Страница 16 из 31
Чтобы оценить возможные риски генетического изменения человека, необходимо рассмотреть его не просто как биологический организм, но как сложную биосоциальную систему. Человеческая телесность – не только то, что создано природой в процессе естественной эволюции. Это еще и система искусственных органов, фрагментов созданной человеком второй природы, которые стали продолжением и дополнением биологического тела человека. От простейших инструментов (молоток – железный кулак, лопата – железная рука) до сложных машин, микроскопов, телескопов, средств связи, компьютеров, которые усиливают наши органы. Везде мы имеем дело со второй, искусственно созданной компонентой человеческой телесности. О возможностях человека нужно судить, принимая во внимание двухкомпонентный системный характер нашей телесности. Небольшая скорость обработки и передачи информации нервной системой значительно увеличивается в системе «человек – компьютер».
Наше мышление тесно связано с развитием этой двухкомпонентной системы. В XVII веке в эпоху простых механических систем говорили, что мир устроен как механические часы, которые однажды Бог завел, а дальше все идет по законам механики. В XX веке создатель кибернетики Норберт Винер предложил другой образ – мир устроен как саморегулирующийся автомат.
Структура нашего мышления и культура были бы иными, если бы иной была система естественных и искусственных органов нашего тела. Как-то я предложил такой мысленный эксперимент. Допустим, разум возник в ходе эволюции особого вида существ, обладающих телепатическими способностями. Тогда их искусственными органами могли бы стать животные, психикой которых манипулировали бы мыслящие существа. Тип мышления у этих существ был бы непохожим на наш. Из-за телепатической связи общее воспринималось бы как исходная реальность, а индивидуальное – как абстракция.
Человеческая жизнедеятельность регулируется двумя типами программ – биологической (геномом человека) и социальной, надбиологической (геномом общества), представленной кодами культуры. С этих позиций должны оцениваться ожидаемые трансгуманизмом чудеса по генетическому улучшению человека.
Если мы изменим генетические программы, как это скажется на культуре? Ее базисные ценности соотнесены с биологией человека. Половой инстинкт трансформируется в сложное чувство любви, инстинкт питания тоже регулируется в разных культурах комплексом обычаев и символов. В антиутопии Оруэлла «1984» был представлен генетический план изменения у человека чувства половой любви, чтобы половой инстинкт стал подобен питательной клизме для рационального воспроизводства работников, служащих Большому Брату. Стоит ли говорить, что в этом случае исчезли бы поэзия, музыка, целые пласты культуры.
Вопрос: История учит, что если можно поставить эксперимент, пусть даже опасный, он неизбежно будет поставлен. В какой области, на ваш взгляд, будут сделаны первые опыты с генетическими манипуляциями над человеком?
Ответ: Это зависит от социальных запросов. Сейчас много говорится о создании идеального солдата. Вполне вероятно, приоритетной сферой генетических манипуляций также станет спорт. Генетическая инженерия может быть использована для «изготовления» олимпийских чемпионов. На повестке скандалы с кровяным допингом, но проблема повышения уровня гемоглобина может быть решена генетическими манипуляциями. Дальше откроется новая перспектива. Если генетическое вмешательство встанет на поток и окажется не очень дорогим, возникнет соблазн вывести новую породу людей, которая сможет дышать отравленным городским воздухом. Это же здорово – не нужно тратить средства на охрану природы! В результате это ускорит глобальную экологическую катастрофу. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Попытки генетического усовершенствования человека могут привести не к созданию более совершенной формы разумной жизни, а к уничтожению самих основ этой жизни.
Вопрос: Из ведущих лабораторий приходят сообщения, что генетическая инженерия подбирается к разгадке такого страшного недуга, как болезнь Паркинсона. Как же можно шлагбаумы перед наукой ставить, если цель столь благородная?
Ответ: Есть тонкая грань между генетическим вмешательством, которое поможет человеку избавиться от недугов, и экспериментами над здоровыми людьми с целью улучшить генетические свойства. Грань придется определять в каждой конкретной программе. Объектами науки все чаще становятся сложные саморазвивающиеся системы с включенным в них человеком. Возникли новые формы социального контроля за научными исследованиями – социально-этическая экспертиза научных проектов. Экспертизу нужно постоянно совершенствовать, что требует взаимодействия всех наук. В этических комитетах вместе с учеными работают политики, религиозные деятели, общественность. Усиление контроля над развитием науки не отменяет самого развития. Оно должно быть направлено на выбор таких стратегий, которые обеспечили бы безопасность человечества.
Вопрос: Появилось еще одно направление – иммортализм, который ставит задачу продления жизни человека до мафусаиловых лет и далее до бесконечности. Долголетие – самая заветная и главная мечта человечества во все времена. В России тоже ведутся исследования, в том числе в уважаемом МГУ. Иммортализм имеет подводные камни?
Ответ: В 2002 году эта проблема обсуждалась на встрече президента Буша с ведущими учеными Америки. Такие встречи президенты США проводят регулярно. Были высказаны любопытные доводы о том, что, поскольку продление жизни вначале будет стоить очень дорого и станет доступным только состоятельным людям, возможно создание касты долгожителей, аналога средневековой аристократии.
В проблеме долголетия есть зоны риска. Трудно представить, что случилось бы с человеческой цивилизацией, если бы диктаторы XX века были бессмертными. Не случилась ли бы уже третья мировая война с «ядерной зимой» и разрушением основ цивилизации?
Сейчас говорят, что научно-технический прогресс не сопровождается нравственным прогрессом. Но без науки нет будущего цивилизации. Биотехнологическая революция не решит всех кризисных проблем, порожденных цивилизацией. Выход из кризисов сопряжен с духовной революцией, с поиском новых ценностей развития цивилизации.
2009
Академик Борис Черток
ДОСТИЖЕНИЯ КОСМОНАВТИКИ ДОЛЖНЫ ВОСХИЩАТЬ НЕ УЧЕНЫХ, А ПОЛИТИЧЕСКИХ ЛИДЕРОВ
Академик Борис Черток – патриарх космонавтики. На Байконуре он жил в одном домике с Королевым, а сейчас живет в Останкине, на улице академика Королева. В его подъезде когда-то проживало шесть Героев Социалистического Труда, а сейчас остался он один. Борис Черток был заместителем Королева по системам управления, участвовал в создании первой ракеты-носителя для ядерного оружия, первой в мире межконтинентальной баллистической ракеты, первого в мире искусственного спутника Земли, первой в мире межпланетной автоматической станции и первого в мире пилотируемого космического корабля. А потом – новых поколений космических аппаратов. Академик Черток родился в 1912 году, но каждый день к восьми утра он приходит на работу в родную РКК «Энергия» имени Королева. Академик Борис Черток вспоминает о драматических страницах космонавтики и размышляет о ее перспективах.
Вопрос: Борис Евсеевич, принято считать, что у нашей страны полный мировой приоритет по всем направлениям ракетно-космической техники, заложенный Кибальчичем, Можайским, Циолковским, Цандером. Зачем же в 1944 году в Германию был командирован многочисленный отряд специалистов, из которого впоследствии вышел весь наш легендарный Совет главных конструкторов во главе с Королевым?
Ответ: Черчилль направил Сталину письмо с просьбой помочь разыскать немецкие ракеты «Фау-2», которыми обстреливали Лондон. Была снаряжена внушительная экспедиция. На ракетном полигоне с помощью английских резидентов и польских партизан мы нашли эти ракеты и были поражены их параметрами. У наших ракет тяга была 1 200 килограммов, у немецких – 26 тонн. Мы хотя бы мечтали о таких ракетах, американцы даже не фантазировали. И мы не могли понять, как эти ракеты попадают в цель. Помню, ночью, перед тем как отправить эти ракеты в Лондон, нас с будущим главным конструктором Пилюгиным привезли в Хорошевские казармы и мы смогли в последний момент разгадать этот секрет.