Страница 4 из 61
У входа Перегрин увидел «даймлер» с шофером за рулем. Перегрин стал подпрыгивать и размахивать руками, разбрызгивая вокруг воду, и тучи пыли осели на его промокшей одежде. Его спаситель вскоре вернулся вместе с шофером, который нес меховой коврик и теплое пальто.
— Полагаю, вам лучше раздеться, надеть вот это и закутаться в ковер. — Незнакомец протянул вперед руки, как будто собирался помочь Перегрину. Казалось, в нем борются искушение и отвращение. К своему изумлению, Перегрин заметил в его глазах нечто похожее на мольбу.
— Позвольте мне…
— Но, сэр, это невозможно. До меня противно дотрагиваться.
— Будьте так любезны…
— Нет, нет, это уж слишком.
Незнакомец повернулся и отошел. Руки он держал за спиной. Перегрин с некоторым удивлением отметил, что они дрожали. «О Боже! — подумал Перегрин. — Ну и денек сегодня. Надо что-то придумать и отделаться от него, но что?..»
— Позвольте вам помочь, — обратился шофер к Перегрину. — Вы, похоже, совсем окоченели?
— Я справлюсь. Мне бы только помыться.
— Не беспокойтесь, сэр. Все будет как надо. Оставьте одежду здесь, сэр. Я присмотрю за ней. А ботинки, наверное, лучше не снимать. Пальто вас маленько согреет, и ковер теплый. Готовы, сэр?
— Я не хочу быть вам обузой. Если бы я мог взять такси…
Незнакомец обернулся и посмотрел не в лицо Перегрину, но на его плечо.
— Я умоляю вас принять мое приглашение.
Весьма обеспокоенный экстравагантностью фразы, Перегрин не нашелся, что ответить.
Шофер быстро пошел вперед и открыл дверцы машины. Перегрин увидел газеты, разложенные на полу и заднем сиденье салона.
— Пожалуйста, проходите, — сказал его спаситель. — Я последую за вами.
Перегрин, шаркая ногами, прошел через портик и упал на сиденье. Подкладка пальто прилипла к телу. Перегрин получше закутался в ковер и попытался унять стучавшие зубы.
Какой-то мальчишка закричал: «Эй, глядите! Посмотрите на этого парня!» На улице появился сторож братьев Фипс и уставился на машину. Несколько человек остановились и показывали друг другу пальцем на Перегрина.
Когда его хозяин вышел из-под портика, шофер запер двери театра. Держа смердящую одежду Перегрина на вытянутой руке, он положил ее в багажник и сел за руль. В следующий момент они уже ехали по улице Речников.
Спаситель Перегрина сидел молча, глядя прямо перед собой. Перегрин выждал несколько секунд, а затем, пытаясь, и не без успеха, совладать со своим голосом, сказал:
— Я причиняю вам столько хлопот.
— Нет.
— Если бы… если бы вы были столь любезны отвезти меня в театр «Единорог», там я бы смог…
По-прежнему не поворачивая головы, мужчина произнес с чрезвычайной вежливостью:
— Я и впрямь буду вам весьма признателен, если вы позволите мне… — Он умолк, пауза длилась неоправданно долго. Затем он громко и отчетливо закончил: — …спасти вас. То есть я желал бы предоставить вам свой кров и услуги, чтобы вы привели себя в порядок. Я буду очень расстроен, если вы откажетесь. Страшно расстроен.
С этими словами он обернулся. Перегрин никогда не видел более неподходящего случаю выражения лица. Казалось, человек готов заплакать.
— Я несу ответственность, — продолжал странный незнакомец. — Если вы не дадите мне возможности исправить ошибку, я буду испытывать… чувство вины.
— Ответственность? Но…
— Нам недолго ехать. Друри-плейс[3].
«О черт! — подумал Перегрин. — Ну и вляпался же я». Впрочем, вполне вероятно, что наиболее очевидное объяснение поведения незнакомца окажется ложным, спаситель Перегрина, возможно, всего-навсего душевнобольной человек, а шофер за ним присматривает.
— Я все-таки не понимаю, сэр… — начал Перегрин и осекся: на переднем сиденье о чем-то беззвучно беседовали.
— Слушаюсь, сэр, — сказал шофер, подъехал к агентству недвижимости и вышел из машины. В окне над крашеным подоконником возникло испуганное лицо сурового стража. Лицо исчезло, и мгновение спустя вахтер выскочил из конторы и, обогнув машину, подбежал к хозяину «даймлера».
— Сэр, мне очень, очень жаль, что так случилось, — подобострастно затараторил он. — Весьма прискорбно, уверяю вас. Но, как я уже сказал вашему шоферу, я предупреждал посетителя. — До сих пор он не смотрел на Перегрина, но теперь глянул на него с упреком. — Я предупреждал вас.
— Да-да, — подтвердил Перегрин. — Так оно и было.
— Вот, видите. Спасибо. Но уверяю вас…
— Хватит. Была проявлена вопиющая халатность. До свидания. — Голос незнакомца резко переменился, теперь он говорил так холодно и жестко, что Перегрин невольно вытаращил глаза. Вахтер же отпрянул, словно его пырнули ножом. Машина тронулась с места.
Заработала отопительная система. К тому времени, когда они пересекли реку, Перегрин уже немного согрелся и его начало клонить в сон. Незнакомец больше не проронил ни слова. Когда взгляд Перегрина случайно упал на зеркало заднего вида, расположенное на стороне пассажира, он обнаружил, что за ним наблюдают с явным отвращением. Или нет. Почти со страхом. Перегрин быстро отвернулся, но краем глаза заметил, как рука в перчатке изменила угол поворота зеркала.
«Ну ладно, — подумал озадаченный Перегрин, — я моложе и сильнее него. Думаю, я смогу за себя постоять, но ситуация, конечно, идиотская. Стоит раздеть человека, и он превращается в посмешище. Хорошо же я буду выглядеть, если брошусь бежать по Парк-лейн в добротном макинтоше и меховом коврике… К тому же и то и другое является собственностью моего преследователя!»
Они уже ехали по Парк-лейн, затем свернули в боковую улочку, а оттуда в тупик под названием Друри-плейс. Машина остановилась. Шофер вышел и позвонил у двери дома № 7. Когда он вернулся к машине, дверь отворилась и на пороге показался слуга.
Спаситель Перегрина произнес сравнительно бодрым тоном:
— Идти недалеко. По ступенькам и — прямо в дом.
— Прошу вас, сэр, — сказал шофер, открывая дверь. — Чуть-чуть осталось.
Деваться было некуда. Из прохожих на улице оказалось лишь трое элегантных мужчин, мальчик-посыльный и дама в чрезвычайно облегающем наряде и с маленькой собачонкой на руках.
Перегрин вылез из машины и, вместо того чтобы опрометью ринуться в дом, повел себя как высокий гость. Он нарочито медленно поднимался по ступенькам, оставляя за собой вонючие следы, а меховой коврик волочился за ним наподобие шлейфа. Слуга посторонился, давая ему пройти.
— Спасибо, — с достоинством проговорил Перегрин. — Как видите, я упал в грязную воду.
— Вижу, сэр.
— Провалился по горло.
— Как неприятно, сэр.
— Думаю, не мне одному, — заметил Перегрин.
Появился хозяин.
— Прежде всего вам надо принять ванну, — сказал он, — и что-нибудь горячительное, чтобы унять дрожь. Позаботьтесь, Мосон.
— Конечно, сэр.
— А потом зайдите ко мне.
— Слушаюсь, сэр.
Слуга отправился наверх. Спаситель Перегрина вел себя сейчас как совершенно нормальный человек, и Перегрин подумал, уж не примерещилось ли ему всякое в результате пережитого ужаса. Хозяин говорил что-то об эффективности горькой соли, добавленной в ванну, о кофе с ромом. Перегрин слушал в оцепенении.
— Мне и вправду очень жаль, что я доставил вам столько хлопот. Вам, должно быть, противно иметь со мной дело, а ведь во всем виноват я сам.
— Но почему?!.. Да, Мосон?
— Не поднимется ли наш гость наверх, сэр?
— Конечно, конечно. Отлично.
Перегрина проводили наверх, в жаркую, приятно пахнущую ванную.
— Я подумал, что вы, сэр, не будете возражать против запаха сосны, — сказал Мосон. — Надеюсь, температура воды юс устраивает? Могу я пожелать вам легкого пара, сэр?
— Можете, — растроганно отозвался Перегрин.
— Видимо, я могу уже забрать коврик и пальто. И ботинки, — добавил Мосон. невольно изменив интонацию. — Банное полотенце на вешалке, горячий ром с лимоном рядом с ванной. Будьте так любезны, сэр, позвоните, когда будете готовы.
3
Улица в богатом районе Лондона.