Страница 4 из 24
— Н-ну… возможно! Если будет доказано окончательно, что эти самые пресловутые параллельные миры существуют, и что туда, — в них, — можно попасть. Как ты наверняка знаешь, попытки проникновения были, но никто не вернулся обратно, чтобы рассказать есть они или нет.
Сергей развёл руками и сконфужено признался.
— Я действительно не знал, что такие попытки были. Как — то эта тема была далеко за пределами моих обычных поисков.
— Дать список ссылок? — тут же оживился Гюнтер.
— Извини, но уже как бы поздно… Вот вернёмся, тогда посмотрим.
В этом «вернёмся», заключалась некая почти религиозная вера космодесантников. Никто бы из них не заикнулся насчёт того, что можно и не вернуться. Все говорили твёрдо — «Вернёмся!».
И это «Вернёмся!» часто действительно давало сил им выжить даже в самых невероятных и гибельных обстоятельствах. Так что друзья Сергея восприняли этот пассаж с пониманием. Тем более, что даже если кому — то из них самих повезёт участвовать в этой безумно сложной операции по остановке войны на самой планете Ёс, то только на вторых ролях. На острие, как всегда, в самом аду, — космодесантники.
— Лады! Ну я побежал? — Гюнтер вопросительно посмотрел на обоих.
Пока разговаривали, вышли уже в широкий главный кольцевой коридор и остановились на перепутье. Остальные звездолётчики их просто огибали спеша по своим делам. Да и им самим тоже надо было уже идти каждому в свой отдел. Готовиться к распределению по ролям и местам. Скоро встреча со звездолётом Ирби.
— Давай! — Сергей поднял в приветствии руку, тем самым знаменуя конец разговора. Роман молча присоединился к этому ритуалу.
Друзья ударили по рукам и разошлись каждый своей дорогой. Нужно было сделать очень много, перед тем, как начнётся непосредственная подготовка к десанту на Ёс.
Следующие несколько недель прошли в лихорадочной подготовке к десанту. В это время два огромных экспедиционных звездолёта разных цивилизаций спешили навстречу друг другу. Местом встречи был выбран тёмный и старый как сама вселенная красный карлик, случайно затесавшийся среди молодых звёзд окружающих кластеров. Он спокойно дрейфовал в пространстве держа курс почти перпендикулярно плоскости Галактики, как очевидно, несколько миллионов лет назад свалившись в гущу голубых звёзд и горячих туманностей диска из обширного галактического галло.
Был выбран не потому, что находился почти в центре яркой эмиссионной туманности, не потому, что планеты, которые вращались вокруг него были таковы, что были совершенно никчёмные — пара газовых гигантов, и покрытых толстой ледяной корой спутников, — не потому, что даже с научной точки зрения она никому не была интересна и, поэтому никому из прочих цивилизаций кластера не взбредёт в голову туда лететь, а потому, что находилась та унылая планетная система посередине расстояния, которое разделяло звездолёты.
Почти весь экипаж и весь научный коллектив «Пегаса» интенсивно тестировали по методикам, переданным со звездолёта Тёмного Клана Ирби. Идея подмены аборигенов принадлежала Ирби, они же и проводили скрытно соответствующие исследования на Ёс, чтобы после этого у них на руках было не просто просьба о помощи, но и в багаже предложений — конкретный способ спасения. Проработанный и готовый к исполнению. Вообще, сама ситуация, в какой оказалась экспедиция была вдвойне необычна. Не только катастрофа, надвигающаяся на кластер, не только необычность предложения Тёмного Клана Ирби, но и сам факт того, что Ирби делятся технологиями, которые они ранее никогда и никому не только не предлагали, но и не говорили что они вообще существуют. Обычно, между крупнейшими диаспорами цивилизаций Кольца, обмен знаниями и технологиями был довольно свободным. Все были примерно в курсе того, какие у кого есть достижения. Описания этих достижений и открытий составляли большую часть объёма межзвёздного обмена информацией по Великому Кольцу.
Но в этом случае, вероятно, был какой — то особый запрет, табу у Ирби, если они ранее о ней даже не заикались. И только необходимость спасения большого количества не просто разумных, а целых цивилизаций местного кластера, заставила их вытащить из загашников эти тайны, наплевав на табу.
Психоскульптор «Пегаса» все эти дни ходил в, мягко говоря, ошарашенном виде. Да, эти технологии относились к его сфере компетенции, но, как он же не переставал повторять, методики Ирби были куда как более глубоки, нежели те, что знал и применял он сам. «Маски», что часто использовали космодесантники для общения с представителями иных культур и цивилизаций, по сравнению с этими технологиями, по его словам, выглядели детской поделкой, рядом с произведением высокого искусства.
За бортом звездолёта медленно менялись виды. За неделю полёта, одна из ярких туманностей, что была несколько в стороне от ранее запланированного маршрута, разрослась на полнеба, раскинув в стороны как гигантский спрут толстые жгуты сияющих всеми цветами радуги горячих газовых шлейфов. С десяток ближайших голубых звёзд раскаляющих своим яростным излучением эти массы газа, теперь проглядывали как бы исподтишка сквозь их радужную вуаль. Света было от них столько, что на верхних палубах, где были не экраны, а большие толстые панорамные иллюминаторы, даже дополнительного освещения не требовалось. После смен, люди часто собирались в этих местах просто полюбоваться этим поразительной красоты зрелищем. И чем ближе подлетал звездолёт к месту встречи, тем чаще и больше люди приходили туда.
Скоро к свету туманностей и голубых звёзд прибавились рыжие сполохи излучения старой звезды, притащившей из глубин межгалактического пространства и времени своё древнее семейство окоченевших от холода планет. Толстая ледовая броня спутников двух газовых гигантов, что составляли планетную систему этой звезды — старожила, играла всеми цветами радуги. Ибо все небеса были гигантской радугой. Газовые гиганты, давно остывшие и прекратившие бурление атмосфер, расцвечивавшее их собратьев помоложе разноцветными полосами мощных атмосферных потоков, тоже, на фоне всей этой феерии выглядели симпатичными перламутровыми шариками.
Капитан «Пегаса», как и все на звездолёте не лишённый известной доли эстетических чувств, аккуратно подвёл крейсер к одному из этих «шариков», и положил его орбиту точно в плоскости многочисленных спутников. Теперь с одой стороны светила отражённым светом снулая атмосфера местного газового гиганта, а с другой, на фоне ярких завитков туманностей скользили его ледяные спутники. И только один из этих спутников, раз в двое суток проскальзывал под звездолётом, проходя по более низкой орбите и обгоняя его.
Звездолёт стал в положение гравитационной стабилизации — носом к планете, кормой к звёздам — и выключил маршевые реакторы. «Пегас» прибыл чуть раньше своего собрата из Тёмного Клана. Оставалось только ждать, да и то недолго. Вот — вот из раскалённой радуги окружающих туманностей должен был вынырнуть корабль цивилизации, с которой ранее земляне никогда прямых контактов не имели. Это добавляло некоторый ажиотаж. Одно дело знать, что где — то там, среди звёзд есть древняя, мудрая и широко раскинувшая по звёздам свои колонии, цивилизация, а другое дело — увидеть их воочию и вблизи.
А тем временем, подготовка к спасательной операции шла полным ходом.
На счету оказались все, кто мог в той или иной мере участвовать в предстоящей операции. Необходимо было отобрать примерно пятьдесят человек, кто дальше пойдёт на место аборигенов Ёс. Космодесантники, естественно подходили все и среди них пришлось тянуть жребий, так как часть просто обязана была остаться в резерве. Меньшая часть.
Оставшуюся часть людей, необходимых до нужного количества, рассчитанного специалистами обоих звездолётов, добирали из экипажа и учёных. Те, кто подошёл по тестам, ходили гоголем. Коллеги же тихо завидовали, надеясь что в самый последний момент и им может быть случится поучаствовать. Просто наблюдать со стороны, как кто — то геройствует, рискует жизнью — было тягостно для любого остающегося на борту.