Страница 46 из 67
Нести столько вещей сразу оказалось жутко неудобно. Весила поклажа куда меньше Белки, но бежать не получалось. Жутко мешали горшки в руках. А связка колбас на шее не давала смотреть под ноги. Вот ведь обычно кажется, и не глядишь вниз, а надень что-нибудь большое на шею, оказывается все совсем не так. Медвежонок даже пожалел, что прихватил колбасу. Так мешает. Впрочем, не тащить же ее обратно! А бросить никак невозможно! Выбрасывать еду, украденную с таким трудом! Хотя, почему украденную? Он же заплатил за нее! Целый серебряк! Стоит в разы больше, чем он взял. Точно больше, хотя Отто и не высчитывал! Даже по ценам Нейдорфа, а в деревне все дешевле. Так что Медвежонок не вор, он всё купил! Вот только что делать с колбасой, из-за которой он так медленно движется? Съесть? Но без брата с сестрой - ни за что! Остается только тащить. Хорошо, хоть, мешки на спине удобно пристроились...
К елке Медвежонок вышел на рассвете. Коготь, видно, не спал. Сразу выскочил навстречу, посмотрел вопросительно.
- Пусто! - ларг подал ему горшок со сметаной. - Держи!
Брат снял крышку:
- Сметана?
- Ага. Еще молоко, - Медвежонок подал крынку. - И малина, - освободив руки, начал снимать мешки. - Еды принес. Много... - сел, устало привалился спиной к осине. - Устал немного. Сейчас оклемаюсь. Только сбегаю, съем кого-нибудь...
- Зачем бегать, если еды принес? - не понял Коготь.
- Это вам. Я могу на одних зайцах жить. Или на крысах. А обычным людям надо. Разнообразно. Дед говорил...
- Тебе сейчас только бегать! - возразил брат. - Зайца вчерашнего схавай. Он хоть жареный, - и не давая возразить, ответил. - Белка всё равно не будет. Ее от мяса уже тошнит.
- Как она? - Медвежонок забирался 'под крышу' и перекинулся.
- Кэхает, - с самого начала пути братья старались говорить по-поленски. То есть, Коготь говорил, а Медвежонок старался. - И горячая вся. Как печка.
- Плохо... - вздохнул младший, взял котелок и принялся за еду, стараясь не урчать. По дороге он дважды останавливался и охотился. Но сейчас казалось, неделю не ел.
- Ничего, проснется - молоком напою. С малиной, - Коготь распаковывал мешки, встречая каждый новый продукт восторженными воплями. - Где ты всё это взял?
- Купил, - буркнул Медвежонок.
- Как купил? - вытаращился Коготь.
- В смысле украл, - поправился младший.
- Так купил или украл?!
Медвежонок замялся, не зная, как объяснить:
- Я без спроса взял... В погребе... И в амбаре еще... Но монетку оставил... Не могу я так... Просто чужое взять... Тем более, в деревне...
Коготь понимающе кивнул:
- Не дергайся. Пройдет. Я когда-то тоже не мог. А потом привык... - он грустно вздохнул. - Но что монетку оставил - плохо. Так бы они друг на друга думали. А теперь точно знают, что со стороны приходил кто-то. Далеко хоть?
Медвежонок совсем расстроился. Хотел ведь, как лучше, а получилось...
- Тебе три дня идти... - пробормотал он. - На полдень.
- Тогда наплевать, - повеселел Коготь. - Не доберутся. А с избушкой?
Ларг покачал головой:
- Пусто. На восход и полдень - ничего нет. Только деревушка эта. Я туда незадолго до заката вышел. Дымом пахло. Ну и решил - дождусь темноты, молока для Белки добуду. Или еще чего-нибудь... А набрал много очень. Нести неудобно. Сегодня между восходом и полночью пойду. А завтра на полночь. Если ничего не найду... - он пожал плечами, чувствуя, как наваливается сонливость.
- Ты бы поспал хоть немного.
- Я вчера спал, - возразил Медвежонок. - Надо идти...
- Сдохнешь. У тебя уже синяки под глазами.
- В Облике не видно. Надо избушку найти. Там отоспимся, - Отто мечтательно вздохнул. - Эльзу вылечим...
- Может и не быть, - пробормотал Коготь.
- Не, - вильдвер отчаянно замотал головой, словно проверяя, хорошо ли она держится, - точно есть. Я знаю! Надо только найти!
Он полез наружу.
- Я найду, - донеслось до Когтя. - Ты Эльзу лечи!..
Глава 43
Медвежонок бежал, стараясь выбросить из головы любые мысли, целиком превратившись в слух, нюх и зрение. Слишком мало у человека чувств. Даже в Облике толком ничего не ощущаешь. Мельтешение стволов и кустарников перед глазами, запах мокрой листвы и монотонный перестук капель, сливающийся в сплошной шелест...
Но теперь Отто по опыту знал: стоит лишь в однообразие окружающего вплестись чему-то новому, необычному, ларг не пропустит. Как не пропустил накануне слабенький запашок печного дыма, превратившийся в кучу вкусной еды, разложенной сейчас братом по уголкам их временного пристанища. Коготь все три дня роется между корней елки, углубляясь и зарываясь. Посели сейчас в убежище человечков в локоть ростом, тем бы роскошный дом достался. На несколько комнат, с кладовками...
Вот только сегодняшние обитатели землянки побольше будут. Хотя кладовки и для них сгодятся. Но тесновато. И ненадежно. Впрочем, если другого выхода не будет, придется как-то устраиваться. Копать, а точнее рыть, Медвежонок может куда быстрее брата. Вдвоем соорудят под елкой землянку, настелят лапника поверх того, что есть. А через месяц навалит снега, и получится берлога. Только надо будет еще разок добежать до деревни и наворовать одеял и всяких тряпок. Жаль, что они не умеют выделывать шкуры, снять-то в лесу всегда есть с кого.
Вильдвер на бегу потряс головой. Опять отвлекся. А надо избушку искать. Вынюхивать необычные запахи, высматривать охотничьи тропы, ловить странные звуки. Любая мелочь может вывести куда надо. Вот пересекает поляну еле заметная тропинка. Кто здесь ходил? Запахи давно выветрились, а если и оставались, всё смыл проклятый дождь. И следы тоже. Точнее, следы следов. Медвежонок пробежался по тропе. Нет, люди здесь не ходили. Они или обошли бы молодой ельник, или пообломали ветки. Хотя бы несколько. Скорее всего, какие-нибудь мелкие звери шастали. Выследить можно, но ненужно.
И снова бег. Строго по прямой, не замечая чавкающей под ногами жижи. Как обойти болото, когда пойдем все вместе, можно будет подумать потом. Если потребуется. А сейчас - искать, искать...
Ларг замер, принюхиваясь. Нет, не показалось. Опять потянуло дымом. И это не вчерашняя деревня, другое направление... Почти точно по пути. Хотя, запахи летают самыми неожиданными путями. Медвежонок негромко рыкнул, давая выход чувствам, и продолжил бег. Лишь когда уверился, что след стал устойчивым и не потеряется, отвлекся на охоту. Как обычно, поймал и съел. На этот раз барсука. Зарыл останки, тщательно счистил кровь и жир с лица и рук. Принюхался. Запах дыма усилился. И к нему прибавились новые, слабо различимые. Похоже на мед, но слишком сильный, словно рядом очень много пчелиных дупл. И запах большой воды. Понять, с одного места пахнет или нет, не получалось. Слишком далеко...
Медвежонок выскочил на жилье ближе к полудню. Солнце как раз готовилось сделать последний шаг по небу, чтобы взобраться на самую-самую вершину. Лес вдруг кончился, и Отто с разгону чуть было не выбежал на открытое место. Не поляна - огород. Вон, торчат палки из земли - подвязывать всякое.
За огородом - забор. Высокий, локтей пять, а то и больше. Коготь до верха не допрыгнет. А что за забором - никак не рассмотреть. Да и ветер как назло подул в другую сторону, унося запахи.
Впрочем, Медвежонок не расстроился. Нос не помогает? Глаза есть! Паренек забрался на здоровенную сосну, прошел по толстой ветке, и улегся поудобнее. Со стороны его никак не увидеть, а самому видно хорошо. Дед так учил! За забором, как и ожидалось, располагался дом. Большой, но, видно, поставленный очень давно. Крыша из дранки перекосилась, топорщась, будто чешуя, один угол просел... Навес, перекрывавший добрую половину подворья, разглядеть многое не позволил. Но, и того, что Медвежонок разглядел, хватило.
Жили тут двое. Муж с женой. Немолодые, хотя и не дедовы ровесники... Крепкие еще, и без работы не сидят. Маленькая сухонькая бабка так и бегала по двору туда-сюда. То курам зерна дать, то малому свиненку хрючела навалить. Старик худой, жилистый, с сухим морщинистым лицом, чем-то неуловимо напоминающий деда тоже не бездельничал - как сел топориком тюкать, так и просидел дотемна. Что именно делал, Медвежонок сперва не понял, потом, когда пригляделся, а ветерок снова принес сладкий запах , сообразил - колоды для пчел мастерит. Ну то и верно. По весне пчелы роится будут, домики новые потребуются... И запах меда понятно откуда. Пол-леса, небось, колодами увешано. А под навесом - новые, и заготовки под них