Страница 70 из 88
Я так и не определился, благодарить судьбу или проклинать. Совсем недавно рядом со мной были мои боевые товарищи, была какая никакая цель.
А сейчас? Одна неизвестность.
Смысл жизни более - менее я понимал и делал все, чтобы остаться в живых. То, что я не понимал смысла войны, еще ни о чем не говорит. Это дано моим руководителям. Не мое это дело копаться в мотивах, которые толкали их на эту войну, по сути, никому из людей Союза не нужной. То что я хоть и молодой и неопытный, но понимал, что не всегда заканчивается хорошо попытка разнять и помирить дерущихся. Они могут решить, что ты не в свое дело влезаешь и, объединившись, накостыляют тебе же. Не всегда благое дело во благо. И не всегда прав тот, кто позвал тебя на помощь. Становясь на чью-то сторону, ты поневоле становишься соучастником и в ответе за уже общие дела. Тут главное во время понять и отойти в сторону, если видишь, что твоя помощь только усугубляет дело. Не становиться в гордую позу непонятого человека, а просто по-тихому слинять, предоставив дерущимся самим решить свои отношения. Не зря же есть такая поговорка “милые дерутся - только тешатся”. Но видимо до наших милых “старичков” это не доходит, или доходит, но не могут изменить ситуацию без ущерба своей репутации.
Я раньше как-то не задумывался над вопросами меня не касающимися и только-только начинал понимать что не все так безоблачно и хорошо в нашей стране. Напичканный пропагандой и воспитанный на примерах беззаветного служения своему народу и Родине, я и в мыслях не допускал другого понимания сегодняшнего положения дел, мне как и многим моим сверстникам тоже хотелось послужить на благо Родине. И только уже здесь стал понемногу задавать себе вопросы и понимать что не все то что нам пихали в мозги, следует понимать буквально, что надо иногда думать и своей головой.
Думай не думай, теперь уже значения не имеет. Сейчас надо понять есть ли смысл бороться за свою жизнь, не проще ли будет просто умереть? Враги, а духи для меня враги и от этого никуда не убежать, спрашивать вряд ли станут. У них свои понятия в этом вопросе. И уж явно жалеть меня никто не станет. Ситуация прямо скажем патовая, только мое решение, надо жить или не надо, могут повлиять на нее.
Я представил, как отреагируют на мою смерть родные мне люди, как они смогут пережить смерть своего сына. Любовь матери, отца, всегда чувствовалась не на словах, а сердцем. Их отношение ко мне, забота и любовь всегда и во всем поддерживали в любых передрягах и давали силу. Я тоже очень любил родных мне людей и не хотел доставлять им огорчение, боль и страдания. То, что так и будет, если меня не станет, можно не сомневался. Слезы обиды и отчаяния от безысходности застилали мои глаза. Я еще не до конца понял и не осознал что я, как и все люди по меркам Вселенной всего лишь песчинка, вернее даже частичка атома, но точно и четко чувствовал, что жизнь для меня священна, именно моя жизнь. Ничья другая жизнь для меня ничего не значит, ну разве только близких мне по крови. Только мое бренное тело в данный момент меня и интересовало.
Простите и не поминайте лихом, если я не выживу! Но знайте, я приложу все силы, чтобы выжить. Не ради мщения, даже не ради Родины и ее руководителей, только ради того чтобы вы были счастливы от осознания, что и я счастлив. Счастлив от жизни. Слезы не от слабости духа, вы не думайте, что я боюсь, что я трус. Нет! Только от ран и слабости телесной. Я сильный! Я не поддамся страху! Я все смогу выдержать, я смогу победить свою судьбу и повернуть тропинку жизни к основной дороге и пройти её до конца! Я смогу….
Нервное накручивание самого себя не прошло даром, и я снова ушел в забытье.
Очнулся или вернее проснулся от ощущения, что кто-то смотрит на меня. Но рядом никого не было. Хотя в воздухе вроде как мелькнула тень и скрылась. С трудом вспомнил, что и во сне со мной разговаривал какой-то старик. О чем он говорил, почему приснился, и кто вообще это такой? Одни лишь вопросы пронеслись в голове. Ничего не помню. Лишь чувство, что старик на моей стороне и явно желал добра. И сейчас вот это ощущение присутствия кого-то или чего-то прямо таки довлело. Но нет, хоть и темно в пещерке, но углы просматривались, и постороннего в ней нет. Видимо сон навеял это чувство. Может это дух отшельника тут мне спать мешает? Все может быть. Надо будет спросить мальчишек, как выглядел этот отшельник. Образ старика, который разговаривал с ним, как ни странно ярко стоял перед глазами, но вот что ему говорил старец я так и не смог вспомнить.
Толи забота мальчишек, толи желание выжить, но что-то явно способствовало моему выздоровлению. Я стал чувствовать себя намного лучше. Попытавшись приподнять руку, я ощутил, что могу двигать рукой и, преодолевая боль, смог переместить свое тело, которое сползло с лежанки и лежало на каком-то предмете, которое сильно мешало и давило. Подвинувшись, я принялся шарить рукой по камням пола вокруг себя в поисках того, что так давило в поясницу. Наконец нашел. Это оказался какой-то камешек, причем в кожаном мешочке и с тесьмой.
- Странно. Ведь не было его до этой ночи. Или был? Может мальчишки обронили? Это похоже на талисман и его явно положено носить на шее. Наверное, его надо отдать мальчишкам. А может не надо, может его мне “подарили”? Во всяком случае, я его раньше не ощущал. Хуже уже не будет, если я его одену на шею.
Непонятно отчего, но меня прямо распирало желание надеть этот мешочек с камнем, и я непроизвольно ему подчинился. Надев на шею и спрятав его под одежду, почувствовал облегчение от проделанной работы и удовлетворение. Облегчение оттого, что теперь сам смогу повернуться на бок и достать уд, чтобы облегчиться, и это доставило мне огромное удовольствие. Запах, который шел от одежды заставлял думать, что никто не озабочивался его естественными позывами, и в туалет по малому, по всей видимости, ходил под себя. Запах мочи, крови и гниющей плоти пропитал всю пещерку и давил на обоняние. Этому способствовало и наглухо закрытая дверь.
- Дело идет на поправку, раз я стал обращать на это внимание. Совсем недавно все это мне было без разницы, но чтобы встать самостоятельно…. Да уж, видимо, еще не скоро станет возможным. Интересно, мальчишки придут одни или с кем-то из взрослых?
Мысли опять скакали наперегонки, и опять появилась головная боль, но просто лежать и ни о чем не думать, мне уже было невозможно. Как поставить себя в данной ситуации я так и не придумал. Просто не знал, как поведут себя душманы, и что мне предстоит, даже представить себе не мог. Понятно, что ничего хорошего не ожидало, но постараться выжить я должен. Никогда у меня и в мыслях не возникала такая возможность, что он попадет в плен. Куда не шло - убьют, но плен….
В свою бытность я читал много книг о великой отечественной войне, везде были и герои, и предатели и люди, попавшие в плен. У меня и в мыслях не мелькало, что я не стану героем, как тот же Матросов бросившийся на амбразуру дота, что попаду в плен, и буду так отчаянно цепляться за жизнь. Уверенность что со мной все будет хорошо, и я выживу в этой войне, всегда сопровождала меня, как само собой разумеющее. Рядом гибли мои сослуживцы, я кого-то убивал, меня пытались убить, но все это воспринималось как обыденность, как работа и не больше. Да, было страшно, было трудно, но это вроде, как и должно было быть. Ведь сколько я себя помнил, всегда хотел стать военным, и став им мне привили, и не плохо, определенные знания и навыки, я знал, что в любой момент мне придется убивать людей, и что могу быть убит и сам. Но никогда не предполагал даже, что могу попасть в плен, был уверен, что этого со мной не случится.
Но как говориться “судьба предполагает, а бог располагает”. Действительность вот она, налицо. И только от него зависит: буду я жив или мертв. Очень хорошо понимал, что человек слаб, что, поддавшись минутной слабости, может покатиться по наклонной, и уже ни о каком сопротивлении и речи не может быть. Если человек духовно сломлен, в нем только страх остается основным инстинктом, остальные чувства исчезают. Я же не чувствовал страха, только чувство безысходности и отчаяния, которые, как я понимал, нужно подавлять. Нет не решаемых ситуаций, есть не правильный подход к данным ситуациям.