Страница 9 из 60
Ядовитые мухоморы захватили весь мир. Они есть даже в Африке и Австралии. Мухоморы играли особую роль в ритуалах шаманов Зауралья. Перед камланьем люди этой профессии ели мухоморы или пили настои из них, приводя тем самым себя в сильнейшее возбуждение. Это помогало им общаться с богами, беседовать с духами, выведывая у них самое сокровенное. В фольклоре ханты и манси шамана именуют мухомороедящим человеком.
Из всех известных на земле грибов, пожалуй, самый ядовитый — бледная поганка. Индейцы Северной Америки прозвали ее чашей смерти. Она бывает трех вариантов: белая, желтая и зеленая. Вкус у этой отравы сладкий, а зеленая и пахнет приятно. Из ста случаев отравления в девяти наступает смерть. Писатель В. Солоухин говорит о ней: «Вот какое злодейство может произойти из доброй земли, из доброго воздуха, из доброй воды, из доброго солнца».
Экстаз, рожденный запахом. Нарядная дама вывела погулять «стиранную» белоснежную болонку. Холеная собачка гадливо обегала лужи после только что прошедшего дождя, чтобы не замочить лапы. Вдруг она наткнулась на давно убитую выстрелом из рогатки маленькую птичку. Аристократическая собачка оживилась, понюхав находку, она вдруг, пригнувшись на передних лапках, проехалась щекой, шеей и лопаткой о протухшую птичку, потом горлом, другой щекой, боком, а затем перевернулась на спину и, блаженно порыкивая, принялась, извиваясь, валяться на спине. К ужасу хозяйки, белоснежная шерсть собачонки все больше и больше пропитывалась тошнотворной темной жидкостью из маленького трупика. Никакие окрики и увещевания не помогли. Словно в забытьи болонка вновь и вновь проделывала эти странные телодвижения, стремясь пропитаться отвратительным запахом.
Кое-как даме удалось увести теперь уже не белоснежную, а замызганную и смердящую любимицу, которая, судя по ее «улыбающейся» мордочке, не только не раскаивалась в содеянном, но и пребывала в прекрасном настроении, хватив глоточек «настоящей дикой жизни». Бульдог, вышедший на прогулку с владельцем из соседнего подъезда, после мимолетного обнюхивания приятельницы, как по ниточке, побежал ее следом к месту происшествия и через мгновение уже проделывал эти же странные телодвижения. Такую сценку можно наблюдать в любом городе. Все собаки мира ведут себя точно так же.
И не только собаки, но и многие дикие животные. Сетон-Томпсон в известном рассказе «Домино» описывает реакцию серебристо-черной лисицы на запах приманки, состоявшей из продуктов гниения белка: «Теперь всю ее охватило очарование, и странные телодвижения показывали, что она, видимо, теряет власть над собой. Она жаждала, стремилась приблизиться, насколько возможно, проникнуться, упиться этим ароматом, втянуть в себя его сущность, она желала бы, чтобы он обволок ее всю, и, предвкушая наслаждение, она повернула голову на сторону и, прижавшись чудной шеей к оскверненной земле, пачкала свой драгоценный мех в грязи, катаясь на спине, и ворчала, ворочаясь в пропахшей падалью пыли».
При наблюдении животных, валяющихся на пахучих веществах, создается впечатление, что им очень нравится это занятие. В народе говорят, что повалявшаяся собака становится веселее.
Птицы трутся муравьями. Ручные волки, жившие у меня, терлись и валялись на кусочке шкурки копченой севрюги, на обертке из-под мыла, конфете, на вате, смоченной йодом, высохшем лягушенке, разложившемся грибе подберезовике. Ручные лисицы во время прогулок с упоением валялись на перьях глухаря, на старом сале, терлись о мертвую мышь.
Шакалы валялись на селедке, окурках от сигарет, золе старого костра, на высохших экстрементах человека. В Киевском зоопарке был снежный барс-маньяк. Странная повадка вызывалась у него любым запахом: лака, олифы, духов, карболки. А в Казанском зоосаде так же вела себя пума.
Обезьяна-капуцин устраивалась на плече служителя и вдыхала дым. Возбудившись, она хватала окурок и терла им шкурку. То же самое делал капуцин с дольками чеснока и духами. Подобным образом ведут себя обезьяны-лемуры.
Получив немного мятной эссенции в конфете, слон вышел из равновесия. Зажав сладость во рту, толстокожее животное начало обильно выделять слюну, хлопать ушами. Затем слон оперся на решетку загона, напоминая своего сородича из Африки, наевшегося хмельных плодов мерулы.
Неизвестно, что ощущают животные, воспринимая особо нравящийся им запах, но внешнее сходство реакции с реакцией на валерьяну, введением которой у кошек удавалось вызвать наркотический сон, позволяют высказать предположение, что восприятие некоторых запахов сопровождается приятным ощущением, эйфорией, присущей действию наркотических веществ.
Подмечено, что многие виды птиц неравнодушны к муравьиной кислоте, к муравьям. Найдя муравейник, птица садится на него, несколько распускает крылья и замирает, позволяя муравьям залезать под оперение. У нее течет слюна, взгляд устремлен в одну точку. Некоторые особи, взяв муравья в клюв, самозабвенно натирают им свое тело. При повторении энтузиазм усиливается. С каждым разом птица делает это охотнее, все сильнее впадая в состояние, напоминающее экстаз. Известно, что поры кожи способны пропускать в организм втираемые вещества. Недавно выяснилось, что муравьи ряда видов продуцируют вещества, рождающие галлюцинации, а яд особей другого вида содержит анабазин, действующий подобно никотину.
Моча вместо бензина. «В период гона моча лосей-самцов, — пишет сотрудник Костромской опытной станции по разведению лосей В. Готовцев, — приобретает резкий, дурманящий, специфический запах». Выбрав место, рогач бьет землю копытами и мочится в образовавшуюся ямку. Затем снова бьет копытами, разбрасывает землю и снова мочится. Потом ложится, ерзает в ямке, встает, снова бьет. И так несколько раз. Если лосиха находится неподалеку, то она приближается к рогачу, бегает вокруг него с истошными воплями, подбегает вплотную, пытается занять сильнопахнущее место. В конце концов самец отходит, и самка, дорвавшись до ямки, возбужденно бьет ее ногами, ложится, валяется, встает и повторяет этот ритуал по многу раз. «Удалось трижды понаблюдать случаи, — отмечает В. Готовцев, — когда к одной свежеизготовленной ямке прибежали сразу три лосихи, которые были сильно возбуждены, конкурировали за место в гонной ямке и ложились в нее поочередно, а иногда даже сразу вдвоем. Однажды рогач, лежавший в гонной ямке, был вынужден лежа рогами отгонять настойчивых лосих».
Предполагается, что изготовление гонных ямок самцами повышает активность рогачей и готовность самок к спариванию. Но похоже, лосих, наблюдавшихся В. Готовцевым, запах мочи самца интересовал больше, чем сам самец.
На ферме замечено, что подобную реакцию лоси не только взрослые, но и неполовозрелые и даже лосята в недельном возрасте проявляют также по отношению к некоторым запахам, далеким от половых раздражителей: на бензин, солярку, спирт, гвоздичное масло деготь, камфору, касторку. Так почему же лосям нравятся все эти жидкости? Предполагают, что запахи перечисленных веществ ведут к возбуждению нервной системы лосей, дающему и приятное ощущение с эйфорическим оттенком, подобное тому, ради которого заблудшие подростки нюхают бензин.
Во время гона лось-самец ничего не ест и теряет до 25% веса — а это, в сущности, экстремальные условия, при них, как известно, усиливается секреция внутренних морфинов. Может быть, появившись в избытке, эндоморфины проникают в мочу? Пока об этом можно лишь догадываться. Возможен и другой механизм. Но несомненно одно, что возбужденная реакция на гонную мочу лосей и других копытных связана не только с жаждой сексуальных наслаждений, но и с эйфорией иного плана.
Что плетет паук, приняв наркотик. Паучья сеть — одна из самых совершенных ловушек в мире. Но и тут свои проблемы. Попавшая в тенета крупная сильная муха может порвать их. Чтобы лучше управляться с жертвой, паук парализует ее. Инъекции производит несколько раз, пока муха не затихнет.
Изобретая различные лекарства, некоторые фармакологи приспособились первоначально испытывать их на... пауках. Обнаружили, что под действием ряда веществ пауки плетут странные бесформенные паутины. Каждый наркотик заставляет паука плести совершенно определенную паутину, с характерным отклонением от нормы. Причем, как пишет знаменитый ученый-этолог Н. Тинберген, «поведение животного обнаруживает удручающее сходство с тем типом дезориентации, которую испытывает человек под воздействием того же препарата». Иногда рисунок паутины позволяет определить вещество быстрее, чем длительный лабораторный анализ.