Страница 2 из 199
— А то приходят чурки немытые, сразу с поезда, — сетует менеджер Полина, — ноги босые, грязные, на голове платок наверчен, а все туда же — в няньки в приличную семью!
К договору мне выдают памятку: из нее следует, что на собеседование с будущим хозяином мне надлежит явиться «в опрятном виде», под которым агентство понимает «выстиранную и выглаженную одежду строгого покроя, юбку ниже колена, чистую обувь, аккуратно уложенные волосы, чистые руки, ногти без следов облупленного лака и минимум косметики». Отдельно упомянуто, что соискатель «с малейшим запахом алкоголя к собеседованию допущен не будет».
Итак, стоит явиться не с похмелья, без перегара и не в драных джинсах — и передо мной распахнутся двери лучших домов нашего города!
Расхититель домработниц
Целую неделю мне никто не звонит, и я уж, каюсь, начинаю подозревать, что «фейсом не вышла» для гувернантки в приличном доме. Но аккурат на 8 день ранним звонком меня будит менеджер Зоя Петровна. Эта тертая пожилая дамочка специализируется на «элитных заказах», попасть в ее базу считается большой честью. По ее словам, Зоя взяла меня, только благодаря диплому МГУ и беглому английскому.
— Ну, радуйся, милка моя, клюнули на тебя! — радостно сообщает мне Зоя Петровна. — Через два часа стоять на платформе станции «Белорусская», вид нарядный, но приличный. И пошевеливайся, опаздывать нельзя! Поедем на собеседование.
Как я уже заметила, таков «фирменный» стиль общения большинства менеджеров по трудоустройству домашней прислуги: никакого вежливого обращения на «вы», никаких экивоков и предупреждений заранее — так, у тебя 5 минут, быстро собралась, ушла-пришла-выехала… Менеджеры по персоналу будто заранее приучают кандидаток к тому, как их будут шпынять всякими «милка, пошевеливайся!» будущие хозяева.
Я являюсь четко в назначенное время — как и требовалось, без перегара, в строгом платье по колено. Но при мне настоящая сумочка от «Шанель», а на мне — неброский, но очень дорогой гарнитур из настоящего жемчуга. А что: заказывали элитную гувернантку — получите!
Заодно это интересный эксперимент: замечают ли менеджеры по трудоустройству и работодатели подобные детали?
Но Зоя Петровна в упор не замечает моих недешевых изысков, только хвалит за опрятность. Любопытно, а опознает ли работодатель из «приличного дома» подлинность моих аксессуаров?
Мы с Зоей Петровной едем на электричке с Белорусского вокзала — в некий богатый особняк в Одинцовском районе. По дороге Зоя Петровна плачется мне на свою жизнь и материальные проблемы. Оказывается, каждый трудоустроенный соискатель должен устроившему его менеджеру 50 % своего первого оклада. А работодатель, получивший удовлетворяющего его работника, обязан оплатить агентству услуги, и из этой суммы задействованный менеджер тоже получает свой процент. В общем, все, как при торговле недвижимостью. Сумел сбыть хату — получил процент. Не сумел — соси лапу, оклада у менеджеров не предусмотрено. Разница только в том, что здесь торгуют не домами, а людьми.
— Но ведь все такие жуки! — сетует Зоя Петровна. — И работодатели, и соискатели! Они через нас норовят найти друг друга, познакомиться, а потом напрямую договориться, чтобы агентству не платить! Так и крали — то няньку сопрут, то горничную. Мы из-за этого даже пробные дни отменили. А то раньше как было: даем мы, к примеру, девушку в гувернантки на пробу. Вроде логично: надо попробовать, притереться в семье. А через месяц, как подходит время ее первой зарплаты, звонит нам работодатель: нет, мол, не устраивает меня ваша гувернантка, ерунду подсунули, платить не буду! И вообще от ваших дальнейших услуг отказываюсь. А потом и девушка звонит: хозяин злой или приставал, не хочу у него работать и вообще передумала трудоустраиваться… Сначала мы ахали да охали, удивлялись, почему же нам так не везет? Пока случайно не узнали: а та девица-то прекрасно у того хозяина работает! А лапшу они нам на пару навешали, чтобы процент агентству не выплачивать! И так сплошь и рядом! Но теперь и мы умнее стали: никаких проб, притирок, на собеседование менеджер едет вместе с кандидатом. И пока работодатель договор не подпишет и не оплатит, никаких данных о работнике мы ему не даем — ни телефона, ни даже фамилии. И тебя касается, — Зоя Петровна подозрительно смотрит на меня. — Узнаю, что ты с моим работодателем за моей спиной переговоры ведешь, внесу тебя в «черную» базу по всем агентствам. В жизни себе работу не найдешь!
— Но ведь речь идет о богатых людях, которые ищут прислугу на хорошую зарплату, — удивляюсь я. — Неужели они так мелочатся? Пускаются на такие хитрости, лишь бы агентству его посредническую копейку зажать?
— Э, милая, да ты жизни не знаешь! Чем человек богаче, тем он жаднее. Знаешь, кто у нас самый главный расхититель домработниц? Олигарх Умар Джабраилов! Уж сколько он у нас горничных и экономок переворовал! Долго нас за нос водил, требовал все новых и новых кандидаток ему присылать: мол, эта не такая, та не сякая… Мы уж замучились ему девок подгонять! Как отправим к нему очередную, так она вскоре пропадает со связи. Мы уж грешным делом думали: не Синяя ли Борода этот олигарх? А потом узнали: все наши девочки, как миленькие, в его резиденции вкалывают, только нам с этой услуги — ни шиша! Так что мы больше Джабраилова не обслуживаем. И вообще серьезно стали относиться к профессиональной тайне. Любая утечка в нашем деле — гарантированные убытки.
Теперь понятно, почему Зоя Петровна «сливает» мне хоть какую-то информацию о работодателе только на подъезде к станции назначения:
— Там сложный мальчик 3 лет. Ну, небось, хулиганистый — как все мальчишки в его возрасте. Ты, главное, не бойся! Ребенок — он и у богатых ребенок. Из условий — выезжать с семьей за границу несколько раз в год. У них дома в Англии и где-то на островах, поэтому и хотят няньку с языком, чтобы за рубежом сама ориентировалась, а не нуждалась еще и в переводчике. Мой тебе совет — полезный, хотя и не совсем честный. Но для пользы дела… Короче, уверенно ври, что была гувернанткой всю жизнь. Не надо про эти офисы, переговоры… Скажи только: английский знаю прекрасно, в няньках была… Ну хотя бы лет пять подряд, хорошо? Рекомендации из семей я уж тебе сварганю, если станут брать.
— Ну хорошо, — неуверенно соглашаюсь я, боясь во время собеседования «спалиться» на какой-нибудь мелкой детали гувернантской жизни.
— Ну и прекрасно, ну и чудненько! — Зоя Петровна явно радуется, что я так легко соглашаюсь на фальсификацию своего трудового опыта.
А я лишний раз убеждаюсь: и в этом бизнесе как в любом другом — менеджеры готовы на все, лишь бы впарить свой товар. В данном контексте: вас будут с пеной у рта убеждать, что стоящая перед вами полудикая дочь Советской Киргизии всю жизнь проработала «в лучших домах Парижа и Лондона» — лишь бы вы раскошелились.
Выходя из электрички, Зоя берет меня под локоть:
— Ну, держись, девка! Не подведи! Уж тебя-то я не дам украсть!
Таких не берут в Мэри Поппинс…
На платформе нас встречает водитель от хозяев на внушительной черной «БМВ». Мы держим путь в элитный поселок в ближнем подмосковье. Я уже предвкушаю созерцание изысканных интерьеров олигархического дома и знакомство с большой и дружной аристократической семьей, но не тут-то было. Хозяйка, которая меня собеседует, принимает нас с Зоей в домике для прислуги. Никакого ребенка с ней нет, мужа тем более — при ней только огромный шкаф-телохранитель. Так что все, что я могу видеть, кроме нее самой и ее бодигарда — это очертания особняка в стиле ар-деко вдали и ухоженную английскую лужайку, по которой носится целая свора борзых без ошейников. Окна деревянного флигеля для персонала выходят на глухой коричневый забор, украшенный колючей проволокой.
Моя работодательница, представившаяся Марианной, еще очень молода, но уже очень надменна. Видимо, она только начинающая светская дама, но уже подающая большие надежды. Впрочем, ей есть чем гордиться: помимо природной красоты, при ней все прочие атрибуты хозяйки жизни — муж-олигарх, шикарное имение и куча свободных денег. Она согласна платить гувернантке с проживанием 85 тысяч рублей в месяц — лишь бы работница ее устраивала.