Страница 73 из 180
Тоже совсем разные Пюви де Шаванн или Кормон. Но оба внесли житейский опыт. Хорошо, что пришлось сблизиться с Горьким, Григоровичем, Андреевым, Станиславским, Римским-Корсаковым; узнал Стасова, Ключевского, Верещагина, узнал Льва Толстого, Репина, Куинджи — все эти встречи неповторимы, и каждая дала незабываемый оплот в жизни.
Вот толстовское напутствие "Гонцу" — "пусть выше руль держит, тогда доплывет". Нелегко в бурю руль высоко держать, но вспомнишь завет мудрый и подтянешься. А бури-то все грознее и нет в тучах просвета. В грозе и в молнии Родина, любимая Родина побеждает врага.
"Не замай"! — перед войною говорили мы врагам. Напоминали грозные примеры истории, но, видно, судьбе угодно было явить Народ Русский великим победителем — на страх всем врагам. "Не замай" Руси! Не испытай на "себе необоримую мощь Русского Воинства, мощь всенародную.
Строитель новой жизни — народ русский, все народы необозримой целины умеют быть друзьями, но не сделай их врагами — тяжела их десница и несломимо их мужество. Народ русский помнит напутствие Сергия Радонежского Дмитрию Донскому перед Куликовой битвою: "Если испытал все мирные средства — тогда сразись и победишь!"
Русь всегда склонна к мирному преуспеянию, но остерегись разгневать ее, остерегись вторгнуться на ее священную землю. "Проснулись богатыри"! И уже не задремлют на несменном дозоре. Светлое будущее, светлое добротворчество! Творческий труд всенародный!
За тысячью туманов есть гора, где человек человеку не враг, но друг.
24 марта 1945 г.
"Зажигайте сердца"
Сергиева Лавра
К Пасхе скажем о весне, о победах, о Памятнике Русской Славы — о Троице-Сергиевой Лавре. Запоздала у нас весна, но зато теперь расцвела она на редкость. Горы — в снегу, а внизу поля всех тонов зеленых и желтых — ячмень и горчица. У нас цветут абрикосы, персики, сливы, нарциссы, дафодиллы, гиацинты. Налаживаются почки вишневые, распускаются рододендроны. Солнце еще не палит. Токуют фазаны. Заливается сова. Прилетели удоды. Лучшее время весна — самое нежнокрасочное, многокрасочное. А победы гремят. Радио передавало монтаж новой фильмы "Дмитрий Донской". У меня была картина "Пересвет с Челибеем".
Ваших писем за эти недели не было. С письмами просто беда! Прислал мне из Англии некто Хорнеман — ответил ему, а письмо мое вернулось обратно. Вернулись мои письма к Альбуэрно (Буэнос-Айрес), к принцу Евгению Шведскому, к Мансону (Швеция), а уже о Швейцарии, Португалии, Франции и говорить не приходится. А ведь, наверно, Шауб-Кох или Коимбра провещились бы. Еще недавно Юрий не получил посланную ему из Лондона книгу. Почему нельзя послать Вам четыре книги Конлана, а из Америки журналы постоянно приходят? Какой-то издатель из Калькутты хочет переиздать для Индии "Алтай-Гималаи". По-прежнему спрашивают монографию Конлана. А где Лукин? Цел ли? А Блюменталь, Рудзитис? Все они писали бы, если бы это было возможно. Опасаемся, дойдет ли наша телеграмма жене Б.К. Дело в том, что через четыре дня с нас запросили копию этой депеши — не значит ли сие, что где-то она заблудилась? Ведь этак мы не получим дальнейших сведений о Б.К.?! Странно, очень странно, напишите им открытку.
Пришло от Инге славное, сердечное письмо — вот чуткое сердце. И еще трогательное письмо от Жина по случаю его избрания в директора А.Й. Он — верный сотрудник, неутомимый деятель. И его и милую Жаннетту берегите сердечно. Как он тепло поминает Вас обоих — видно истинно любит. У нас были не использованные "Фламмою" воспроизведения индусских картин. Сейчас Ренц печатает брошюру "Культура Индии", и я ему даю эти воспроизведения, иначе их просто насекомые уничтожат. Конечно, Ренц упомянет, что они от "Фламмы" — ведь журнал "Фламма" не состоится, ибо главные подписчики были в Китае, в Латвии, Эстонии, Литве, во Франции, а теперь все они рассеялись и живы ли? Второе издание Конлана сделано от имени "Фламмы", и это пусть Жин запишет в актив. Не упустите ничего, что сложно, записать и в актив АРКА. Не только выставки и собрания, но каждое доброе слово, каждая полезная посылка уже есть истинный актив.
Прочтите "Письма о новостях науки" — "Сайэнс Ньюс Леттер" от 23 Декабря [19]44 — там любопытные астрономические новинки и медицинские чудеса. Только бы строго исследовали новые средства, а то польза в одном не дала бы вреда в другом. Уже бывало — откроют, а потом предупреждают о вреде. Помните, на римском съезде я предупреждал о возможных последствиях рентгенизации картин. Была резолюция. Вообще от резолюций шкафы ломятся, а в жизнь они не проникают. Как ночью — в подушку!
Прилагаю образец папки — мы их покупали в ботаническом магазине. Размеры были 18 на 12 инчей[97], как мои темперы. Не могли бы они послать нам, сколько в одну посылку разрешается? Они были дешевые. Инге пишет, что у Франсис были деловые бумаги — следует ли видаться с нею? Но ведь вся деловая часть не должна быть нарушена — из этого мог бы произойти вред. А ведь именно теперь дозор очень нужен. В присланной газете поминались письма — вероятно, это письма к Франсис.
Так и в самые сложные времена поминайте псалом Давида: "Вечером водворяется плач, а наутро радость". И не знаете, откуда и как приходит эта желанная радость. Мало ее на свете, и тем драгоценнее каждый ее проблеск. Да осветит она путь Ваш! 24 Марта мы прочли новейшее сообщение ТАССа: "Сейчас реставрируется Троице-Сергиев-ская Лавра — как "памятник русской славы". Сердечно…
1 апреля 1945 г.
Публикуется впервые
Антиклеветин
Илья Толстой — невеликий сын великого отца — вопил: "Почему музей Рериха, отчего не мне?" Когда ему говорили: "Что же вы поставите в вашем музее?", он упрямо ворчал: "Это все потом, а теперь хочу музей!" Так и помер сердито. Художник Юпатов, получив от меня добрую рекомендацию, шептал Лукину: "Не вечно же будет жить Рерих! После него мы переименуем музей". Некий художник Руп Кришна просил у меня письмо с оценкой его работы. Чтобы помочь ему, я дал очень сердечную оценку. Получив то, что ему нужно было, Руп Кришна сейчас же набросился на меня.
Вспоминался Куинджи. Когда ему передавали о каких-то вздорных выпадах против него, он удивленно замечал: "Странно, ведь я этому человеку никакого добра не делал". Была скорбная мудрость в такой оценке человеческой "справедливости".
В "Войне и мире" Толстой доказывал, как ошибочна бывает история, основанная на случайных "фактах", к тому же никогда и не бывших. И сам Толстой был живым к тому примером. Знаем, сколько небылиц о нем шепталось. Знаем, как злословили о нем его собственные дети. Булгаков, секретарь Толстого, достоверно сообщил о семейной драме великого писателя. Скажете, вся эта клевета прошла бесследно. Но в том и дело, что не вполне бесследно. Недаром французские житейские мудрецы сказали: "Клевещите, клевещите — всегда что-нибудь останется". И остается нечто — вроде вши или клопа. А там досужий историограф склеит "фактики" и "разговорчики", и получится нечто серенькое.
Только подумать, что зависть и клевета не приносят выгоды завистнику и клеветнику. "Клеветник бе искони". Вот в школах читали бы лекции о вреде клеветы. Ведь предупреждают же о вреде сифилиса. Клевета заразительна не менее самой гнусной болезни.
Столько открыли всяких микробов! Пора бы открыть микроб клеветы да и уничтожить его каким-нибудь новым витамином. Теперь говорят, что брачующиеся должны представлять врачебное свидетельство о состоянии здоровья. Вот бы и у всех поступающих на службу требовать свидетельство об антиклеветнической прививке. Уж очень изолгался земной мир! Спешно нужен "антиклеветин"!
97
дюймов (1 дюйм равен 2,5 см)