Нюргун Боотур Стремительный

Этому не бывать вовек!

Не для бесчестья на свет

Рождается человек.

Жеребенок дикий в степи

Для лучшей доли рожден.

Не дано нам — живущим знать,

Где нам жить

И где пропадать.

Вот когда пройдет

Условленный срок,

Вновь я с ним

Поединок начну.

Снова крепко схватимся мы,

Спины будем

Друг другу ломать,

Друг у друга на дюжих боках

Кожу толстую разрывать;

Иль себя я не пощажу,

Или насмерть его уложу.

Друг у друга

Длинные кости мы

В осколки превратим,

Друг у друга

Короткие кости мы

В мелкую шугу сокрушим.

Кажется, он и сам,

Как человек живой,

Кожу носит на теле своем,

Которую можно пронзить…

Кровь по жилам его течет,

Которую можно пролить…

Убивающей воинственный дух

Усталости, как у людей,

Подвержены мышцы его,

Железные мышцы его.

Пока один из нас

Не окажется наверху.

Пока другой из нас

Не окажется внизу,

Прикован смертью к земле, —

До тех пор мы будем бой продолжать,

До тех пор я не отступлю.

И пусть — если мне суждено —

Сокрушится шея моя,

Разорвется сердце мое…

Это — твердое слово мое,

Это крепкая мысль моя! —

Так подумал Нюргун Боотур

И двинулся вверх —

По кровле крутой

Покрытого толстым льдом

Дома Уот Усутаакы,

Кого никто еще не уличил

В разбое и воровстве,

Чье своеволье и злобный дух

Никто еще не укротил.

На кровле дома

Нюргун Боотур,

Как прорубь во льду вековом,

Отверстие увидал.

В темном отверстии том,

В той горловине крутой

Лестница кованая вилась;

Кровь на лестнице запеклась.

Это вход был

В проклятый дом.

Прославленный богатырь,

К провалу лестницы ухо склоня,

Прислушиваться стал.

И вот — из глубины ледяной —

Послышался ропот ему,

Послышался плач и стон,

Печальный, тихий напев,

Голос пленницы абаасы,

Дочери улусов земных.

Этот голос, как молния, пронизал

До костного мозга тело его;

Этот прид

у

шенный плач

Душу его потряс.

Сжалось сердце богатыря,

Жалость его обожгла.

Прислушиваться к песне он стал

И такие слова различил.

СТИХ 141

ПЕСНЯ ЖЕНЩИНЫ

Ыый-ыыйбын! Аай-аайбын!

Прежде не знавшая слез,

Плачу и плачу я…

И откуда такая беда?

И откуда такая напасть?

А когда я на свет родилась,

А когда я росла без забот

Среди солнечного народа айыы

С поводьями за спиной,

Поддерживаемая

Силой небес

В радостной щедрой отчей стране,

Не думала я тогда,

Что буду разлучена

С ясным, белым солнцем моим,

С матерью изначальной землей,

С домом моим родным!

О! Горько,

Обидно мне,

Что я в жертву обречена

Чудовищу-абаасы,

Что насильно унесена

В бедственный Нижний мир!

Родичи солнечные мои,

Видите ли меня?

Слышите ли меня?

Не гадала я в те года —

Когда в холе, в счастье росла,

В радости, в веселье цвела,

Средь свободного народа айыы,

Что похищена буду я

С лучистого лона

Отчей страны,

С зеленеющих луговин,

С золотистых ее долин,

Где в мареве синем

Тонет простор

Бескрайней средней земли!