Страница 51 из 77
– Да? – отозвался Брико, которого выгодная сделка привела в превосходное расположение духа. – Надеюсь, вы не заставите меня снова стеречь эти проклятые ящики?
Сибуле покачал головой:
– Нет, он хочет, чтобы вы доставили их в Гавр.
– В Гавр? – вскричал ошарашенный Брико. – Да ведь река скоро встанет!
– Не встанет до пятнадцатого декабря, точно, а может быть, и позже, – возразил Сибуле. – Вы успеете добраться до Гавра и вернуться обратно.
– Мне нужно подумать, – сказал Брико. – Мне нужно по крайней мере два человека и…
– Nein! – отрезал Феррандо. – Heute! Сегодня! Сто лифроф, мэтр Прико! Сто лифроф!
Было видно, что сумма поразила Брико. Он вытаращил глаза и отхлебнул из своего стакана.
– Сто ливров, – подтвердил Сибуле. – Десять получите сразу.
Не всякий речник зарабатывал такие деньги за целый сезон. Брико спросил, что же хранится в ящиках.
– Ткацка машин, – ответил Феррандо, скрещивая пальцы. – Фы понимать? Ткацка!
– Ладно, тогда договоримся на завтра, – сказал Брико. – Дайте мне время найти помощников.
– Ф который час? – спросил Феррандо.
– В восемь утра, у баржи.
Феррандо кивнул и отсчитал десять ливров, затем пододвинул монеты к Брико.
– Слово чести, – сказал Брико.
– Молшание? – осведомился Феррандо.
Брико не понял. Сибуле объяснил, что об этом деле не следует распространяться. Брико кивнул и обменялся рукопожатием с обоими.
Сделка состоялась.
– Я все-таки беспокоюсь, – сказала Жанна. – А если этот человек проболтается?
– Не проболтается, – отозвался Феррандо, – но риск, конечно, есть. Однако избежать его мы не можем. В любом случае я сяду на эту баржу.
– Жозеф, – сказала Жанна, – поедем за баржей по берегу, в повозке.
Жозеф на мгновение задумался.
– Почему бы и нет? – воскликнул он.
И ушел искать повозку.
На следующий день, поцеловав Деодата и предупредив кормилицу, что уезжает на пару недель, Жанна села в повозку, нанятую Жозефом. Феррандо же отправился на мост Менял.
Баржа, особенно такая большая и тяжелая, как "Прекрасная Катрин", не могла двигаться со скоростью повозки, поэтому было решено встретиться для начала в Пуасси, где Жанна с Жозефом подождут Феррандо. Они поехали по дороге вдоль Сены. Несколько раз за день они останавливались и ждали. Жозеф выходил на берег и смотрел, как Феррандо машет им руками в знак того, что все идет хорошо. Ночью баржа пришвартовалась в Верноне. В темноте двигаться по реке было опасно: суда могли столкнуться друг с другом, хотя каждое имело большой фонарь на носу и на корме. В Верноне все и заночевали.
Феррандо продолжал ломать комедию и сохранял свой немыслимый акцент.
Жанна спала плохо. Ей не удавалось прогнать глухую тревогу. Она не верила, что никто не заметил, как увезли эти драгоценные приспособления. От Сибуле она знала, что Париж кишит шпионами.
Встала она рано, задолго до рассвета. Быстро покончив с утренним туалетом и выпив только стакан воды, поскольку харчевня постоялого двора еще не открылась, она направилась к находившемуся в отдалении берегу. День едва занимался, все вокруг выглядело серо-голубым. Было очень холодно. На краю узкого причала, где была пришвартована "Прекрасная Катрин", она заметила две фигуры. Мужчины. В черном. Неподалеку стояли две лошади, привязанные к деревьям.
Сердце ее заколотилось. Чтобы появиться здесь так рано, они должны были скакать во весь опор. Из Парижа. Должно быть, их предупредили через несколько часов после отплытия Феррандо. И они рассчитали, что баржа остановится в Верноне. Спешка была свидетельством их решимости. Судя по всему, они прикажут Брико выгрузить ящики и доставят их в Париж. Они приехали только что: наверное, ждали рассвета, чтобы призвать лучников. Наверняка они арестуют Феррандо. Самозваный немец будет разоблачен. Его сообщники тоже: Жанна де л'Эстуаль, которую уже судили по обвинению в колдовстве, и Жозеф де л'Эстуаль, крещеный еврей. Все это вызовет громадный скандал. Суд проигран, еще не начавшись: никогда судьи не осмелятся пойти против Сорбонны.
Феррандо был отныне управляющим наследством Жака. Она потеряет все: жизнь и имущество. И Жозефа вслед за Жаром.
Все.
В какую же авантюру она ввязалась!
Она не сводила глаз с фигур в черном. Один был коренастым, а второй более хилым.
Жанну охватило отчаяние. Жизнь ее может оборваться здесь и сейчас. На счету каждая минута. Каждая секунда. Но что делать?
На земле валялся багор. Вода была ледяная, это угадывалось по туману, превращавшемуся в изморось.
Подняв багор, Жанна медленно двинулась к причалу. Они ничего не услышали. Туман скрадывал звук шагов. Она стремительно бросилась вперед и столкнула коренастого в реку.
Упавший закричал. Он барахтался в воде, стараясь ухватиться за корму баржи. Второй, ошеломленный, повернулся. Женщина! Жанна столкнула в воду и его. Он тоже закричал. Его уносило течение. Внезапно первый перестал цепляться за жизнь и камнем пошел ко дну. Возможно, из-за судороги. Второй пытался выбраться на берег. Она наклонилась и оглушила его ударом багра. Он захлебнулся.
Жанна кинула багор туда, где нашла его, и стала смотреть, как два тела уплывают вниз по течению. Через час их снесет к Андели. Она вернулась на постоялый двор, в лице у нее не было ни кровинки. Харчевня по-прежнему была закрыта, огонь еще не разжигали. Бесшумно ступая, она поднялась в свою комнату.
Жозеф проснулся. Он с изумлением смотрел на нее, полностью одетую и с искаженным лицом.
– Что случилось?
Она села на кровать, не ответив.
– Жанна?
– Потом скажу.
Час спустя "Прекрасная Катрин" снялась с якоря. Феррандо в прекрасном настроении расхаживал между ящиками. Он весело помахал Жанне и Жозефу.
Жозеф с удивлением посмотрел на двух привязанных лошадей и устремил вопросительный взгляд на Жанну. Как и ранним утром, она не ответила ему. Он задумался.
3 Гавре они остановились на одном из постоялых дворов. )Канна сказала Феррандо только одно:
– Надо действовать быстро, поверь мне.
Он взглянул на нее с любопытством и исчез до вечера. Вернулся очень довольный.
– Жаль поднимать вас с петухами, но если желаете посмотреть, как ящики отправляются в Роттердам, приходите в шесть утра на Церковную набережную и отыщите голландское трехмачтовое судно "Кеес ван Дуйль".
– А ты?
– Естественно, я отправляюсь с грузом. С вами прощаюсь до моего возвращения в Париж, то есть до весны. Но напишу я вам гораздо раньше. Хочу посмотреть, каковы намерения Шёффера. И какого мастера удастся мне найти. В любом случае, где бы ни была устроена печатня, это громадное дело. В поддержке моего дяди я уверен. Мы все трое входим в долю.
Жанна настояла на том, чтобы присутствовать при погрузке. Она хотела убедиться, что ее отчаянный поступок в Верноне был совершен не напрасно. Она и Жозеф ждали до девяти часов, когда "Кеес ван Дуйль" снялся с якоря. Никто из людей в черном так и не появился.
Феррандо, облокотившись на перила, размахивал шляпой. Жанна подняла руку, а Жозеф шляпу. Они не сводили глаз с корабля, пока тот не исчез в море.
Оборудование для печатни находились отныне вне досягаемости Сорбонны.
22 Встреча в Страсбурге
Неужели всегда нужно, защищая благо, творить зло? Жанна говорила так хрипло, что сама не узнавала свой голос. Опечаленный Жозеф сидел на кровати. После возвращения из Гавра Жанна слегла. Она подхватила простуду в ледяном тумане Вернона, и обратный путь оказался для нее тяжким испытанием.
Она все рассказала Жозефу. Про Дени. Про лазутчиков Сорбонны.
– Благорожденный всегда хочет творить добро, – ответил он. – Нет ни одного человека, сколь бы порочным он ни был, который не считал бы деяния свои благими. Ибо он стремится продлить свою жизнь, а всякая жизнь есть безусловное благо. Но чем значительнее цели, тем больше препятствий на пути. И чем выше ставка, тем больше риска.