Страница 55 из 116
– Что ты этим хочешь сказать?
– Джесси, я уже почти труп. Но сейчас не это важно. Важно, что мы воюем не с тем, с кем надо!
– Что?
– То, что Кана не лгал, заявляя, что это не он уничтожил Онарис. У него, так же, как и у нас, нет такого сильного оружия. Это чужое оружие и выпущенное с ювелирной точностью, чтобы уничтожить планету, на которой жило 200 миллионов человек. Те существа, которые построили эту бомбу, уничтожили еще 35 планет, именно они являются нашими истинными врагами. Если мы атакуем Кану, то рискуем потерять оба флота, и тогда Галактика будет открыта для завоевания.
– Если эта штука Чужаков, то откуда ты знаешь, что они летят к нам?
– Во–первых, я слышу их передатчики в нашем канале связи. Во вторых, Кана создал свой флот именно поэтому.
– Я не верю этому, Брон! Кана создал свой флот, чтобы уничтожить Землю!
– Кане не нужна Земля. Поставь себя на его место. Если бы у него было такое оружие, как бомба, то он просто отправил бы его на Землю. А для этого не нужен такой флот, такой сильный флот, какой он имеет сейчас.
– Понимаю. Я объявляю красную тревогу для Дока и Ананиаса. Хотя я не верю, что ты сможешь убедить Веедера, но попытайся.
– Я прав, и ты, похоже, сама поняла это.
– Это решит Док. Во всяком случае, ты все еще подчиняешься нам. И не пытайся освободиться, я сразу же призову тебя к ответу!
– Я не могу ждать, Джесси. Я должен предупредить также и Разрушителей, чтобы они могли уйти. Мы не должны допустить уничтожения их флота. Это единственная сила, готовая сейчас противостоять Чужакам.
– Я не могу позволить тебе сделать это, пока не придет Док, и только он может решить, что предпринять дальше.
– Я не говорил об угрозе со стороны Флота Службы, я имел в виду тот маленький хаосик, который произвел еще на «Тантале», когда испугался, что флот службы прилетит вовремя.
– Что? Что ты сделал? – закричала Джесси.
– Что? Просто организовал уничтожение этой системы.
– У тебя же нет соответствующего оборудования.
– Да, это так. Но у меня были ракеты типа «Немезида», и я выпустил их еще когда «Тантал» был в подпространстве. Я рассчитал курс их полета и ввел координаты цели. Вскоре вы узнаете, что я не вру.
– Ты глупец, Брон. Четыре ракеты даже такого типа, как «Немезида», не могут угрожать целому флоту и планетной системе. Самое большее, что они могут сделать, это сжечь пару континентов.
– Они все могут, если знать как их применить. Не только континенты, но и все планеты системы будут уничтожены.
– Не преувеличивай, Брон. Я, конечно, знаю, что ты порождение ада, но даже ты не в состоянии сделать что–то такое всего с четырьмя ракетами. Разрушители их сразу же обнаружат, стоит им только вынырнуть из подпространства.
– Но не там, куда я послал их. При обычной траектории, – я с тобой согласен, их сразу же обнаружили бы охранные детекторы любого крейсера. Но они полетят не к флоту.
– Куда же ты их послал, Брон? На солнце?
– Нет. В этом не было нужды. Разве ты еще не догадалась? Самая близкая к их солнцу планета имеет очень малую плотность – это почти плазма, которая едва держится, образуя единое целое. Вот в нее я и нацелился.
– Но они же дезинтегрируют…
Джесси замолчала на полуслове, не в состоянии постичь все подробности его плана.
– Хотя, – наконец подала она голос, – если эта плазма вырвется на волю, то излучение может простерилизовать всю систему…
– Если я не ошибся в расчетах, то вся масса этой планетки будет притянута солнцем, и тогда возникнет Новая. Я должен предупредить Разрушителей. Поэтому вам необходимо сейчас же попросить Антарес передать сообщение на их волне. Соедини меня с Антаресом.
– Ты с ума сошел? Я не могу сделать этого без согласия Дока. Но даже он должен будет согласовать это с Генштабом!
– Времени нет, Джесси! Пока Штаб примет решение все будет кончено.
Брон опять бросился к двери и застучал по ней кулаками. Безрезультатно…
– К черту все это, Джесси… Если вы сейчас же не предупредите Разрушителей, то я найду способ сделать это сам, но тогда…
– Не делай этого, Брон. Мы подчиняемся приказам, а они определяют Разрушителей, как наших врагов. Если ты предупредишь их, это будет считаться предательством. Знай, я буду мешать тебе, как только смогу.
– Отстань!
Он ощупал дверь и засунул пальцы в щель под ней. Удовлетворенный осмотром, он огляделся вокруг в поисках чего–то, что могла бы пригодиться.
– Брон, брось это. Ты уже один раз не послушался нас, и тебя забили почти до смерти. Разве это тебя ничему не научило?
– Сделай мне одолжение, Джесси, испарись!
Маленький фонарь под потолком привлек его внимание. Он достал Библию и полистал ее. Листы были из бумаги. Затем он взялся за кушетку, которая, к счастью, не была привинчена к полу, и сдвинул ее.
– Предупреждаю тебя, Брон! Я убью тебя, как только ты начнешь переговоры с нашими врагами!
– Оставь меня в покое! Ты не осмелишься этого сделать, а ничто другое меня не остановит!
Брон поднял кушетку и сбил колпак со светильника. Свет задрожал, но не погас.
– Я не знаю, что ты намереваешься сделать, но прошу тебя, перестань! Предупреждаю тебя, Брон, что я очень раздражена и поэтому могу применить карающие воздействия!
– Это принесет тебе удовлетворение?
Джесси промолчала.
Брон погасил лампу, и камера теперь была освещена только слабым светом, сочившимся через маленькое окно.
– Удовлетворение? Ты даже не представляешь, с какой радостью я нажала бы сейчас на кнопку смерти. И только из–за…
– Злости?
Брон встал на стоящую торчком кровать и дотянулся до проводов.
– Злость… месть… ненависть… Не знаю уже, что ты еще возбудил во мне…
Он взял два провода в руку и вложил между оголенными концами сложенный лист бумаги, вырванный из Библии. Потом соединил контакты проводов. Сверкнула искра, и бумага загорелась. Брон начал рвать Библию, добавляя все новые и новые листы. Затем носком сапога подтолкнул горящую кучу под дверь.
– Брон! Прекрати!
– Что же ты не нажимаешь кнопку, если это доставит тебе удовольствие?
От тлеющего дерева начал идти дым.
– Ну, нажимай скорее! Это может быть интересно для нас обоих.
Он приготовился к боли, но то, что он почувствовал, было гораздо страшнее, чем обычная боль. Все его нервы разом были поражены дикой ноющей судорогой. Даже когда она прекратилась, ему потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Голос застрял в горле. Истерическое бешенство Джесси иссякло. Он подумал, что эти тридцать секунд были страшными не только для него, но и для нее тоже.
– Ты свинья, свинья, грязная вонючая свинья – повторяла она шепотом.
Его охватила новая волна сумасшедшей боли, и он понял, что на этот раз она подержит кнопку подольше. К счастью, она слишком возбуждена, чтобы подумать о поддержании его в сознании с помощью семантического кода. С этой мыслью он потерял ощущение времени и пространства.
24
Брон пришел в себя от холодной воды, которую лили ему на голову. Он уже не был в той камере, а лежал в каком–то помещении под завязку набитой аппаратурой. Дауквист с выражением ярости на лице склонился над ним. Кана стоял рядом. Брон удивленно переводил взгляд с одного на другого.
– К черту! – загремел Дауквист.
– Ну ты и даешь, синкретист! Должен признать, что этот твой номер меня удивил больше всего. Но это твое последнее представление, парень!
– Не понимаю…
Брон продолжал играть свою роль, хотя инстинкт подсказывал ему, что сейчас он переигрывает. Но почему? Скорее всего подозрения Дауквиста сменились неуверенностью, хотя Брон пока что не понимал причин этого.
– Что случилось, Джесси?
– Ананиас предал тебя, Брон.
Голос был усталым и измученным. Она еще что–то говорила, но Брон уже ничего не слышал. Он все понял. Голос Джесси раздавался из всех динамиков, расположенных на пультах в этой лаборатории.