Страница 16 из 57
Характерной чертой этих поселений является их сильная укрепленность, которую отмечают все исследователи.
«Несмотря на небольшие размеры, укрепленные центры можно называть протогородами. Употребление понятия «город» по отношению к укрепленным поселениям аркаимско-синташтинского типа, конечно, условно. Однако их нельзя считать просто поселениями, так как аркаимские «города» отличают мощные оборонительные сооружения, монументальность архитектуры, сложные системы коммуникаций. Вся территория укрепленного центра предельно насыщена планировочными деталями и глубоким содержанием, она очень компактна и тщательно продумана. С точки зрения организации пространства, перед нами даже не город, а некий «сверхгород»…
Оборонительные укрепления «Страны городов» поражают своей монументальностью и сложностью. Толщина основных стен по основанию составляет 5-5,5 метров. Толщина дополнительных стен или стен цитадели – 2-3 метра. Стены сооружали из крупных глинобитных блоков и частично облицовывали камнем (Аландское, Ольгинское). Обычно в основе стеновых конструкций находятся бревенчатые срубы или две продольные деревянные стены, связанные поперечными бревнами. Промежутки между стенами заполняли жидким фунтом (заливкой) либо сырцовыми блоками (Аркаим). Снаружи деревянные стены-срубы обмазывали глиной, облицовывали сырцовыми блоками, иногда в сочетании с камнем» (Г.Зданович, «Аркаим и «Страна городов»: диалог культур»).
Все производит впечатление даже не просто поселений или городов, а крепостей, вынужденных защищаться от каких-то внешних врагов. Даже расположение различных входов и выходов в жилые помещения, описанное ранее на примере Аркаима, явно подчинено целям обороны и оптимизировано для того, чтобы жители могли быстро переместиться из домов как в любую другую точку города, так и на внешние оборонительные стены.
Понятно, что во времена, когда металлы ценились весьма высоко, местные металлурги вынуждены были как-то защищать свое богатство. Однако больше нигде в мире не встречается каких-либо аналогов столь продуманной системы защиты мест древней металлургии. Здесь она кажется даже несколько излишней.
Но такая явная обособленность столь сильно укрепленных поселений становится логичной и понятной, если предположить, что металлурги – жители этих городов – не были представителями коренного местного населения, а являли собой пришлые племена, то есть были своего рода «чужеродными мигрантами». Именно для таких мигрантов характерно подобное обособленное проживание в компактных местах обитания. Они даже сугубо психологически ощущают себя «чужаками», вынужденными обеспечивать свою безопасность и отграничиваться от местного населения.
Рис. 54. Кем же были жители «Страны городов»?..
В пользу этой версии говорят еще два важных фактора. Во-первых, все эти «города» возникают как бы вдруг на пустом месте, а вовсе не на местах каких-то более ранних поселений или деревушек. А во-вторых, исследователи отмечают отсутствие преемственности культур в «Стране городов».
«…мы хотели бы подчеркнуть еще одну важную особенность этого региона. Культуры эпохи бронзы здесь не связаны с предшествующим энеолитическим пластом. В отдельных работах подобная связь иногда постулируется, но какие-либо аргументы при этом не приводятся, что обусловлено отсутствием фактов для подобных утверждений» («Древняя история Южного Зауралья»).
Расширяем границы
Но откуда в таком случае пришли металлурги «Страны городов»?
Целый ряд исследователей в поисках ответа на этот вопрос пытается опираться на сравнение между собой тех изделий, которые производили мастера прошлого. И тут выясняются еще более странные моменты…
Из бронзы металлурги «Страны городов» изготавливали самые разнообразные предметы. Это было и оружие – боевые топоры, кинжалы, наконечники копий и стрел; и орудия труда – серпы, ножи; и бытовые предметы с украшениями. Сравнение этих изделий с находками из металла в других регионах выявляет их поразительное сходство на огромной территории, выходящей далеко за рамки «Страны городов». Порой возникает даже ощущение, что на всей этой территории происходило тиражирование металлических предметов по одним и тем же шаблонам. Это сходство изделий из металла настолько велико, что даже послужило основанием для выделения историками так называемой Андроновской культурно-исторической общности, в состав которой входит сразу несколько больших культур.
Впервые андроновская культура была выделена в 1923 году С.Теплоуховым и получила свое название по Андроновскому могильнику близ города Ачинска Красноярского края. Ныне считается, что Андроновская культурно-историческая общность распространялась на лесостепные и степные части Северной Азии – от склонов Урала до Енисея, от таежной зоны на севере до высокогорных районов Тянь-Шаня, Памира и Амударьи.
Рис. 55. Ареал распространения Андроновской культурно-исторической общности
У андроновцев был достаточно богатый набор металлических изделий. Широкое применение в хозяйстве находили так называемые серпы сосново-мазинского типа со слабо обособленной рукояткой, широким и прямым лезвием. Эти орудия труда применялись, видимо, не как серпы, а скорее всего как инструменты для расчистки поля от сорняков и мелкого кустарника под посев и для заготовки на зиму кормов скоту. В ходу были также и настоящие серпы с отверстием на рукояти.
Среди находок этой культуры – многочисленные кельты (разновидность топора), которые имеют вид клина с полой внутренней частью. Они широко употреблялись в быту в качестве топора, тесла или мотыги, в зависимости от того, как надевались на ручку. Если ручка шла параллельно лезвию, то кельт выполнял роль топора; если же ручка приделывалась перпендикулярно к лезвию, то в таком случае кельт был прекрасным теслом.
На вооружении из числа металлических изделий у андроновцев находились литые втульчатые наконечники копий сейминского типа с листовидным пером, листовидные же наконечники стрел и бронзовые кинжалы с выемкой около черенка.
Андроновцы шили одежду из кожи и шерстяной ткани, а украшения в основном изготавливали из бронзы. Из бронзовых округлых пластин выдавливали конические бляшки с двумя отверстиями по краям. Бусы делали из бронзовых пластинок в форме бочонков. Серьги изготавливали из проволоки, свернутой кольцом в несколько оборотов. Их также делали в виде загнутой в кольцо бронзовой пластины, у которой один из концов был конической формы. Серьги изготавливали не только из бронзы, но и из серебра и золота. Запястья андроновцев украшал браслет со скрученными в спираль концами.
Высокий уровень развития бронзолитейного дела считается важной отличительной чертой андроновского времени. Если все металлические орудия предшествующего периода сделаны в основном из раскованного листа или проволоки, то орудия этого времени отливались уже в двусоставных формах, часто каменных, на которых «в негативе» вырезались узоры.
Рис. 56. Реконструкция боевой колесницы андроновцев
В настоящее время существуют три основных трактовки Андроновской культурно-исторической общности – сосуществование двух, трех или даже четырех близких по облику культур; хронологическая последовательность этапов одной культуры; сосуществование различных культурных образований в рамках единой культурно-исторической общности. Последняя концепция ныне считается историками наиболее предпочтительной. Но в целом причина столь поразительного сходства различных культур на огромной территории так и остается не выясненной.
Происхождение андроновской культуры – также проблема дискуссионная. Наиболее сложным является вопрос об определении этнической принадлежности населения. Здесь также существуют несколько основных вариантов гипотез. Часть исследователей относят андроновцев к финно-угорской этнической группе. В исторической и филологической науке на основе анализа древнейших памятников индоиранцев – Авесты, Ригведы, Атхарваведы и других данных топонимики (изучает географические названия), ономастики (изучает имена собственные) и археологических материалов утвердилась гипотеза об индоиранской или арийской принадлежности андроновских племен. Хотя следует отметить, что сам факт существования мифологических ариев до сих пор не получил ни единого материального подтверждения.