Страница 1 из 7
Петр I. Начало преобразований (1682–1699 гг.)
Составитель Г. Гриценко
Авторы тематических статей:
Боровков С. (С. Б.), Волков В. (В. В.), Горский В. (В. Г.), Карев В. (Вл. К.), Куксина Е. (Е. К.), Кузнецов Б. (Б. К.), Кумпан П. (П. К.), Наумов О. (О. Н.), Перевезенцев С. (С. П.), Петрова Н. (Н. П.), Секачева Н. (Е. С.)
Предисловие
В целом в канун правления Петра I Россия имела возможности для роста, прогресса, условия осуществления перемен уже возникли, оставалось только определить характер и глубину реформ. Историк С. М. Соловьев писал: «Необходимость движения на новый путь была создана, обязанности при этом определились; народ поднялся и собрался в дорогу, но кого-то ждали, ждали вождя, вождь явился».
Путь Петра к трону был нелегким. Ему пришлось выдержать тяжелейшую схватку за власть со своей сестрой Софьей Алексеевной. В этой борьбе активно использовались стрелецкие бунты 80– 90-х годов 17 века. Стрельцы в то время представляли реальную военную мощь и серьезно влияли на расстановку политических сил у вершин власти. В конце концов, перевес оказался на стороне Петра. Молодой царь решил прежде всего изучить западный опыт управления государством, строительства армии и флота.
С Великим посольством Петр отправился за границу, где и получил необходимые сведения и навыки. Вернувшись в Россию, он попытался воплотить в жизнь свои идеи в области модернизации страны, основанные на западном опыте.
В основе данной книги – статьи, написанные видными учеными-историками Института всеобщей истории РАН. Использованы также статьи выдающегося русского историка В. О. Ключевского из его книги «Русская история». Весь материал разбит на разделы, которые позволяют представить единую историческую картину того времени.
Детство и отрочество петра
Петр I родился 30 мая 1672 г. (по старому стилю) в Москве, в Кремлевском дворце. Это был четырнадцатый ребенок царя Алексея Михайловича. Мальчик оказался на редкость крепким и здоровым, что вызывало особую радость отца новорожденного, незадолго до этого сочетавшегося вторым браком с Натальей Кирилловной Нарышкиной. Из тринадцати детей от первого брака царя, с Марией Ильиничной Милославской, выжили лишь двое сыновей и шестеро дочерей.
Семья Петра
Казалось, отца Петра I – Алексея Михайловича – преследовал злой рок: трое его сыновей скончались в раннем возрасте в разное время, а из оставшихся старший, Федор, постоянно находился в постели из-за болезни ног, младший Иван, страдал косноязычием и сильно отставал в развитии. Дочери, правда, отличались отменным здоровьем, однако по тогдашним обычаям Российского государства не могли претендовать на престол. Из них выделялась царевна Софья, отличавшаяся значительным честолюбием и недюжинным умом. Новый брак Алексея Михайловича позволил изменить династическую ситуацию, хотя в итоге привел к сложнейшей политической борьбе, сопровождавшейся жестокими схватками между кланами Милославских и Нарышкиных. Милославские – родственники первой жены Алексея Михайловича, образовали один центр силы, ничуть не желая расставаться с полученными привилегиями. Вторую группировку составили Нарышкины, выходцы из незначительного дворянского рода, которые, однако, сумели увеличить свое влияние благодаря новой супруге царя. Значительную роль в возвышении Нарышкиных сыграл глава Посольского приказа А. С. Матвеев, приемный отец Натальи Кирилловны, по праву считавшийся одним из самых просвещенных людей того времени. До поры до времени, не смея перечить воле Алексея Михайловича, Милославские вынуждены были мириться с утратой многих своих позиций. Безоблачное детство Петра продолжалось недолго. В январе 1676 года неожиданно скончался царь Алексей Михайлович. На престол, на недолгие шесть лет, вступил его старший сын Федор, так и не сумевший оправиться от болезни. Пользуясь теперь безраздельным господством и у трона, и в Боярской думе, Милославские возвращают утерянное влияние. А. С. Матвеева, наиболее крупную фигуру противников, удалили в почетную ссылку в Пустозерск. Вместе с тем положение Нарышкиных осталось достаточно устойчивым – за ними стоял наиболее предпочтительный кандидат на царский престол.
В. О. Ключевский об Алексее Михайловиче
Я остановлю ваше внимание только на немногих людях, шедших во главе преобразовательного движения, которым подготовлялось дело Петра. В их идеях и в задачах, ими поставленных, всего явственнее обнаруживаются существенные результаты этой подготовки. То были идеи и задачи, которые прямо вошли в преобразовательную программу Петра, как завет его предшественников.
Первое место между этими предшественниками принадлежит бесспорно отцу преобразователя. В этом лице отразился первый момент преобразовательного движения, когда вожди его еще не думали разрывать со своим прошлым и ломать существующее. Царь Алексей Михайлович принял в преобразовательном движении позу, соответствующую такому взгляду на дело: одной ногой он еще крепко упирался в родную православную старину, а другую уже занес было за ее черту, да так и остался в этом нерешительном переходном положении. Он вырос вместе с поколением, которое нужда впервые заставила заботливо и тревожно посматривать на еретический Запад в чаянии найти там средства для выхода из домашних затруднений, не отрекаясь от понятий, привычек и верований благочестивой старины. Это было у нас единственное поколение, так думавшее: так не думали прежде и перестали думать потом. Люди прежних поколений боялись брать у Запада даже материальные удобства, чтобы ими не повредить нравственного завета отцов и дедов, с которым не хотели расставаться, как со святыней; после у нас стали охотно пренебрегать этим заветом, чтобы тем вкуснее были материальные удобства, заимствуемые у Запада. Царь Алексей и его сверстники не менее предков дорожили своей православной стариной; но некоторое время они были уверены, что можно щеголять в немецком кафтане, даже смотреть на иноземную потеху, «комедийное действо», и при этом сохранить в неприкосновенности те чувства и понятия, какие необходимы, чтобы с набожным страхом помышлять о возможности нарушить пост в крещенский сочельник до звезды.
Царь Алексей родился в 1629 г. Он прошел полный курс древнерусского образования, или словесного учения, как тогда говорили. По заведенному порядку тогдашней педагогики на шестом году его посадили за букварь, нарочно для него составленный патриаршим дьяком по заказу дедушки, патриарха Филарета, – известный древнерусский букварь с титлами, заповедями, кратким катехизисом и т. д. Учил царевича, как это было принято при московском дворе, дьяк одного из московских приказов. Через год перешли от азбуки к чтению часовника, месяцев через пять к Псалтирю, еще через три принялись изучать Деяния апостолов, через полгода стали учить писать, на девятом году певчий дьяк, т. е. регент дворцового хора, начал разучивать Охтой (Октоих), нотную богослужебную книгу, от которой месяцев через восемь перешли к изучению «страшного пения», т. е. церковных песнопений страстной седмицы, особенно трудных по своему напеву, – и лет десяти царевич был готов, прошел весь курс древнерусского гимназического образования: он мог бойко прочесть в церкви часы и не без успеха петь с дьячком на клиросе по крюковым нотам стихиры и каноны. При этом он до мельчайших подробностей изучил чин церковного богослужения, в чем мог поспорить с любым монастырским и даже соборным уставщиком. Царевич прежнего времени, вероятно, на этом бы и остановился. Но Алексей воспитывался в иное время, у людей которого настойчиво стучалась в голову смутная потребность ступить дальше, в таинственную область эллинской и даже латинской мудрости, мимо которой, боязливо чураясь и крестясь, пробегал благочестивый русский грамотей прежних веков.