Страница 85 из 116
— Хорошо! Я выключу все приборы, оставив только канал ФТЛ.
— Слушай, Джим! Помнишь, я говорил, что существует связь между Сарайя и теми людьми, которые спровоцировали катастрофу в Эйделе? Так вот, при проверке оказалось, что планета, с которой будто бы происходит Сарайя, в действительности не существует! Он человек без прошлого!
Вилдхейт, закончив мыслесвязь, выключил все системы космобота, кроме системы жизнеобеспечения. Он выключил даже радар, чтобы его радиоэхо не было уловлено детекторами чужих звездолетов и не выдало местонахождение космобота. С экрана исчезли приближающееся корабли, и никто не мог сказать, является ли их прилет случайным или намеренным.
Ветка нарушила тишину, царящую в рубке:
— Коул очень старый, правда?
— Не имею понятия. Он говорит, что он бессмертен, а я считаю, что бессмертие весьма спорная вещь.
— Я прочитала его узоры в Хаосе. Ты знаешь, что он происходит из времен, которые предшествовали Большому Взрыву, положившему начало нашей Вселенной.
— И такое трудно поверить.
— Перед Большим Взрывом существовала другая Вселенная, — сказала она.
— Откуда ты знаешь это?
— Я могу читать узоры Хаоса из той Вселенной. В нашей Вселенной энтропия возрастает вместе с течением времени, а у них — она уменьшалась. Наша Вселенная расширяется, а их — уменьшалась. Именно это и послужило причиной Большого Взрыва.
— Космология никогда не была наукой, которую я хорошо знал.
Отсутствие информации о приближающихся кораблях было раздражающим и опасным. Вилдхейт считал, что если присутствие кораблей дело случая, то мощности двигателей космобота будет достаточно, чтобы перейти на орбиту вокруг солнца, оставив за ним чужие корабли. Но для этого необходимо было знать траектории пришельцев, чтобы выполнить необходимые расчеты. И он решил рискнуть, включив на несколько секунд радар. Этого хватило, чтобы удостовериться в том, что попытка скрыться была напрасной. Меньший корабль летел точно на перехват космобота, а больший, хотя и на расстоянии нескольких часов полета, летел за ним. Вилдхейт подумал, что было бы лучше больше не выключать радар.
— Похоже, что мы скоро будем иметь соседей, — невесело произнес он, кивая на экраны.
Сейчас уже действие радара мало имело значения, и Вилдхейт внимательно наблюдал за приближающимся звездолетом. Опытный пилот резко погасил скорость и так точно сравнялся с космоботом, что корабли зависли неподвижно друг относительно друга на расстоянии не более сотни метров.
Вилдхейт навел на пришельца телеобъективы и попытался определить его тип. Чужой звездолет, хотя и небольшой в сравнении с обычными земными кораблями, выглядел гигантом по сравнению с космоботом. Это была необычная конструкция, сплющенная с боков и угловатая. Двигатели были странного типа, так же, как, впрочем, и вооружение, которым корабль был усеян от кормы до носа. Стволы орудий, торчавшие от артиллерийских гондол, говорили о мощи огня, который они могли извергнуть в любой момент. На поцарапанном корпусе звездолета не было никаких опознавательных знаков. Натренированный глаз субинспектора все же распознал в этой необычной конструкции руку человека.
Ветка, которая присматривалась к кораблю, легко вздохнула.
— Что ты там увидела, детка? — спросил Вилдхейт.
— Этот корабль очень старый… Его линия Хаоса теряется в далеком прошлом.
— Надеюсь, не во времена Большого Взрыва, — с иронией добавил Джим.
— Нет. Ему всего лишь шесть или семь тысяч лет.
— Но ведь история полетов человека в космос едва насчитывает более двух тысяч лет.
— Я знаю об этом. Я не могу объяснить это. Но говорю правду.
Неподвижный корабль пока что подтверждал догадку субинспектора, что это не чужак, иначе он давно бы уже открыл огонь. Внезапно ожил канал ФТЛ связи:
— На спасательном космоботе! Включите гравитационное поле, приготовьтесь к шлюзованию!
Голос говорил на интерлингве.
Вилдхейт включил передатчик.
— Кто вы? Дайте свою принадлежность!
— Это неважно, приятель. Мы должны как можно быстрее покинуть эту систему, и вы полетите с нами!
Космобот был охвачен гравитационным полем так внезапно, что резкий рывок бросил застигнутого врасплох Вилдхейта на пульт управления. Когда он пришел в себя, космобот летел в разверзнутую пасть приемного грузового шлюза.
Вся операция прошла молниеносно. Как только космобот оказался на приемной платформе, шлюзовой люк закрылся, и двигатели звездолета заработали. Вилдхейт и Ветка сидели, напряженно ожидая, пока произойдет шлюзование и можно будет открыть внешний люк космобота.
Сигнал известил их, что можно входить. В шлюзовой камере никого не было, но вот открылся внутренний люк, и в камеру вошел мужчина в бронзового цвета комбинезоне. В руке он держал оружие.
— Кого мы видим? Субинспектора космоса и с ним красотку! Какие славные вещички можно иногда выловить в космосе! Брось оружие, инспектор! Здесь оно тебе не пригодится!
Вилдхейт долгим взглядом смерил незнакомца… и положил бластер. Он очень хорошо разбирался в таких людях, и знал, что они не любят шутить. В шлюзовую камеру вошел второй мужчина и повел их в глубь корабля. Первый пошел следом за ними.
Вилдхейт был поражен тем, что увидел внутри. Так же, как и тем, что увидел снаружи. Несомненно, корабль был построен людьми, но его конструкция не имела ничего общего с тем, что знал до сих пор Вилдхейт. Поскольку он понял назначение некоторых приборов и аппаратов, но совершенно чуждыми показались ему остальные механизмы и технология. Здесь был детектор Хаоса и блок компьютеров, которые напоминали Центр Хаоса.
Их провели в каюту, обитую панелями из настоящего дерева. За столом сидел мужчина в комбинезоне бронзового цвета, и еще двое стояли справа и слева от него.
— А, субинспектор! Головоломка начинает складываться в правильный узор. Готов присягнуть, что Сарайя приложил к этому свои руки.
— Ты знаешь Сарайя? — удивился Вилдхейт.
— Можно даже сказать, что я знаю его очень давно, — говоря это, мужчина красноречиво посмотрел на своих товарищей. — Сарайя так ничему не научился.
— Кто вы?
— Тебя интересует мое имя? Я — Касдей, а вот тот, который уперся бластером в твою спину — Джегун, вел вас сюда Асбель. Справа от меня стоит Гадрель, а слева — Пенемо. Нашу пятерку можно назвать авантюристами, а может быть, даже ренегатами. И ты не можешь не оценить нашу решительность и готовность убивать.
— Я уже встречал таких, как вы.
— Рад, что ты понял меня, субинспектор. Но в данный момент ты не имеешь перевеса перед нами. Что вы здесь делаете на спасательном космоботе?
— Я Джим Вилдхейт, субинспектор пространства. Я выполняю специальную миссию, по поручению Федерации.
— В чем же заключается эта миссия?
— Это неважно!
— Так… Значит, если я тебя не заставлю ответить, ты не ответишь. — Касдей опять взглянул на своих товарищей. — Ну что же, придется заставить. Но может быть, мы сможем договориться полюбовно? Я задам тебе несколько вопросов, чтобы сориентироваться, не пересекаются ли где наши интересы. Если ты соврешь, мы выдавим из тебя ответ силой, которая будет зависеть от нашего настроения.
— Это преступление против Федерации!
— Не смеши нас! Имели мы твою Федерацию крупным планом! Должен сказать тебе, инспектор, что Федерация для нас НИЧТО! В сравнении с нашими врагами, ваши враги похожи на самых близких приятелей. Я хотел бы сообщить тебе один факт, инспектор. До той игры, в которую ты чудом попал, ты все равно не дорос.
В этот момент корабль резко тряхнуло, огни погасли.
Касдей вскочил.
— Раз уж мы заговорили о врагах, то должен сообщить тебе, что за нами гонится бешеная собака и мы будем вынуждены выбить ей клыки. А наш разговор придется продолжить несколько позже.
Касдей и трое его товарищей вышли. Джегун махнул бластером, показывая Вилдхейту и Ветке вход в другую каюту. Они вошли, и он с грохотом захлопнул дверь за ними.