Страница 11 из 17
Как ни странно, но тоннель оказался цел, разве что в одном месте, на отрезке третьей четверти, дно заливала большая лужа. Но рельс над ней просматривался непрерывной линией и нигде не утапливался полностью. Поэтому Додюр, сменивший Виктора к тому времени на руле, проехал участок в сто метров на самой малой скорости, стараясь не поднимать опустившимися в воду роликами волну.
Кстати, тоннель в том месте оказался необычайно широк, около шести метров. Вероятно, при прокладке здесь использовалась природная пещера и карстовые пустоты. Но именно на середине лужи сидящий на закорках Фериоль вдруг запаниковал:
— Мне кажется, что здесь гораздо глубже! И тех самых поперечных балок не видно, которые ты назвал шпалами.
Посветил своими фонарями вниз и Менгарец, с какой-то дрожью осознавая, что шпал и в самом деле не видно, как и дна не наблюдалось.
— Хм! Не иначе здесь подобие пустоты под нами. И все затоплено…
— Ловушка?
— Непохоже… Скорее просто не стали заморачиваться с прокладкой сплошного моста, посчитав прочность рельса достаточной.
Подводный провал достигал длины метров в десять, и жрец еще больше обеспокоился:
— Вдруг рельс проржавел? И лопнет под нами? Пусть даже на обратном пути?
— Ерунда какая. Что мы, плавать не умеем? Главное — тоже вот так спокойно переезжать эту лужу… — Они как раз выехали на сухое место, и Виктор похлопал кока по плечу: — Давай, дружище, добавь ветерка, чтобы наш конь быстрей копыта высушил!
Товарищ ускорил движение до привычной крейсерской скорости, и через полчаса компания добралась до цели. Вернее, до небольшой двери, за которой неизвестно что скрывалось. Причем дверь оказалась совершенно идентичной тем, которые прикрывали секретные объекты и в самом дворце Гранлео. В том смысле, что для открытия опять можно было использовать пять вариантов, в зависимости от личных предпочтений исследователя.
Рельс здесь оканчивался, но — что больше всего радовало — имелось электрическое освещение, и только расходящиеся стены пещеры терялись в густой тени. Наличие света для вскрытия замка оказалось очень кстати.
Виктору открыть дверь труда особого не составило. А вот когда толкнул ее перед собой четверть часа спустя, тогда и стал удивляться. Во-первых, сама дверь оказалась на удивление тонкой и хлипенькой. Такую помеху при желании и большими кувалдами на пару с ломами можно выковырять. А во-вторых, после большого, расширяющегося во все стороны помещения-предбанника глазам исследователей предстала совсем иная дверь. Массивная, матово поблескивающая, с единственной, хоть и большой нажимной ручкой для открывания.
Присмотревшись к металлу, Менгарец пробормотал:
— Наивысшей защиты! Такие устанавливаются на секретных объектах только общепланетарной важности. Как минимум. Мы такие на нашем заводе тоже делали, поэтому помню. Но там системы вскрытия и защиты умопомрачительной сложности, а здесь всего лишь одна ручка. Более чем странно!..
— Наверняка ловушка! — в своем привычном стиле ворчал Фериоль. Что Виктора только заставило еще больше нервничать:
— Да оно и жирафу понятно, что здесь дело нечисто! Раз уже никто из Гранлео сюда много веков не являлся, то и нам следует назад возвращаться…
Додюр деловито хмыкнул и уточнил:
— Тогда — в обратный путь?
— Да нет… — кривился в жутких сомнениях Менгарец. — Надо все-таки туда заглянуть… Давай веревку! — Получив желаемое, дал товарищам второе распоряжение. — Подкатывайте сюда валуны и сносите камни, построим небольшую стенку перед дверью. Так, на всякий случай.
Сам закрепил веревку за ручку, а конец завел в сторону, за изгиб стенки предбанника. Потом стал помогать товарищам. Когда преграда поднялась на высоту груди, посчитали, что этого достаточно для минимальной защиты от неведомой опасности. Первую, уже открытую дверь тоже проверили на легкость закрывания.
Ну а потом стали действовать по оговоренным инопланетянином инструкциям. Хотя они оказались просты до наивности: если что, тянуть дверь назад веревкой. Не получается — бежим к мотоциклу, закрывая за собой первую дверь, и сматываемся.
Виктор взобрался на возведенную преграду, повесил на грудь два фонаря. Затем под дверью отражателями в сторону открываемого пространства установил в ряд все шесть керосиновых ламп. И только после этого стал медленно надавливать на ручку. Хотелось вначале приоткрыть маленькую щелочку и заглянуть внутрь, а уж потом решать, что делать дальше.
Вся суть последующего «потом» смешалась в бешеном и смертельно опасном калейдоскопе. Ручка при опускании достигла определенного места, и раздался щелчок. Тут же загудели сервомоторы, и дверь самостоятельно стала открываться, невзирая на натянутую, словно струна, веревку. Ударившись в стену, она оказалась заклинена стальным крючком с простым пружинным механизмом. Ну а глазам на мгновение открылась еще большая, можно сказать — громадная пещера, ведущая к чему-то гигантскому, черно-обожженному и местами тускло отсвечивающему. Что именно там находилось, рассмотреть не было ни времени, ни возможности. По ушам ударила пронзительная сирена боевой тревоги. Стоящий прямо за дверью проходческий робот на гусеничном ходу завращал парой алмазных буров в передней части, шевельнул боковыми манипуляторами и с лязгом и гулом моторов рванулся в атаку. Мало того, Менгарец успел рассмотреть еще с десяток боевых роботов, которые поднимали убийственные жерла, раструбы и дула в сторону открывшейся двери. Многие при этом еще и двигаться начали.
То есть тройка исследователей попала не просто в ловушку, а по собственной неосторожности выпустила на волю смерть для всего, что шевелится.
Робот-проходчик со скрежетом и грохотом врезался всей массой в сложенную из камней преграду, пробил ее, но гусеничная остойчивость на такой скорости, да еще и на неровности из валунов, оставляла желать лучшего. Робот завалился на бок, продолжая крутиться на месте и бешено вращая гусеницами. Только благодаря тому, что его высота не превышала полутора метров, он своими бурами при таране не отрезал Менгарцу ноги. Ну может, человек еще и подпрыгнуть чуть успел, падая перед дверью и с ужасом осознавая, что его вот-вот прожарят и распотрошат всеми видами оружия великого космоса.
Но, к счастью, вся система обороны и контратаки срабатывала с некоторым опозданием. Потому и поставлен был возле самой двери шустрый геологический робот для первой атаки на постороннее вторжение. Данное опоздание и помогло сильному, ловкому и проворному телу Менгарца использовать все внутренние ресурсы. Только коснувшись пола, он вскочил на ноги, дернул заклинивший дверь крючок в сторону и заорал товарищам:
— Тяните!
Еще и сам потянул ручку подавшейся двери. Он закрыть бы ее не смог. Но рывок веревок оказался как нельзя кстати: дверь захлопнулась в тот момент, когда по ней ударил объединенный залп боевых роботов. Посыпалась пыль со свода и мелкие камешки, но второго залпа так и не последовало. Вероятно, сам факт закрытия двери предполагал отмену боевой тревоги внутри охранного контура.
Но снаружи оставался вращающий гусеницами робот-проходчик. Тем более что он теперь задействовал для стабилизации корпуса электронные мозги: перестал бестолково вращаться и стал применять манипуляторы.
— Бежим!
Естественно, что справиться с ревущим аппаратом несокрушимых космических технологий без ломов и молотов было невозможно. Это и товарищи Виктора понимали, запрыгивая следом за ним на уже тронувшийся с места мотоцикл. Когда скорость явно перевалила за тридцать километров в час, Фериоль оглянулся назад и с ужасом воскликнул:
— Этот монстр мчится за нами! Даже догоняет!
Вот тут уже Менгарец выложился по максимуму, разогнав устройство чуть ли не под пятьдесят километров в час. Он даже слышать перестал в гуле роликов и колес, мечтая только добраться до лужи и лелея надежду, что если уж она не остановит настырного робота, то глубокая яма наверняка окажется достаточной преградой для гусеничного проходчика. Весь вопрос состоял в том: проскочит ли на такой скорости само транспортное средство через лужу?