Нюргун Боотур Стремительный

Огонь полыхнул.

Из бездонной погибельной глубины

Клубящийся вихрь взлетел,

Будто шумные вздохнули мехи?

Кузнеца Куэттээни,

Вылетел из непроглядной мглы,

Крыльями порождая шум,

Чернопегий ворон зловещих небес.

Глазами огненными блеснув,

В полнеба пламенем полыхнув,

Птица огромная с высоты

Опустилась,

Раздался гром,

Будто с грохотом каменная скала

Разлеталась вдребезги

Щебнем, дресвой…

Такой был грохот и гром,

Что лопнула бы от него

Шкура на лапах и на голове

Медведицы матер

о

й.

А как дым улетел,

Как пыль улеглась,

Увидел Юрюнг Уолан

Удивительную адьарайскую дочь…

Порожденье бездны,

Исчадие тьмы,

Страшная ведьма подземных глубин,

Скособочиваясь боком одним,

Подолом крутя вихревым,

Хвостом клубя дымовым,

Плечи острые подымая,

Пальцы когтистые простирая,

Кривыми коленьями перебирая,

Приоткрывая железный клюв,

Поворачивала туда и сюда

Черное задымленное лицо.

Свирепая девка лихая,

Кровожадная

Кыскыйдаан Куо,

Щеголихой у племени абаасы

Прослывшая за три тысячи лет,

То изгибала игриво она,

То вытягивала горделиво она

Семисаженную шею свою;

Чтобы по нраву прийтись жениху,

Она подтянула, подобрала

Свой оттопыренный зад;

Так и этак старалась она

Выпрямить искривленный хребет,

Выпячивая живот,

Чтобы выглядеть важной хотун.

Бойко вихлялась, вертелась она;

Брякая, болтались на ней

Ожерелья из позвонков

Девяти шаманов древних времен;

Бренчали на поясе у нее

Подвески из челюстей десяти

Шаманов седых времен;

Постукивали бусы ее

Из коленных чашечек и кистей

Семи шаманок былых времен,

Восьми шаманок иных времен…

Распахивался, вихрем свистя,

Радужный ее сарафан,

Сшитый из кожи,

Содранной с ведьм…

Взлетали полы шубы ее

Из содранных с падали шкур,

Клочья кожи гнилой

Летели кругом,

Подымалась густая пыль…

Целоваться, видать,

С женихом захотев,

Звонко чмокала

Клювом железным она,

Воздух всасывая

Со свистом в себя,

Синим щелкая языком;

Обниматься, видать,

С женихом захотев,

Руки с хрустом

Протягивала она,

Растопыривая когти свои,

Как десять кривых

Верхоянских кос.

Пригибаясь низко к земле,

Пристально из-под ладони она

Высматривала жениха,

Да никак разглядеть не могла.

Трижды взглядом скользнула она

По макушке высокой горы

И опять разглядеть не могла,

Знать, не метко взгляд навела…

Тут сердиться она начала,

Запылали гневным огнем

Страшные гляделки ее,

Выкатились из-под черного лба

Выпущенные белки…

Летающий высоко над землей

На Мотыльково-белом коне

Юноша Юрюнг Уолан

Улыбкою просиял,

Лицом смеющимся просветлел,

Взбесившейся дочери абаасы,

Взъярившейся не на шутку вдруг,

Чудовищной девке той

Приветливо навстречу шагнул,

Как подобает сыну айыы

В беседе с любезной своей,

Белеющими зубами блеснув,

Алеющие губы открыв,

Ласково заговорил,

Голосом нежным пропел…

СТИХ 99

ЮРЮНГ УОЛАН

Взгляни-взгляни!

Посмотри!

Наконец-то встретился я