Страница 11 из 19
– Плана — очень древняя богиня нашей земли, круглая и, как водится, довольно свирепая. Я не думал, что ее храмы еще где-то сохранились, но Яйцо говорит, что один, по крайней мере, имеется.
– Где он стоит? — спросил Лотар.
– Где-то на южной границе Магриба и необъятных полупустынь.
– Ну, как обеспечить нашим гостям теплый прием в Фульце, я знаю, — сказал Рубос. — Сейчас же напишу Присгимулу. А вот как быть с остальными?
Стак, который до этого тихо стоял у стены, произнес:
– Как всегда, главная проблема — в средствах транспорта.
ГЛАВА 7
– Ну, не все так просто, — пробормотал Сухмет, скорее желая уточнить что-то, чем отрицая саму формулировку.
Лотар почувствовал, что старик над чем-то задумался. Но проблема, которую так удачно выразил Стак, действительно являлась ключевой, и Лотар не стал следить за идеями и соображениями Сухмета, а просто сосредоточился на обсуж-дении плана действий с Рубосом.
Приведя себя в порядок, насколько это было возможно после той трепки, которую задали ему орденцы, Лотар вылез из воды и, чувствуя себя старым и неуклюжим, потащился в зал совещаний. К нему присоединились остальные администраторы города, и работа продолжалась.
Рубос набросал письмо Крамису, который должен был со всей Мирамской стражей и кое-какими верными отрядами из соседних городов присоединиться к орденцам Стака и добровольцам из Фехтовальной академии. Лотар, тщательно взвесив возможности всех четырех отрядов цахоров, идущих сейчас на Лотарию, тоном, не терпящим возражений, приказал Стаку идти в Новолунгмию.
Стак заупрямился, но едва Лотар пообещал, что припомнит кое-какие параграфы устава Белого Ордена о неподчинении, смирился и даже не спорил о необходимости щедро заплатить тем отрядам наемников, которые, возможно, захотят к ним присоединиться.
С этой идеей было много возни. Рубос нашел ее неплохой, но Джимескин решил, что это ни к чему хорошему не приведет. Пришлось даже посоветовать ему заниматься эвакуацией вместе с Шивилеком, а военные проблемы оставить военным. На том и порешили.
Уже за полночь, оставшись втроем с Рубосом и Сухметом, что-то по-прежнему тихо вычислявшим в углу, Лотар решил, что Рубос созрел для собственного задания. Когда он разъяснил мирамцу задачу, тот долго тряс головой, пытаясь понять, что, собственно, Лотар имел в виду, потом бодро произнес:
– Не получится. Мы попросту все погибнем. Лотар пожал плечами.
– Давай так. То, что они идут с четырех разных континентов, — хорошо или плохо?
– Очень хорошо. Это дает нам возможность перехватить, по крайней мере, некоторых из них, пока они не объединили свои силы.
– А то, что у нас есть возможность устроить им пару сюрпризов по дороге, — правильно с военной точки зрения или нет?
– Абсолютно правильно, это единственный шанс ослабить их.
– Вот этим мы и занимаемся. Рубос вздохнул, почесал затылок.
– Лотар, плохо не то, чем мы занимаемся, и не то, как ты это организовываешь. Все, предпринятое нами до сих пор, неизбежно. Я возражаю только против твоего конкретного плана с северной группой. Нужно придумать что-то более действенное, чем предлагаешь ты. Вот и все.
Теперь вздохнул Лотар. Он подустал, и у него было стойкое ощущение, что все сделать они тем не менее не успеют.
– Ну, попытаться все равно не грех. Если даже мы не успеем и провалимся, и даже погибнем, какая разница, где они нас прикончат, — тут или в этой драке с северной группой Сувоса?
Рубос тоже устал. Как ни странно, даже несгибаемый ми-рамец приуныл.
– Наверное, ты прав. — Он встал и пошел к двери, но остановился и оглянулся. — Хотя идти с таким настроением в бой — дело гибельное, я сделаю что могу. Они помолчали, разглядывая один другого. По сравнению с тем, каким Лотар его увидел двадцать шесть лет назад на Южном континенте, Рубос стал гораздо толще, и в его темноволосой голове появились седые пряди.
Примерно то же самое без труда читалось и в сознании Рубоса — он находил Лотара уже не таким подвижным, легким, неуязвимым и, конечно, считал, что его желтоголовый друг, поднявшись по лестнице успеха, безнадежно опустился по шкале воинского совершенства. Но с этим Лотар как раз не хотел соглашаться, хотя говорить что-либо было бессмысленно, следовало доказывать действием.
– Ладно, до встречи.
Лотар поднял руку в прощальном жесте. Рубос улыбнулся одними губами и кивнул. Они сознавали, что могут больше и не увидеть друг друга. Когда это соображение дошло до Желтоголового, он закричал в спину Рубосу:
– Кстати, если я не появлюсь, значит, они своего уже добились. И ты ни во что не вмешивайся. Это приказ, Рубос. Ты понял? Это приказ.
Рубос постоял у двери, не поворачиваясь, потом молча постучал костяшками пальцев о деревянную притолоку и вышел.
Лотар откинулся на спинку кресла. Он знал, что этот приказ Рубос не выполнит. Без Лотара и Сухмета у него не останется ни единого шанса, но он попытается предпринять против Сувоса что-то свое и будет убит. «Ради Рубоса я должен сделать так, чтобы они не сумели прикончить меня раньше времени», — решил Лотар.
Кажется, именно эта идея вывела Сухмета из летаргии, в которой он пребывал. Старый восточник подошел к Желтоголовому со своей привычной вежливой улыбкой. Не вдаваясь в подробности, он произнес:
– Господин, я знаю, где нам раздобыть летающий ковер. Хотя бы на время.
Лотар подумал, что это соображение, может быть, будет ключом к операции с Рубосом. Но пока следовало заняться другим.
Знаешь, меня очень заинтересовало твое сообщение о пребывании группы Жмаруна в Клетке Планы. Я, конечно, совершенно не понимаю, как ты по Яйцу времени сумел заглянуть в будущее, но допускаю, что ты прав.
Сухмет, сохранивший, кажется, больше сил, чем все остальные в этом тереме, тут же возбудился и попробовал было рассказать, как это выглядело с технической точки зрения, но Лотар не дал ему закончить:
– Стоп, я думаю, это не важно. Расскажешь после. А сейчас давай лучше подумаем, как мы можем их перехватить в той точке, откуда они свернут к храму Планы. Ну и, конечно, как мы можем там оказаться раньше противника.
– Зачем?
– Чтобы решить, как мы можем их ослабить.
– Только мы вдвоем? — спросил Сухмет, хитро прищурившись.
– Других сил у нас больше нет. Все остальные работают не покладая рук. Даже Ди, хотя я до сих пор не уверен, можно ли ему верить.
– Зря ты не дал мне обследовать его сознание.
– Это все равно ничего не дало бы. Если он предвидел возможность такого обследования, то наверняка подготовился и сумел бы обмануть даже тебя, он достаточно для этого тренирован. А если он будет совершенно открыт, ты можешь изрядно навредить ему, так что в любом случае это плохо.
Сухмет кивнул.
– При желании можно переориентировать вневременный переход с острова Шонмор на Клетку Планы.
– Сколько это займет времени? Сухмет поднял на Лотара глаза.
– Ты хочешь выспаться, господин мой? — Старик усмехнулся. — Не удастся. Если отправляться, то как можно скорее, и лучше подремлешь на Южном. Если что-то с цахорами Жмаруна и произойдет, то это случится уже завтра, примерно в полдень. А нам еще нужно преодолеть…
– Я знаю географию, — неторопливо проговорил Лотар. — Что у тебя сегодня за мания такая — всему меня учить? Сухмет пожал плечами:
– Наверное, я тоже нервничаю. Лотар встал с кресла.
– Ладно, нервничать можно. Вот только устрой мне переход в Клетку Планы.
– Когда будешь готов, господин, подходи ко мне в лабораторию.
Лотар готовился в своих апартаментах так тщательно, как, наверное, еще никогда в жизни. Он любовно отполировал свои клинки, старательно выбрал легчайшие доспехи, аккуратно приладил на себе каждую пряжку амуниции. Он не чувствовал будущего.
Такое уже бывало. Иногда он собирался на дело как на прогулку и видел будущее, знал, что его можно планировать, потому что не сомневался в своей победе. А теперь не знал, будет ли что-нибудь даже не послезавтра, а через несколько часов. Уж очень сильны были враги и слишком их было много. Он же оказался неподготовлен, а привести себя в более подходящую для такой драки форму уже не мог. Приходится воевать как есть.