Страница 21 из 71
Возможно, по меркам людей с поверхности, этот город был не очень и большой, на сотню семей, но здесь, под толщей камня, в самой глубине гор, найти подобное поселение казалось чудом.
Город стоял, освещаемый множеством зеленоватых светящихся грибов, которые когда-то кто-то здесь рассадил специально, чтобы освещать подземный грот даже без факелов и фонарей. Кое-где жилища были высечены прямо в скалах, так, где пещера была повыше, каменные дома высились на два-три этажа вверх, иногда подпирая свод.
– Не гномы, – предвосхищая мысли друзей, сказал Брентон. – Я, конечно, не их расы, но кличка заставляет немного разбираться. Не их работа, гномы так не строят. Не строят таких больших домов, и вообще, если строят что-то, то совсем иначе. Крепче, основательнее.
– Ну, тут тоже все выглядит достаточно крепким, – неуверенно произнес Фантом.
– Выглядит, но дома кое-где уже рушатся. – Гном протянул руку и показал на одно из строений, стена которого обвалилась. – Для гнома такая постройка была бы позором. И дело тут не в стиле строительства, а в самой их природе. Гном не построил бы такого.
– Ну ладно. – Ким чуть раздвинул товарищей, чтобы протиснуться вперед и разглядеть все получше. – Тогда кто?
– Эльфы?! – полушутя предположил Мугра.
– Тем более нет, – откликнулся Брентон. – Эльфы не забрались бы так глубоко под землю, не стали бы строить из камня, не стали бы возводить такие тяжелые дома. Хотя что мы знаем об эльфах, если их никто никогда не видел…
– Пошли. – Ким окончательно протиснулся вперед и обошел Фантома, зашагав к ближайшим домам. – Это место так давно покинуто, что даже духи должны были сгнить или пойти искать какие-нибудь более приятные места для ночных завываний.
Город действительно был совсем пустой. Ни людей, ни чудовищ, ни духов, охраняющих покой забытого убежища. Даже скелетов не было. Ни одного, чтобы определить, кому принадлежал город.
– Значит, все-таки когда-то здесь жили люди, – высказал вслух Фантом свои предположения. – Больше всего то, что я вижу, похоже на людей. Только разве что непонятно, что люди могли делать на такой глубине и как смогли выжить, тем более построить такой вот город.
– Нужда могла заставить? – Брентон почти нагнал Кима, который стремительно шел к центру селения.
Его, этот центр, было легко определить – все улицы, так или иначе, сходились в одну точку посреди пещеры, где стояло нечто, издали напоминающее алтарь.
– Дома давно пустуют. – Лашан ударил кулаком в одну из дверей, и прогнившие, скорее, даже истлевшие доски рассыпались в труху.
Взвесь из сухих остатков дерева поднялась в воздух и почти что застыла – настолько невесомыми были останки двери. Наверное, эта пыль должна была быть коричневой или серой, но сейчас она была зеленоватой в свете фосфоресцирующих грибов и теряла свой цвет только тогда, когда опадала на землю. Или на мечника.
Лашан отошел назад, отряхнулся, дождался, пока пыль хоть немного уляжется, и снова подошел к теперь уже пустому дверному проему.
– Может, не стоит туда заходить? – Гедон стоял прямо у него за спиной, зачем-то сжимая свой двухмечный шест. – Или хотя бы сначала ударь кулаком по кладке. У тебя хорошо получается.
Лашан ухмыльнулся и сделал еще один шаг вперед. Аль’Шаур, держащий единственный на отряд зажженный факел, подошел поближе. Пылинки из трухи дерева засверкали, превращаясь из зеленоватых в яркие и блестящие. Впрочем, они были настолько мелкие, что сгорали моментально. И их было недостаточно много, чтобы вызвать большой огонь. Просто много-много искр возникло в какой-то миг вокруг Лашана, но все они быстро исчезли.
Лашан сделал еще несколько аккуратных шагов и остановился в дверном проеме, не решаясь двинуться внутрь. Протянул руку назад, и Аль’Шаур безмолвно передал ему факел. Мечник сунул факел вперед, в глубь дома.
Судя по тому, как это строение выглядело снаружи, это был очень простой дом – с одной комнатой, не больше. Возможно, именно поэтому мечник выбрал для осмотра именно его – чтобы сразу представить, что здесь было, избегая необходимости внимательно осматривать большой дом, находиться в котором могло быть опасно.
– Ничего, – сообщил мечник, водя факелом из стороны в сторону. – Если что-то здесь когда и было, то все это либо растащили, либо сожгли, либо… либо здесь никогда ничего и не было.
Аль’Шаур подошел и недоверчиво заглянул через плечо мечника. Пожал плечами:
– Может, это вообще был склад какой? Зерно хранили или еще что? Не могли они все вынести. Давай посмотрим другие.
Но осмотр еще нескольких домов показал то же самое – абсолютно пустые помещения, в которых если когда что-то и находилось, то все это было давным-давно вынесено или сгнило до такой степени, что, в отличие от двери, разрушилось под собственным весом.
Ким подошел к возвышению в центре селения первым. Пока все остальные развлекались, исследуя дома и пытаясь отыскать хоть какие-то следы людей, когда-то здесь живших, Ким шел вперед. Он будто забыл о своей слабости. О том, что еще недавно балансировал на грани жизни и смерти. Сейчас вор чувствовал прилив сил – и с каждым шагом, приближающим его к алтарю, он ощущал, что этих сил у него становится все больше и больше.
Возвышение – алтарь – целиком состояло из монолитного черного камня, блестящего даже в слабом свете фосфоресцирующих грибов. И на камне не было ни пылинки. Он как будто отталкивал от себя грязь, пыль, чуть ли не сам воздух. Но не оттолкнул Кима.
Наоборот, Кима он, казалось, притягивал. Манил ближе, придавая сил идти, почти бежать к нему.
– Молния! – окликнул его Брентон, пытаясь понять, что не так с вором.
Ким приостановился. Его рассудок был ясен как никогда. Он слышал опасение в оклике друга, более того, даже понимал, из-за чего оно появилось. Но не разделял этого страха. Что-то родственное было в этом камне прямо перед ним, что-то, что билось в унисон с его сердцем. Или заставляло его сердце биться в такт с силой черного алтаря.
– Дальше я один, – поднял руку Ким. – Просто следите.
И вор шагнул к черному постаменту.
Монолит был невысокий, чуть выше обычного обеденного стола, и Ким легко на него оперся обеими руками, наклонился вперед, как будто вглядываясь в глубину сверкающего камня. Сзади подходил Лашан с факелом, и теперь камень блестел не только зеленоватым, но и бледно-серебристым цветом, отдавая обратно чуть ли не больше света, чем вбирал в себя.
Но Киму было не до красот. Он все внимательней вглядывался в камень, пытался рассмотреть что-то в черной глубине, что-то такое, что могло быть доступно только ему.
А потом сморгнул и вернулся из глубины камня на самую его поверхность. Чуть повернул голову, чтобы воспользоваться старым воровским приемом и посмотреть на вещь искоса. Такой взгляд помогает человеку заметить то, что невозможно увидеть, сколько бы ты ни пялил глаза.
Наконец Ким нашел то, что так его манило. Оторвал правую ладонь от камня, протянул ее куда-то почти к самому центру алтаря и выдернул, казалось, из воздуха или прямо из камня дымчато-черный нож.
Простой внешне нож, абсолютно прямой, обоюдоострый, с неброской рукояткой и почти совсем без защиты. Но даже выдернутый из своего ложа, нож оставался практически невидимым, лишь слегка поблескивал в свете факела, не больше.
– Что такого в этом оружии, что ради него держали целый алтарь? – Вопрос задал Аль’Шаур, первый, кто подошел к алтарю вслед за Кимом.
Вокруг собирался весь отряд.
– В нем сила, – тихо ответил Ким. – И я ее чувствую. Даже издали. Алтарь – ничто. Алтарь был создан этим ножом. За тысячелетия, просто для того, чтобы спокойно ждать хозяина.
– И теперь ты его новый хозяин?
– У него всегда один и тот же хозяин. Так он считает. – Ким улыбнулся. – Только не сочтите меня за идиота, разговаривающего с железками. Но этот нож не смотрит на внешность. А внутри – я его хозяин и всегда им был. Это нож убийцы. Нож вора. А я вор и убийца.