Страница 11 из 44
' Jung. “On Psychic Energy”. CW. 8.
При подавлении совесть демонстрирует свою силу в форме сознательного чувства вины: при вытеснении это чувство имеет бессознательный характер. В обоих случаях источником чувства вины служит апперцепция тени. И тем не менее, как уже отмечалось, чувство вины открыто проявляется в форме страдания или остается бессознательным в зависимости от того, какой механизм сработал — подавления, инфляции или вытеснения.
Чувство вины, опирающееся на существование тени, изгоняется из системы индивидом и коллективом одним и тем же путем, то есть с помощью проекции тени.Тень, конфликтующая с общепринятыми ценностями, не воспринимается как негативная часть психики индивида и поэтому проецируется, то есть переносится на внешний мир и воспринимается как внешний объект. Вместо того, чтобы рассматривать тень как “свою внутреннюю проблему”, с тенью сражаются, ее порицают и истребляют как “внешнего врага”.
Способ, с помощью которого старая этика обеспечивает устранение чувства вины и разрядку отвергнутых негативных сил, ставит человечество перед лицом грозной опасности. Я имею в виду классический психологический способ изгнания козла отпущения. Этот метод решения проблемы можно обнаружить в любой эпохе существования человеческого общества.* Известно, что в качестве ритуала он существовал в иудаизме. Очищение коллектива осуществлялось в иудаизме путем торжественного возложения всех прегрешений на главу козла, которого затем отсылали в пустыню для отпущения (к Азазелу).**
Наиболее ярко бессознательные психические конфликты групп и масс проявляются в таких повальных умопомешательствах, как войны и революции, когда скопившиеся в коллективе бессознательные силы одерживают верх и “творят историю”
*“Золотая ветвь” Фрезера. ";Левит. 16:7-10.
Психология козла отпущенияпредставляет собой одну из первых попыток разрешения таких бессознательных конфликтов. Эта психология определяет внутреннюю жизнь государств и международные отношения. Вспышки массовых умопомешательств и психология козла отпущения нередко представляют собой взаимосвязанные психологические реакции, проистекающие из одного бессознательного конфликта. С точки зрения окончательного исхода представляется несущественным, был ли такой конфликт не готов для осознания или предварительно вытеснен.
На примитивном уровне, на котором сознание индивидов, составляющих коллектив, еще относительно слабо развито, только внешняя проекция тени способна обеспечить сближение с ценностями, необходимыми обществу. На этой стадии зло может быть осознано только с помощью его торжественного показа толпе с последующим церемониальным уничтожением этого зла. Эффект очищения достигается с помощью процесса осознания зла, когда зло становится зримым, и освобождения бессознательного от этого содержания через проекцию. Поэтому на этом уровне зло опознается как зло, хотя индивид и не осознает его как свое личное зло. Точнее говоря, зло опознается как принадлежность коллективной структуры рода или племени и устраняется коллективными средствами, например, с помощью искупительной жертвы в виде козла отпущения, на которого первосвященник возлагает грехи народа.
Упомянутое очищение сохраняет психологическую значимость до тех пор, пока совершающий его сознает свою идентифицированность с искупительной жертвой, испытывая искреннее волнение, то есть до тех пор, пока жертвоприношение не будет низведено до уровня простого спектакля.
На этой стадии в психологии козла отпущения еще доминируют самые примитивные этические нормы, а именно, групповая ответственность и групповая идентичность. Следует отметить, что на более поздней стадии иудаизма индивид также участвовал в очищении, исповедуясь в своих прегрешениях и таким образом осознавая существование своей теневой стороны. Но даже на этой стадии исповедь не носила личностного характера, — она рождалась из чувства коллективной ответственности, так как каждый человек бичевал себя за прегрешения коллектива, провозглашая: “мысогрешили, мы предали”.
Примитивная личность (а в каждом народе, как известно, массовая личность реагирует как примитивная личность) не способна осознать зло как “свое личное зло”, поскольку его сознание еще так слабо развито, что не способно разрешить возникшие конфликты. Поэтому массовая личность неизменно воспринимает зло как нечто чуждое и, как результат такого восприятия, везде и всегда чужестранцы становятся жертвами теневой проекции.
В стране объектами теневой проекции становятся национальные меньшинства. Очевидно, что благодаря расовым и этническим особенностям, и тем более при наличии иного цвета кожи, национальные меньшинства наиболее подходят для теневой проекции. Существуют различные варианты психологической проблемы национальных меньшинств: религиозный, национальный, расовый и социальный. Однако все варианты имеют одну общую особенность—раскол в структуре коллективной психики. Роль чужаков, которую в прежнее время выполняли военнопленные и потерпвшие кораблекрушение мореплаватели, теперь выполняют китайцы, негры и евреи. Один и тот же принцип определяет отношение к религиозным меньшинствам во всех религиях. Фашист выполняет в коммунистическом обществе ту же роль, что и коммунист в фашистском обществе.
Чужак как объект проекции тени играет чрезвычайно важную роль в психической энергетике. Тень — чуждая эго часть нашей личности, наша сознательная, противоположная точка зрения, оказывающая губительное воздействие на нашу сознательную установку и чувство безопасности — может быть экстериоризирована и затем уничтожена. Борьба с еретиками, политическими противниками и врагами народа по существу является борьбой с нашими религиозными сомнениями, уязвимостью нашей политической позиции и односторонностью нашего национального мировоззрения.
Коллектив будет стремиться к своему освобождению с помощью психологии козла отпущения до тех пор, пока существует чувство вины, возникающее в процессе формирования тени в качестве фактора расщепления. Наше сублиминальное сознание говорит нам, что мы недостаточно хороши для претворения в жизнь идеальных ценностей, и таким образом приводит к формированию тени. В то же время сублимированное сознание приводит к появлению бессознательного чувства вины и внутренней неуверенности, поскольку тень показывает несостоятельность светлой мечты эго о своей идентичности с идеальными ценностями.
Из сказанного можно заключить, что мы должны найти и использовать любую ситуацию, способную вселить в нас чувство уверенности, что наша жизнь действительно находится в гармонии с идеальными ценностями. Но самый простой способ достижения этой цели заключается в том, чтобы уничтожить тень в лице козла отпущения.
Вторую группу лиц, выполняющих роль жертвы в психологии козла отпущения, составляют “этически неполноценные” личности, то есть лица, не способные жить в соответствии с абсолютными ценностями коллектива или не способные к этической адаптации путем формирования “внешней личности”. Этически неполноценные личности (к числу которых относятся психопаты и иные патологические и атавистические личности, а также все те, кто психологически принадлежат к более раннему периоду эволюции человечества) становятся объектом порицания, наказания и преследования со стороны закона и его представителей. Это происходит в тех случаях, когда коллектив не способен использовать эту группу лиц в своих целях. С другой стороны, коллектив весьма активно использует эту группу лиц в военное время.
Эта группа лиц также рассматривается как нечто чуждое и в качестве инородного тела подлежащее истреблению, чтобы наглядно показать коллективу его собственную инакость и непричастность злу. Торжественность, с которой коллектив осуществляет уничтожение зла, проистекает из первоначального значения, которое на примитивном уровне принесения в жертву козла отпущения имело для коллектива. Представители церкви и государства принимают участие в выполнении приговоров по несчастным жертвам психологии козла отпущения, испытывая при этом чувство гордости, что их “совесть чиста”. Устранение “внешнего зла” всегда доставляло явное облегчение как индивиду, так и коллективу.