Страница 3 из 58
Из горла вырвался крик полный ужаса. Такой киношный, что аж самой было противно.
Меня накрыла истерика.
Хенрик Рой лежал на полу со сломанной шеей. На его лице застыла гримаса ужаса, а волосы стали белыми как снег от седины.
Глава 2. Кладбище
Машина Криса уже выруливала на стоянку, когда мой мобильный телефон пропищал мелодию вызова. Я бледными руками, летом позагорать как-то не вышло, достала его из кармана осеннего плаща.
— Прости, что не смог приехать.
— Ничего, Джено, Хенрик не преподавал у тебя.
Это правда, мой бывший молодой человек, а ныне друг, Джено Дей был старше меня на год. Я раз мы не одногодки, то и инструкторы у нас разные. Куратора Джено, кажется, звали Юджин… или Юстас. В общем, определенно что-то на ю.
— Я должен поддержать тебя, ты ведь с ним отрабатывала свои новые силы последнее время.
Ах, ну да, Джено я все рассказала еще в мае месяце. Даже странно, с какой легкостью я обсуждала с ним личные темы. Будто и не было между нами никаких романтических отношений.
— Все в порядке, правда. Я к кладбищу подъехала, позвоню вечером хорошо?
— Да идет. Люблю тебя.
— И я тебя — ответ был машинальным, но мой спутник рядом напрягся и сжал руль.
Я ткнула пальцем в экран и перевела глаза на сосредоточенного Криса.
— Как там Джено? — пробубнил он.
— Давай не сейчас.
— Ох, прости, это ведь больше не мое дело — бросил он.
Если бы сарказм можно было превратить в золото, то за последние несколько месяцев мы бы с Крисом обогатились.
— Ты закончил?
— Да — резко бросил он, грубым голосом.
Отлично.
Я вышла из машины. Вернее выскочила как пробка из бутылки шампанского и почти бегом направилась по газону к могиле. Подальше от Криса. Петляя между надгробиями и застревая каблуками в грязи, я старалась не думать о том, что сегодня обещали ливень.
Мои приготовления к походу на похороны вообще были какими-то сумбурными. Впрочем, как и все последние три дня. После того как я нашла Хенрика Роя в тренерской комнате, я только и делала, что отвечала на вопросы кого не попадя. Полиция, охотники, друзья, родственники беспрерывный поток любопытных носов. Вопросы родственников были еще более или менее логичными, хотя и эта уверенность как-то ослабла после звонка троюродной внучки, которая думала, что ее деда звали Герман.
Последнее время я почти не спала, поэтому мое и так бледное лицо украшали два огромных темных пятна под глазами. Из одежды на мне были пара туфель с небольшими каблуками, юбка-карандаш, темная рубашка и черный плащ. Косметику я использовать не стала вовсе, а на голову одела серый ободок. На выходе Крис буркнул что-то про семейку Адамс, но я чувствовала, что ему нравится то, как я выгляжу.
Здесь между деревьями и могилами было тихо. Мы находились на волшебной части кладбища. Тут покоились только маги, поэтому случайных свидетелей слегка необычных похоронных обрядов не наблюдалось.
Я руками пыталась пригладить растрепанные темно русые волосы, доходящие мне теперь до поясницы, но крупные кудри от этого еще сильнее разметало по плечам. Ладно, плевать, я пришла сюда, чтобы проститься с учителем, а не думать о том, как я выгляжу.
Впереди, в свете редких лучиков солнца выглядывающих из-за туч, показалась толпа людей. Я прибавила ходу и неожиданно поняла, что все это время Крис от меня даже не отстал. Хотя чего я ожидала от парня с его ловкостью и реакцией? Для обычных людей чуть не за магию считается поймать, скажем, кружку, падающую со стола. Ну, а вот для моего хозяина труда это совершенно не составило бы.
Слегка сбоку от толпы стояли трое: Нинет, Рикки и Чарна. Они задумчиво перешептывались, и я ощутила уже привычный укол ревности. Последнее время они часто проводили досуг вместе. Меня слегка смущало это, учитывая, что восемь месяцев назад, врага страшнее и невыносимее Нинет Стоун я и представить не могла. Теперь, правда, могу.
Я прибавила шагу и оказалась рядом с ними. Чарна чмокнула меня в щеку, Рикки приобнял, а Нинет… ну это Нинет. Мы кивнули друг другу и даже улыбнулись уголками губ. Трудно быстро наладить отношения, с человеком которого привык ненавидеть.
Чарна, как обычно выглядела с иголочки. Полусапожки, изящные брюки в обтяжку и стильный жакет, смотрелись ну очень красиво. Ее каре, как будто только из салона, украшала заколка в виде ящерки. Я подмигнула ей, указав рукой на этот аксессуар. Она немного растерянно кивнула и снова обратила внимание на мрачную толпу вокруг нас.
Рикки решил ограничиться темной рубашкой и приличными брюками. Учитывая, его несметное количество футболок в шкафу я удивилась, что у него вообще подобные вещи имеются. Мой друг был не из самых изящных людей планеты.
Рикки провел пятерней по кудряшкам, и озорно мне улыбнулся еще больше, прижав к себе, так он успокаивал меня. Или себя.
Нинет, казалось, еще больше выбелила себе волосы. Привычная красная прядь с правой стороны теперь казалась павлиньим пером на белоснежной простыне. Ее льдисто-голубые глаза безучастно и отрешенно взирали на гроб и окружающих людей. Я знала, что ей больно. За своим каменным выражением лица, она прятала свои чувства. Сестра Криса, конечно, была той еще стервой, но Хенрика любила и уважала вполне искренне. За показатель можно было даже взять то, что Нинет, выглядящая, как правило, совершенно не в тему, сейчас, надела строгое черное платье и деловой серый пиджак. Для незнающих ее людей, это показалось бы само собой разумеющейся вещью, но только вот Нинет Стоун не ради каждого бы так поступила.
Я перевела глаза на собравшуюся толпу. Какой-то мужчина в прямоугольных очках распинался о том, каким замечательным был Хенрик Рой. Он вещал про неоценимый вклад в образование молодых подрастающих магов. Про невероятное мастерство в магических искусствах. Да он был великолепным, да только вот ты с ним не был знаком, и тебя послали из парламента или штаба.
Здесь собралась наша группа, которую Хенрик выпустил в начале года. Кроме нас четырех были еще пять человек. Они скованно покивали, а я решила проигнорировать их, теперь, предвзятое отношение ко мне. Я все-таки «шестерка», а каким бы не был ты свободолюбивым, ты все равно со временем привыкнешь к неволе.
Лопоухий парень по имени Грегор сделал пару шагов от меня подальше. Будто я стала прокаженной. Стало немного обидно. Ведь я помню, как застала его плачущим несколько лет назад, за стойкой возле Боба. В тот день Нинет разозлилась и ударила его током, потому что Грегор наступил ей на ногу. На этом дело не закончилось. В итоге Нинет подняла его на смех, и он завалил какой-то тест. А ведь этого урода еще успокаивала!
Когда речь кончилась, заиграла траурная музыка. На похоронах ведьмаков ее исполняли музыкальные инструменты без музыкантов, которые парили сами по себе в воздухе. Я поежилась, лишь бы не натворить чего на эмоциях.
Контрабас дергал струнами сам по себе. Пианино играло клавишами, будто за ним сидел невидимый призрак. От всего происходящего дух захватывало.
Крис в метре от меня напряженно смотрел на какую-то женщину с высокой прической и неуместной розовой помадой. Я вопросительно подняла брови, на что он небрежно махнул рукой. Ну, хорошо скрывай дальше, все равно потом выпытаю.
Нам велели взять по горсти земли и кинуть вниз на гроб. У меня начали собираться в глазах слезы, и я почувствовала, как Чарна сжала мою свободную руку. Вдруг стало отчаянно одиноко. Так странно ведь всего пару дней назад мы планировали даты занятий. А занятий с ним больше никогда и не будет… это так странно и неправильно.
Мы кинули темные влажные катышки камней и земли одновременно с Чарной. Они с глухим стуком дарились о крышку гроба. Я вздрогнула и, поджав губы, отошла, дав место вдове Хенрика.
Тучная женщина лет сорока пяти вежливо улыбнулась мне, но поспешила отойти в сторону. Что поделаешь? Я все еще «шестерка».
Кима Рой воспитывалась в такой же семье, как и я. Чопорные, надменные и совершенно не признающие какие-либо общечеловеческие нормы. Часто в таких семьях есть невероятно мерзкая особенность считать себя выше остальных. От подобного воспитания, если честно трудновато избавиться. Не будь у меня друзей, таких как Рикки, Чарна и Джено, я, наверняка, вплоть до отбора относилась бы к «шестеркам», как к грязи.