Страница 7 из 55
Что-то неприятное было в этом. Лифт большой, рассчитан человек на двенадцать, почему он стоит так близко? С другой стороны, обратила бы я внимание на это, если бы он не был со справкой? Скорее всего, нет, скорее всего, я была бы погружена в мысли о предстоящей встрече с Димой, я бы даже не думала, что кто-то стоит рядом. Дима около месяца не звонил, изредка отвечая на мои попытки поговорить скупым «я очень занят», а если приезжал ко мне в офис, то лишь для того, чтобы обсудить условия нашего договора. А вот сегодня, вдруг, попросил о встрече, шептал непристойности в трубку, ожидая, что я сделаю вид, будто ничего не случилось. Я, проклиная себя за это, я действительно собиралась сделать такой вид. А разве у меня был выбор?
Но, Господи, как же некомфортно! Олег стоял рядом, я слышала, как он дышит, отчего внутри все неприятно сжималось. Казалось, что мы едем уже час. На таком расстоянии разрешается находиться только родным или любовникам… Если я отойду, он обидится?
— Я не обижусь, если ты попросишь меня отойти, — сказал он очень тихо, на ухо мне. Я вздрогнула, сделала шаг в сторону, обернулась. Он продолжал стоять на том же месте и смотреть на меня. Видимо, увидев, испуг в моих глазах, удовлетворенно усмехнулся. Потом, вдруг, посерьезнел и сказал, уже под звук раздвигающихся дверей:
— Ты вкусно пахнешь.
— Я не пользовалась сегодня туалетной водой, — быстро ответила я, выходя. Он шел рядом.
— И я об этом. Мне нравится, как ты пахнешь, а твоя туалетная вода не нравится.
— Зачем ты мне это говоришь? — спросила я, резко останавливаясь. Он последовал моему примеру.
— Я подумал, что такое приятно слышать. Я знаю, что тебе не нравится, как я выгляжу, ты смотришь брезгливо на мои волосы. Но мне нравится, как ты одеваешься. Я тебя чем-то обидел?
— У меня такое ощущение, что ты впервые разговариваешь с женщиной. Так неуклюже, — я не могла понять, он действительно настолько недалекий или просто издевается. Я понятия не имела, как разговаривать с психически нездоровыми людьми.
— Я был женат, — ответил незамедлительно, — мне нравится говорить простые вещи, глядя в глаза, — и он действительно смотрел в глаза, — а еще мне нравится, когда ты улыбаешься. Зазвонил мой телефон, вероятно, это торопил Дима.
— Твой друг на «пятилитровом убийце окружающей среды»? — понимающе кивнул Олег. — Он никогда на тебе женится, — сказал он, склонов голову набок. — А знаешь почему?
И, не понимая, зачем мне мнение шизофреника, я ответила:
— Почему?
— Потому что он дурак, — весело улыбнулся. — А ты зря тратишь себя на него. Хороших выходных.
— И тебе, — ошеломленная наглостью, и совершенно простым, будничным тоном, с которым он рассуждал важнейших вещах в моей жизни, ответила я.
— Надеюсь, ты когда-нибудь еще позволишь почувствовать мне твой запах и выбросишь свои мерзкие духи, — с этими словами он пошел вперед, и я, постояв еще минуту, покинула здание следом.
— К тебе, ко мне? — спросил Дима, целуя меня в щеку, как только я села в машину. Краем глаза я заметила на заднем сидении букет красных роз, целью которого, по всей видимости, было откупиться от меня, задобрив. Я смотрела, как по улице идет Олег, перекинув рюкзак через плечо и понимала, что он абсолютно прав. Сидящий рядом со мной мужчина никогда не будет полностью моим.
Тогда зачем я с ним сплю?
Этот, казалось бы, совершенно простой вопрос обескуражил. Я впервые задала себе его.
Сидя с широко открытыми глазами, не моргая, я впервые за последние пять лет думала о своей личной жизни. О том, чего я хочу в этой самой своей личной жизни.
— Дима, отвези меня домой, пожалуйста. Мне что-то нездоровится. Давай созвонимся на неделе, — проговорила я четко, громко и уверенно.
Олег
Новая работа пугала меня до чертиков. Кстати, о чертиках…
В Университете ходила байка про одного психиатра, который «изгонял» бесов из шизофреников. То есть, если человек обращался к нему за помощью, тот, разумеется, по большому секрету, говорил, что пациента захватили бесы, и всего за несколько тысяч долларов, он поможет несчастному вернуть сон, аппетит, хорошее настроение, и… что-то еще… Ах да! И изгонит бесов.
На самом деле, это печальный случай из практики, позднее превратившийся в местный прикол. Как-то раз в клинике, когда мне удалось несколько дней отлынивать от нейролептиков, меня посетила мысль, казавшаяся в тот момент безумно веселой. Я прыгал по кроватям и кричал, что мне срочно нужен экзорцист, что мою бессмертную душу терзают демоны. Я честно пытался зависнуть в воздухе, но раз на десятый понял, что мои бесы летать не умеют. Тогда я хотел залезть по стене, подобно пауку, но тут меня поймали, что-то вкололи и доказали, что смирительные рубашки, хоть и запрещены в нашей необъятной стране, продолжают активно использоваться.
Бесов из меня тогда, кстати, так и не выгнали, еще пару дней я пытался кричать, произнося это слово, правда, уже не понимал зачем. Просто последней мыслью перед началом действия дряни было: я нуждаюсь в экзорцисте. Зациклило меня тогда.
Мне нравилось здание, нравились просторные светлые кабинеты, нравились люди. Практически каждому из них я мог бы поставить диагноз, причем, половине — с первого взгляда. Особенно этой девушке-парне Свете. Не знаю, почему она меня так невзлюбила по началу, сейчас, кажется, относится намного лучше, хотя к ее грубой манере разговаривать я до сих пор не привык, слегка теряясь каждый раз, когда она говорит матерно. Видимо, женщинам приходится омужичиваться, когда те сутками находятся в мужском коллективе. Самое печальное, что ей очень нравится один из разработчиков, но того, судя по порно сайтам, которые он часто посещает прямо на работе, интересуют именно девушки. Женственные, стройные, с формами, в основном блондинки.
С другой стороны, моя начальница, Алла Константиновна не омужичилась же! Красивая девушка, живая, настоящая. Особенно мне очень нравится, когда она зачесывает волосы наверх. У нее очень красивая тонкая шея.
С тех пор, как я смирился с тем, что я шизофреник, я стал совершенно иначе относиться к своим желаниям. Если бы подобные мысли посетили меня раньше, я бы их быстро отогнал и забыл как о страшном сне. Теперь все иначе.
Я знаю, что мне уже двадцать семь лет, слава богу, давно не подросток, но единственное, о чем я могу думать, глядя на тонкий изгиб ее шейки — я безумно хочу поставить на ней засос.
Самый настоящий, красный, если повезет — синеватый. Кровоподтек, разрыв подкожных сосудов. Бесы, захватившие мою голову, на ее светлой коже мой засос смотрелся бы восхитительно! В следующий раз, я скажу об этом Але, когда будет такая возможность. Разумеется, я не собираюсь ее смущать при всех. Хотя, скорее всего, бедная девушка итак будет шарахаться от меня после нашего недавнего короткого разговора у лифта.
Я снял квартиру недалеко от работы, за тридцать минут быстрым шагом дохожу спокойно. Это очень хорошо, потому что я не люблю ездить на автобусах, а машину мне водить нельзя. Сестра говорила, что будет приходить и помогать убираться, готовить, за почти полгода она приходила два раза — в первую и во вторую неделю. Впрочем, меня это устраивало. Еженедельные походы к «доктору» отменно компенсировали мне недостаток презрения со стороны родственников, так что все в норме.
Скоро год, как я не ем дрянь. Я стал лучше мыслить, намного. Я перестал забывать какое сегодня число и что мне необходимо сделать. Определенно, это хороший знак. Правда, на работе я по-прежнему абсолютно все записываю в свой ежедневник, так как это не то место, где ошибки сойдут с рук, потому что ты неполноценный.
Там, наоборот, приходится из кожи вон лезть, чтобы доказать свою полноценность.
Нельзя не отметить улучшение моей сообразительности. Если раньше мне приходилось пересматривать вебинар, или урок по моей новой специальности четыре раза (как минимум), часто останавливая запись, давая себе время понять речь говорившего, запомнить суть, сейчас хватает одного-двух. Я снова начал читать, и я помню сюжеты новых книг. Если честно, чтобы не расстраивать себя слишком сильно, я начал с книг, которые в свое время зачитывал до дыр: Мастера и Маргариту, Над пропастью во ржи, Сто лет одиночества и прочее. Сюжеты этих историй я помнил до мелочей, поэтому, если забывал на чем остановился, особо не расстраивался, открывал первую попавшуюся страницу и продолжал чтение. Вчера я домучил первую за последние почти четыре года новую для меня книгу: «Гарри Поттер и что-то там», а потом сел и написал изложение. Мой «доктор» сказал, что суть я передал без ошибок.