Страница 24 из 114
— Еще одну.
Вскрыв вторую банку, он протянул ее вождю.
— Не бойтесь, это вкусно! — Тим поднял с пола свою банку и жадно припал к жестянке. Вождь смотрел на него с опаской, затем пригубил напиток, несколько секунд прислушивался к ощущениям. Видимо, дегустация вполне удовлетворила вождя, так как он тут же залпом осушил банку удовлетворенно крякнул.
Дальнейшее знакомство с плодами цивилизации проходило в том же духе — Тим по возможности скрывал истинное назначение предметов либо утаивал их полные возможности. Но, помня наставления капитана, он отказался отвечать на вопросы о минах, гранатах, кофре с химикалиями, блоках управления и о некоторых других вещах, сославшись на свою неосведомленность.
— Как, ты не знаешь назначения этой вещи? — удивленно спросил Боа, держа в руках ручную гранату.
— Прости, вождь, но я действительно не знаю.
— Но почему?
— Мне просто не положено этого знать. Возьми для примера своих воинов — ведь им не положено знать всего, что знаешь ты. Ведь ты — вождь, а они — твои подчиненные. Так и мой капитан не говорит мне всего, что знает сам. Я просто его помощник и не могу знать больше того, что мне дозволено. Мне кажется, что та вещь, которую ты держишь в руках, помогает устранять некоторые неприятности со здоровьем, но я не знаю, как ею управлять, и вообще я могу ошибаться, — поспешил добавить Тим, заметив жадный взгляд Боа. — Если пользоваться ею неправильно, можно даже заболеть. — Тим получил искреннее удовольствие при виде того, с какой поспешностью Великий Боа отложил в сторону гранату.
Аудиенция закончилась поздней ночью. Тима вновь провели бесчисленными коридорами, и вскоре он уже лежал на своей кровати — уставший, но счастливый от того, что не струсил, не испугался и сделал все, что от него требовалось. Лежавший рядом Фукашиги лениво поинтересовался, как прошла встреча, и Тим спокойным и достаточно громким голосом, чтобы .возможным соглядатаям не пришлось напрягать слух, коротко и внятно изложил официальную версию своей беседы с Великим Боа, не забыв упомянуть о том, каким приятным и умным человеком этот самый Боа оказался. И лишь глубокой ночью, осторожно перебравшись к кровати капитана и с головой накрывшись толстым одеялом, он тихим шепотом передал точное содержание встречи. Уснул он быстро, как и любой довольный прожитым днем человек — в отличие от Великого Боа, которому долго не давало заснуть шипение положенного в изголовье кровати линкома.
Фукашиги сидел напротив вождя и едва заметно улыбался. Что ни говори, а судьба действительно сложная штука. Вот, например, перед ним сейчас сидит эта волосатая обезьяна, возомнившая себя императором или еще бог знает кем, и считает себя хозяином положения. Эта обезьяна улыбается, причмокивает губами, пьет его, капитана, сок — и даже не подозревает о том, что фортуна так переменчива, а жизнь, напротив, не так длинна, как бы того хотелось.
В пещере было непривычно светло — Великий Боа лично включил блок питания, дабы показать пленнику, что нет ничего такого, с чем бы он, Боа, не мог разобраться. Масляные светильники за ненадобностью погасили, вождь горделиво восседал в кресле и с улыбкой превосходства смотрел на своего пленника. Что ж — пора начинать…
Великий Боа взял из кучи разложенных на полу предметов очередной неведомый ему механизм и протянул его плененному Богу. Фукашиги покорно взял протянутый вождем блок управления глайдером и стал терпеливо объяснять, что штука эта является самым важным элементом глайдера — или Летающего Трона, как его изволил назвать высокочтимый вождь. Да, конечно, он с огромным удовольствием покажет вождю, как действует глайдер и как им управлять, ибо недопустимо, чтобы такая знатная персона ходила пешком. Слова Фукашиги звучали столь искренне, что Боа ни на секунду не усомнился в своей полной победе — боги сдались, и теперь он, Великий и Всемогущий Боа, будет править этим миром по-новому — железной рукой, опираясь на свои новые божественные возможности.
Конечно же, Фукашиги поможет Боа избавиться от некоторых недугов — да-да, именно при помощи вот этой небольшой круглой штучки, которую Великий Вождь сейчас взял в руки. К сожалению, для этого требуется некоторая подготовительная работа, но он уверен, что быстро все организует и никакие болячки больше не будут беспокоить Великого Боа. Да-да, конечно, Великого и Всемогущего Боа, да простит Великий Вождь его, капитана, за эту маленькую оговорку.
«Тварь жирная, — подумал Фукашиги. — Теперь он еще и Всемогущий…»
Однако пора было все это заканчивать, и Фукашиги, подробно объяснив Боа назначение бинокля, предложил выпить еще по баночке сока. Вскрыв с помощью пистолета несколько банок, он протянул по одной охранникам, те, взглянув на милостиво кивнувшего вождя, с опаской их взяли. Одну банку он протянул вождю, затем взял себе целую, одновременно переводя большим пальцем регулятор излучения пистолета.
— Впрочем, открывать эти банки можно и другим способом, более удобным. — Фукашиги потянул за хвостик крышки, банка с легким щелчком открылась. — Да и эту штуку можно использовать несколько по-другому — скажем, вот так. — Лейтенант просунул кончик ствола под мышку и в упор выстрелил в стоявшего позади него стражника, затем в долю секунды повторил эту незамысловатую операцию еще два раза.
Запахло паленым мясом. Великий и Всемогущий Боа замер с открытым ртом, глядя на рухнувших телохранителей. Затем в его лице что-то дрогнуло, банка с недопитым соком выскользнула из рук и глухо звякнула о каменный пол пещеры.
— Хорошая штука, правда? — поинтересовался лейтенант, с нескрываемой издевкой глядя на побледневшего вождя. — Называется лучевым пистолетом системы Нортона. Очень хорошая вещь, а главное, тяжелая. — С этими словами Фукашиги приподнялся и с размаха впечатал ребристую рукоять пистолета в физиономию Всемогущего Боа. Любимое кресло вождя опрокинулось, он мешком рухнул на пол, но тут же сел и, не отрывая взгляда от Фукашиги, начал быстро пятиться назад. По разбитому лицу потекли капли крови, вождю безумно захотелось закричать, позвать на помощь стражников, охранявших вход в пещеру, но губы не повиновались ему — частично из-за выбитых зубов, но большей частью от страха — Великий Боа неожиданно понял, что этот странный человек убьет его без всяких колебаний.
— Ну что же ты не кричишь, не зовешь на помощь? Или тебе помочь? — Лейтенант поднял опрокинутое кресло и удобно устроился в нем, затем неторопливо допил свой сок и поднял с пола одну из гранат. Оглядев потолок пещеры, Фукашиги сокрушенно покачал головой и повернул красный ободок регулятора мощности на минимум.
— Я жду, зови их. — Фукашиги приподнял ствол пистолета и от бедра выстрелил в сторону вождя. Сверкающий луч ударил в пол у самых ног Боа, камень расплавился и превратился в маленькую багровую лужицу. И Великий Всемогущий Боа закричал — сначала несмело, хрипло, затем дико и страшно, во всю мощь своих легких — он вложил в этот крик весь ужас, охвативший его при виде сидящего в его любимом кресле страшного в своей непредсказуемой ярости божества.
Послышался легкий топот ног, Фукашиги улыбнулся и выдернул чеку, затем небрежным жестом бросил гранату во входной тоннель. Взрыв, мощная вспышка, трясущегося вождя толкнула упругая стена горячего воздуха — и тут же в пещере повисла пугающая своей безнадежностью тишина…
— Ну что ж, мой дорогой и всемогущий Боа, — Фукашиги весело улыбнулся, и улыбка эта заставила и без того трясущегося вождя помертветь от страха, — чем мы займемся дальше?
Тая сидела у окна, обхватив колени, и отрешенно смотрела на быстро темнеющее небо — близилась ночь. Вся деревня была взбудоражена пленением богов, но девушку это уже не интересовало — со смертью Кира в ее жизни не осталось ничего. Впрочем, что-то все же еще было, но не то доброе, старое, а нечто новое, до сих пор ей еще не знакомое. Тая молча смотрела в окно, когда неожиданно поняла, что это новое было желанием мстить — отцу, его советникам, мстить всем тем, кто привел Кира к гибели, тем, кто позволил ему умереть…