Страница 34 из 39
Кошка встала и гордо-независимо пошла вперед, наплевав на смеющегося позади гнома. Тот, фыркнув, тронул коняшку, направляясь вслед.
– И куда мы идем? – поинтересовался гном.
– Туда, где нет гномов! – профырчала кошка.
– Подвезти?
Кошка прошла немного, не отвечая, а после нехотя посмотрела на гнома.
– И как вы себе это представляете? Мы даже не представлены! Я даже имени вашего не знаю! И… а вдруг вы воспользуетесь тем, что я, маленькая, беззащитная, и… и… надругаетесь надо мной!
Фэлс чуть с седла несверзился от такого заявления.
– Я?!
– Ну, если уж я по-вашему смогла убить кого-то своими коготками и хвостом… то вы очень даже можете того самого!
– Ы?!?! – Фэлс отчаянно пытался отогнать от себя дикие картинки возникшие в голове. Духи Предков! Как такое вообще возможно? А, нет, лучше не думать!!!
– Ты кошка!!! – взвыл он, чувствуя что сейчас с ума сойдет. Что за дикость?!
– Ты не поверишь… но я знаю!
Фэлс поперхнулся. Что еще за шутки?!
Кошка запрыгнула на поваленный ствол дерева на обочине, потопталась и, примерившись, совершила еще один легкий прыжок на загривок пони гнома, когда он приблизился. Пони всхрапнул, дернул ушами, нервно скосил глаз, осуждая, но смог удержать неспешный шаг. Кошка крутанулась вокруг себя, и уселась перед Фэлсом, вцепившись коготками в его куртку, чтобы удержаться.
– Так уж и быть, я согласна! – заявила она. – Тамира Хвост-Трубой, к вашим услугам! – и, чуть прижав ушки, изящно кивнула головкой.
Потрясающе невозможное существо!
– Фэлс, – коротко ответил ей гном, взяв себя в руки.
– Просто Фэлс? – уточнила перевертыш.
– Да, – ответил разведчик гномов, не страдающий особой вежливостью. В конце концов он здесь с заданием. Он должен собрать сведения о том, что твориться в Аркаме, а не сообщать жителям данных земель чтобы то ни было, даже если это его имя и род!
– Хорошо, просто Фэлс, – фыркнула пушистая зараза. – Я согласна принять вашу помощь. Довезите меня до ближайшего сорта, а там я отблагодарю вас «орлами».
– А у вас есть деньги? – не то чтобы Фэлсу импонировала мысль разжиться лишними деньгами, но… – И как далеко до… вашего сорта?
– Да, есть, будьте уж уверены, – заверила его кошка и предусмотрительно добавила: – Но это не значит, что они при мне. А до сорта не так далеко. Вам не долго меня терпеть. По крайней мере до вечера.
На том и порешили. Сидеть в седле впереди гнома кошке было неудобно. Поэтому, промучившись целую минуту, перевертыш вздохнула и решительно стала карабкаться на плечи подгорника.
– Хэй! – возмутился он.
– Прошу прощения! – фыркнула кошка ему в ухо. – Но мне на шее более удобно!
– Вы, наглое создание! – прошипел Фэлс, невольно морщась, когда перевертыш нечаянно вцепилась когтями в его шею, устраиваясь на его плече.
– Я женщина, мне положено быть такой! – было ему ответом. – К тому же я кошка.
– Я заметил…
– Рада за вас. Вы удивительно разумны для мужчины.
Фэлс только глаза закатил на подобное заявление, но удрученно осознал, что не способен хоть как-то злиться на племя перевертышей.
– Хотел бы я знать, – пробормотал он, – только мне везет на таких перевертышей?
– Прошу прощения? Вы что-то сказали? – мурлыкнула кошка растянувшись с удобством на его плече.
– Я, говорю, все перевертыши такие как вы или мне повезло? – вопросил Фэлс.
– Мр-р… конечно повезло… такие как я редкость!
– Какое счастье…
– Хей! Я слышу сомнение?! Позвольте, но вам мог повстречаться медведь-перевертыш, или волк, или… крыса! Уж поверьте, эти перевертыши мало приятны… Медведи очень угрюмы, а зимой вечно не в духе. Ну, а волки гордецы и легко хватаются за мечи! Про крыс я и вовсе молчу! Отвратные создания…
Это было любопытно… Фэлс тут же встрепенулся и попросил:
– А какие еще бывают перевертыши? Расскажешь?
– Отчего же не рассказать… перевертыши бывают разными…
Кошка оказалась болтлива, но, как она справедливо заметила, она была женщиной, а женщины любой расы подчас очень любят потрепать языком… Нет, конечно, и среди них бывают молчуньи, но это такая редкость…
Из болтовни Тамиры он узнал, что перевертыша легко узнать по второй ипостаси, которая зеркально отражается в основном, человеческом образе. Разнообразием ипостаси не отличались. Было семь основных видов: кошки, собаки, волки, медведи, крысы, свиньи и… хомяки. Вторая ипостась перевертыша зависела от его характера. Ипостась не передавалась по наследству, передавалась только способность к изменению, к обороту тела. Исключением из этого правила были только кошки.
– Кошка всегда остается кошкой! – гордо заявила Тамира.
Кошки-перевертыши также отличались тем, что единственные обладали хоть какими-то способностями к магии, если это можно было так назвать – они могли видеть и чувствовать мелких духов, зловредные Тени и чувствовать наложенное проклятье.
– К сожалению, на этом все наши таланты и кончаются, – вздохнула Тамира. – Зажечь свечу мы уже не можем. Такова плата за наш дар оборота. И все же, мы кошки самые совершенные из перевертышей! И вот не надо хмыкать! Это именно так! А если вспомнить, что кошек создал сам Хранитель-Дракон…
– Чего-чего? – переспросил гном.
Нет, Фэлс помнил, что рассказывал о своем народе Кили, но его, как в прочем и всех гномов, очень удивляла эта вера в Хранителя мира и магии, который являлся по их представлениям Драконом. Огромная, огнедышащая тварь и вдруг хранитель всего мира! Нет, жители Аркама все же немного сумасшедшие!
– Как, вы не знаете этой легенды? Ну, так слушайте же!
« Давным-давно, когда мир был юн, а Хранитель еще мог приходить в мир в образе мужчины-полукровки, в одном сорте произошло нашествие крыс. Что ни делали люди, чтобы избавиться от них, а все было без толку. С каждым днем крыс становилось все больше. Они были повсюду и проникали во все щели, пробирались в амбары и поедали зерно. На сорт надвигался голод, ибо то был год неурожайный и купить зерно в других местах было трудно. Люди совсем было отчаялись и случилось так, что пришел в этот сорт именно в это время странный бродяга в старом рванном плаще. Узнав о беде, постигшем поселение, он предложил местному наместнику избавить жителей сорта от проклятых крыс.
– Если ты избавишь нас от крыс, – воскликнул льер, – то я отдам тебе всю казну города!
– Столь много не нужно, – отвечал бродяга. – Будет достаточно и тысячи золотых «орлов».
Наместник согласился сразу, но при этом не верил, что странный нищий бродяга спасет их от крыс. Но бродяга выполнил свое обещание. Он попросил у гончара кусок глины и слепил из нее десять забавных зверьков. Стоило ему закончить работу и поставить очередного зверька на землю, как… фигурка оживала – встряхивалась, обрастая шерсткой и, громко мурча, начинала тереться о ноги мужчины. Дивились люди на это, собираясь в круг вокруг бродяги, а созданные, первые кошки, мурлыча, ласкались и к ним, привечая прежде детей.
Когда последняя кошка спрыгнула из ладоней мужчины, он приказал им ловить крыс и мышей. И кошки, стремительными молниями, метнулись в стороны, начиная охоту. К вечеру того же дня на площади сорта высились огромные кучи убитых крыс… и через три дня ни одной крысы не осталось в сорте.
Люди радовались, но наместник сорта был мрачен. Даже тысячи золотых «орлов» было жаль ему отдавать какому-то бродяге! Не видел льер, как тот создал кошек, лишь слышал рассказ от своего слуги, но решил, что тот выдумал все, а бродяга просто притащил невиданных зверей откуда то издалека.
– Палец о палец не ударил, а золото ему отдавай? – сердился наместник. – Не бывать же этому!
И приказал он страже схватить бродягу и вышвырнуть его за врата сорта, а зверей невиданных поймать и в клети посадить.