Страница 37 из 156
ИГНАТЬЕВ Семен Денисович
(01.09.1904 — 27.11.1983). Член Президиума ЦК КПСС с 16.10.1952 г. по 05.03.1953 г. Секретарь ЦК КПСС с 05.03.1953 г. по 05.04.1953 г. Член ЦК КПСС в 1952 — 1961 гг. Член ЦРК ВКП(б) в 1939 — 1952 гг. Член КПСС с 1926 г.
Родился в деревне Карловка Елисаветградского уезда Херсонской губернии (ныне Кировоградский район Кировоградской области) в крестьянской семье. Украинец. Работать начал с десяти лет на хлопкоочистительном заводе в г. Термезе (Средняя Азия), куда переехали родители. Затем устроился подручным слесаря Эмир-Абадских железнодорожных мастерских Бухарской железной дороги. В конце 1919 г. возглавил комсомольскую ячейку главного депо Бухарской железной дороги. С 1920 г. в политотделе Бухарской группы войск, с 1921 г. в военном отделе Всебухарской ЧК, в главном управлении милиции Бухарской республики. Участвовал в боях за установление советской власти в Бухаре. С 1922 г. заместитель заведующего организационным отделом ЦК КСМ Туркестана. С 1923 г. представитель ЦК КСМ Туркестана в Среднеазиатском бюро ЦК ВЦСПС и в крайкомах союза металлистов и горнорабочих. С 1925 г. на руководящих должностях в профсоюзах Узбекистана и Киргизии. В 1935 г. окончил Всесоюзную промышленную академию имени И. В. Сталина по специальности инженер-технолог самолетостроения и тогда же был принят на работу в Промышленный отдел ЦК ВКП(б), который курировал секретарь ЦК А. А. Андреев. В 1937 — 1943 гг. первый секретарь Бурят-Монгольского, в 1943 — 1946 гг. Башкирского обкомов партии. В 1946 — 1947 гг. первый заместитель начальника Управления по проверке партийных кадров ЦК ВКП(б), которым руководил Н. С. Патоличев. В 1947 — 1949 гг. секретарь ЦК КП(б) Белоруссии по сельскому хозяйству и заготовкам, второй секретарь ЦК КП(б) Белоруссии. С 1949 г. секретарь Среднеазиатского бюро ЦК ВКП(б), уполномоченный ЦК ВКП(б) по Узбекской ССР. В 1950 — 1952 гг. заведующий Отделом партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК ВКП(б), одновременно с 11.07.1951 г. представитель ЦК ВКП(б) в Министерстве государственной безопасности СССР, с августа 1951 г. по март 1953 г. министр государственной безопасности СССР. С 29.05.1952 г. одновременно возглавлял Управление охраны МГБ, обеспечивавшее личную охрану И. В. Сталина и других членов высшего партийного и государственного руководства. Соответствующего должности воинского звания не получил. Своими заместителями и на ключевые управления назначил партийных работников. С их помощью осуществлял массовую чистку органов госбезопасности от евреев, которых подозревал в соучастии в сионистском заговоре, возглавлявшемся бывшим министром В. С. Абакумовым. Был членом комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по проверке фактов, изложенных в заявлении старшего следователя следственной части по особо важным делам МГБ СССР Рюмина от 02.07.1951 г., где он сигнализировал о неблагополучном положении дел в МГБ со следствием по ряду важных дел крупных государственных преступников и обвинял в этом министра государственной безопасности В. С. Абакумова. Готовил закрытое письмо ЦК ВКП(б) от 13.07.1951 г. «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР». Приказал следователям применить физические меры воздействия к арестованному в конце 1951 г. начальнику Главного управления охраны МГБ СССР генерал-лейтенанту Н. С. Власику, много лет отвечавшему за безопасность И. В. Сталина. Разрабатывал планы уничтожения бывшего главы Временного правительства А. Ф. Керенского, югославского лидера И. Б. Тито, руководителей русских эмигрантских организаций в Германии и Франции. При нем возникло «дело врачей», обвиненных в умерщвлении ряда видных деятелей Коммунистической партии и Советского государства, продолжался сбор компрометирующих материалов на Маршала Советского Союза Г. К. Жукова. По свидетельству заместителя министра госбезопасности М. Д. Рюмина, дал указание «бить смертным боем» арестованных кремлевских врачей М. С. Вовси, В. М. Виноградова и др. Пользовался доверием И. В. Сталина, высоко ценившего его деловые качества и личную преданность. 03.04.1952 г. направил И. В. Сталину обвинительное заключение с предложением о высшей мере наказания для всех, кроме академика Лины Штерн, проходивших по делу Антифашистского еврейского комитета. В ноябре 1952 г. направил И. В. Сталину подробный отчет о «деле кремлевских врачей»: «При изучении материалов на медицинских работников Лечсанупра вскрылась большая засоренность кадров этого ответственного лечебного учреждения лицами, не внушающими политического доверия по своим связям с антисоветскими элементами в прошлой враждебной деятельности». В докладе утверждалось о преступном характере лечения А. С. Щербакова и А. А. Жданова. По словам видного руководителя советских органов госбезопасности генерала П. А. Судоплатова, «каждое агентурное сообщение воспринималось им как открытие Америки. Его можно было убедить в чем угодно: стоило ему прочесть любой документ, как он тут же подпадал под влияние прочитанного, не стараясь перепроверить факты» (Судоплатов П. А. Разведка и Кремль. М., 1996. С. 359). Имел мягкий характер, был вдумчивым, располагал к себе. Во время «дела кремлевских врачей» перенес инфаркт. 05.03.1953 г., в день смерти И. В. Сталина, избран секретарем ЦК КПСС, курирующим правоохранительные органы. Пробыл в этой должности ровно месяц. 05.04.1953 г. по настоянию Л. П. Берии опросом членов ЦК КПСС освобожден от этой должности и 28.04.1953 г. выведен из состава ЦК КПСС за серьезные ошибки в руководстве МГБ. Имелись в виду «грубейшие извращения советских законов и фальсификация следственных материалов» прежде всего в «деле врачей», хотя в период раскрутки этого «дела» у него был инфаркт и всеми делами в министерстве вершил первый заместитель министра С. Гоглидзе. Л. П. Берия обвинил С. Д. Игнатьева в обмане партии и добивался привлечения его к уголовной ответственности, но поддержки в Президиуме ЦК не получил. Удалось лишь добиться согласия дать поручение Комитету партийного контроля при ЦК КПСС рассмотреть вопрос о его партийной ответственности. Направил покаянную записку в ЦК, в которой объяснял свои действия тем, что И. В. Сталин нажимал на него, требуя поскорее добиться от арестованных врачей признания их преступлений. В июне 1953 г. был удален из Москвы и направлен первым секретарем Татарского обкома КПСС. На июльском (1953 г.) Пленуме ЦК КПСС, рассматривавшем «дело Берии», признан пострадавшим от него и восстановлен членом ЦК. Постановление Пленума ЦК КПСС от 28.04.1953 г. было отменено. Но в Москву Н. С. Хрущев его не возвратил: после пяти месяцев руководства Башкирским обкомом в декабре 1953 г. был избран первым секретарем Татарского обкома партии. В своей диктовке стенографистке текста закрытого доклада на ХХ съезде КПСС (февраль 1956 г.) Н. С. Хрущев, касаясь «дела врачей», приводил такой эпизод: «Здесь вот сидит делегат съезда Игнатьев, которому Сталин сказал: если не добьетесь признания у этих людей, то с вас будет голова снята. Он сам вызывал следователя, сам его инструктировал, сам ему указывал методы следствия, а методы единственные — это бить…» (АПРФ. Ф. 52. Оп. 1. Д. 169. Л. 29). 21.06.1957 г. вместе с группой членов ЦК КПСС, оказавшихся в Москве, подписал заявление в Президиум ЦК КПСС с просьбой срочно созвать Пленум ЦК КПСС, на который вынести вопрос, обсуждавшийся в течение четырех дней на заседаниях Президиума ЦК (о снятии Н. С. Хрущева с поста Первого секретаря ЦК КПСС). На Пленуме взял его сторону, с резкой бранью набросился на руководителей «антипартийной группы» Г. М. Маленкова, Л. М. Кагановича, В. М. Молотова и др. В октябре 1960 г., за пять лет до достижения пенсионного возраста, был отправлен на пенсию. В звании персонального пенсионера союзного значения пробыл более двадцати лет. Депутат Верховного Совета СССР 1 — 5-го созывов. Награжден четырьмя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, орденом Отечественной войны 1-й степени, орденом Трудового Красного Знамени. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.