все беременные такие истерички?
— Паша, Паша, остановись! — Ромка встал с кресла и легонько потряс меня за плечи, стараясь привести в себя. — У меня нет другой женщины! Зачем мне другая, если в тебе столько личностей уживается?
— Тогда в чем дело? Скажи мне! — проревела я.
Не говоря ни слова, Рома вернулся к своему столу и достал из кипы бумаг фотографию. Отлично! Сейчас я в лицо узнаю собственную соперницу. Мужчина протянул фотографию мне, но с прямоугольника на меня смотрела вовсе не женщина! На меня смотрели грустные глаза светловолосого мальчика. Никита!
Я непонимающе уставилась на супруга, ожидая объяснений.
— Я боюсь даже думать, до чего его доведет Ирина. Он до сих пор не ходит в садик, у него нет друзей и целыми днями он сидит дома, пока эта дрянь развлекается! Паша, я с ума схожу от беспокойства!
И тут я поняла глупость своей реакции. Рома переживает за Кита, а я со своей глупой ревностью и истерикой. Есть ведь в жизни вещи и пострашнее, чем потерять мужчину. Дети. Они ведь ни в чем не виноваты, а им столько всего приходится переносить.
— Ты ведь до сих пор значишься в документах, как его отец? — уверенно спросила я, совсем забыл о своих глупых догадках.
— Да, а что?
— Тогда давай заберем Никитку к себе.
— Что? — явно не поверил своим ушам Костров.
— ТО! Давай его заберем? Он же тебя отцом считает. Да и мы с ним в прошлый раз успели подружиться.
— Ты готова воспитывать чужого ребенка? — безмерно удивился мужчина. Его брови плавно поползли в верх, а глаза округлились.
— Он для тебя ведь не чужой.
— Паш, это ведь даже не мой ребенок. Ты готова на это?
— Ты любишь его как собственного сына. И я смогу его полюбить. Давай заберем его. С нами он станет таким, каким должен быть ребенок его возраста. Мы отдадим его в садик, запишем на различные кружки, накупим игрушек и книжек. Мы сделаем его детство счастливым. Исправим то, что натворила Ирина. Он будет нам помогать, когда родится малыш. Это сделает его более самостоятельным. Мы будем просить его приглядывать за ребенком пару минут и он почувствует себя ценным. Обустроим ему комнату, где он будет полноправным хозяином. Он будет расти в семье.
Рома продолжал смотреть на меня удивленным взглядом. Видимо, мои слова до не него дошли не сразу. А если и дошли, то не успели разложиться по полочкам. Мне правда хотелось это сделать. За тот короткий день я успела привязаться к мальчику. Да и жалко его оставлять такой мамаше.
— Но как мы его заберем? Ира ни за что не отдаст его!
— Мы лишим ее родительских прав!
Рома опять посмотрел на меня с удивлением. Видимо, мыслительный процесс у него остановился напрочь!
— По документам ты его отец и имеешь права забрать ребенка к себе. Не захочет отдавать, заберем сами, только с помощью суда.
— Господи, Паша! Я шокирован твоими словами! — только и смог вымолвить Роман.
— До сих пор считаешь меня глуповатой блондинкой? — усмехнулась я.
— Нет, не считаю. Давно уже не считаю. Просто твои слова меня просто… не знаю, как это сказать. К жизни вернули? Ты самая умная блондинка из всех мне известных. Хотя и не известных тоже, — рассмеялся муж и сгреб меня в объятия.
Благодаря хорошим друзьям и связям дело об лишении Ирины опекунства шло полным ходом. Женщина сопротивлялась. Видимо, не хотела потерять веревочки за которые весьма удачно дергала Рому, вытягивая из него деньги. Ирина отвратительная мать и мы смогли найти достаточное количество подтверждений этому. Например, условия в которых жил ребенок, его замкнутость (с ним поработали детские психологи), а еще показания соседей. Да и то что он не посещает садик сыграло свою роль. В общем Ирину родительских прав решили. Правда она кричала, что ребенок не Ромин, но ее истерику списали на то, что с ребенком она лишиться и финансов.
Никита быстро освоился в нашей семье. Рома в нем души не чаял, а мальчик все-таки начал называть его папа. Тогда у мужа глаза светились. А я радовалась. Скоро у нас появится еще один ребенок и мы заживем одной большой счастливой семьей. Никита с каждым днем начал задавать кучу вопросов и стало понятно, что за несколько лет жизни их у него скопилось не мало. Но один из вопросов просто выбил меня из колеи.
— А можно я тебя буду мамой называть?
Я посмотрела на мальчика и ушам своим не поверила. Конечно мы с ним проводим очень много времени вместе, но чтобы называть меня мамой… Кит продолжал на меня смотреть своими ясными глазами и ждать ответа. Улыбнувшись мальчику, я все же нашла в себе сил на ответ.
— Можно.
И тут посыпались сотни новых вопросов. Его очень интересовало, почему у меня такой большой живот. Что я такого съела, что он так вырос. Тогда мне пришлось ему объяснять, что у меня там ребеночек. Скоро он родится и у Никиты появится братик или сестренка.
— Я хочу сестленку.
— Почему сестренку? А братика ты не хочешь? — поинтересовалась я, убирая светлые кудряшки под шапку.
— Блатик у меня все машинки заберет. А сестленку я защищать буду.
— Никита, мы купим тебе много машинок, если хочешь. И никто у тебя их не заберет. Но ты же знаешь, что хорошие мальчики делятся своими игрушками?
Мальчик неуверенно кивнул.
— Тогда я хочу блатика и сестленку.
Я рассмеялась. Какой же он чудесный и очаровательный малыш. Как такого не полюбить?
Мы вышли погулять на площадку. Никитка сразу побежал кататься на горку, не забыв прихватить с собой ледянку, а я просто дышала свежим воздухом. Мимо чинно прогуливались старушки-подружки жарко что-то обсуждая. Из-за детского визга до меня долетали лишь обрывки их разговора. Но слова про меня я расслышала хорошо.