Страница 244 из 286
Высоко над бездной взлетев,
Упал на темя горы;
На девять сажен
Землю пробив,
До бедер в камне увяз.
Там лежал он,
Едва дыша,
В человеческом виде своем,
Ударом
о
б землю оглушен,
Еле-еле ресницами шевеля.
Тяжело гудело
Темя его,
Горело его лицо;
Из трещин кожи
Брызгала кровь,
Звон не смолкал в ушах;
Ныли все суставы его,
Но был он жив, невредим.
Три исполина богатыря,
Три Стража Смерти, как гром,
Из трех могучих глоток своих
Испустили радостный крик:
— Чист он, сын небесных айыы,
Ни в чем не повинен, видать!
Этот парень
На всей земле
Равного себе не найдет…
А как только отдышится он,
Да как с духом опять соберется он,
Да если опустится он
В пропасть, в подземный мир,
Где племя гнездится
Ап-Салбаныкы,
Да если без робости он
Потягаться силой решит
С чародеем Алып Хара,
Да если его в бою победит,
То навеки в трех великих мирах
Утвердит он доброе имя свое!
Подымется выше каменных гор
Толстая слава его! —
Так Три Стража,
Между собой рассудив,
Нюргун Боотура кругом оправдав,
Обратились грозно
К Уот Усуму,
Молвили сурово ему:
— Теперь твой черед
Садиться верхом
На Халбас-Хара вихревой,
Очищать себя от грехов! —
Самый отчаянный удалец
В племени абаасы,
Обманщик и клеветник,
Не боящийся ничего,
Хоть и пойманный в воровстве,
Умеющий отпереться всегда,
Самый матерый в злобном роду
Адьараев-богатырей,
Самый лютый среди врагов
Солнечного рода айыы,
Видя, что час испытанья настал,
Попятился невольно назад,
Всем огромным телом своим задрожал
Судорожно у него
Дюжая изогнулась спина;
Как от простуды, заныли вдруг
Толстые кости его…
Мороз от страха
По коже подрал,
Дух его в расстройство пришел,
Ужас его охватил,
Когда со свистом над ним пронеслось
Вихревое увертливое вервие
Огненного Халбас-Хара,
Когда вскипело грозной волной
Бескрайнее перед ним
Море Энгсэли-Кулахай.
Величественно вздымалось, гремя,
Ненасытное лоно его;
Высокой волной взлетал
Кипящий бурный прибой,
Играя вспышками синих огней,
Алея кровавой пеной своей…
Неистово ломится в берега,
Неустанно о скалы бьет,
Яростно крушит крутизну,
Прыжками могучими высоко
Взлетает над береговою грядой
Море Энгсэли-Кулахай…
Нераскаянный вор и злодей,
Всеми проклятый негодяй,
Даже злобной своей родней
Изгнанный Уот Усуму
От ужаса изменился лицом,
Так вспотел, что испарина от него
Облаком поднялась…
Опечалился он, головой поник,
Тяжко начал
Трудно вздыхать,
Начал как перед смертью икать;
Широко разинул
Черную пасть,
Завопил,
Разразился мольбой.
СТИХ 273
УОТ УСУМУ
Аарт-татай! Вот оно!
Посмотрите-ка, богатыри!
Буйа-буйа-буйакам!
Буйа-буйа-дайакам!
Видите или не видите вы,
Какая мучительная предстоит
Тяжкая участь мне?
Я, обиженный родом айыы,
С чистой совестью,
Неповинный ни в чем,
Должен очиститься от греха,
От неведомой мне вины.
Только за то, что оговорен,