Страница 33 из 63
Ян испуганно, эльф весело посмотрели на сержанта.
- Добро пожаловать, сынок, на гауптвахту, - почти ласково пригласил Яна Штоп.- Для начала десять суток.
И Ян снова оказался уже в знакомой ему гарнизонной тюрьме, где он встретил эльфа и поссорился с Алессией. Конечно, юноша, будучи комтурским писарем, рассчитывал, что комтур его и освободит. Но этого не случилось, так как Вальдемар фон Гейм, как оказалось, был в отъезде.
На гауптвахте Ян познакомился с динбургским стрелком Погодой, который ему поначалу и скрасил одиночество. Когда новобранца только ввели, стрелок подошел к нему и спросил о причине ареста. Ян ответил.
- Княженец?- сурово спросил стрелок, прислушиваясь к говору юноши.
- Да,- насторожился Ян.
- Откуда сам?
- Рядом, из-под Воруты.
- А. Мой дядька погиб при ее осаде. Утоп в болоте. Ну да вы его к себе и не приглашали, - и он улыбнулся.- Я - Погода.
Они быстро и как-то легко сдружились.
- Тяжело здесь?- спросил Ян у своего сокамерника вечером, после ужина. Ужин был лучше, чем в рекрутской казарме.
- Шутишь?- сыто отрыгнув, удивился стрелок.- Да здесь настоящий отдых и еда хорошая. По религиозным праздникам пиво или даже вино дают. Я, да и многие другие, сюда специально попадаем, чтобы отдохнуть от службы или очередной войны.
- Какой войны? Ведь между нами мир?
- А поморы?
- А они разве опять у вас бунтуют?
- Официально бунтов нет. Так. Волнения,- рассказывал Погода.- На днях вот, они турнир сорвали, закидав светских рыцарей навозом. Большой был международный скандал. Хотя я считаю, что поморы зря старались: от этих железных болванов и так смердит.
- Я вижу, ты не любишь рыцарей?
- А за что их любить? Не сеют не пашут, а только жрут да... трутни одним словом.
- Так ты же сам солдат?- усмехнулся Ян.
- Я - землепашец!- строго поправил товарища стрелок.- Я вырос на земле и еще на землю вернусь!
Ян с симпатией смотрел на собеседника, думая о том, что славные люди есть везде. Даже в Ордене.
- А здесь, здесь отдых,- заключил Погода.- Вот поспишь сейчас и все поймешь.
В эту ночь Ян впервые за свою службу нормально выспался. Он даже проспал время завтрака и ел кашу холодной. Стрелок во всем оказался прав. Уже на второй день ареста, Ян понял, что не хочет возвращаться в казарму. Они с Погодой играли в кости, пели песни и просто болтали. Вот только, к сожалению обоих арестантов, у стрелка срок уже подходил к концу. На следующий день Погода, пообещав Яну скоро вернуться, попрощался с ним и ушел. Больше Ян его не видел.
Был уже пятый день его ареста, когда охранник, поменяв в камере свечу и передав привет от товарищей, сообщил ему о возвращении комтура в замок. Эта весть Яна не обрадовала. Фон Гейм мог о нем вспомнить и вызвать к себе. Опять его ждут бессонные ночи в канцелярии. И юноша решил подремать, пока была такая возможность. Но заснуть он не успел.
- Скучаешь солдатик? - ехидно спросил знакомый голос. Ян вздрогнул и открыл глаза. Перед ним стояла серая кошка.
Глава 3
- Князь не доволен тобой, Дитрих,- сказал Калигерр.- Ты упустил мальчишку.
Калигерр и Дитрих сидели на стульях возле камина. Огонь в камине угас, и личный кабинет мага погрузился в сумерки. Новость, сказанная советником, конечно, не могла быть приятной для Дитриха. И офицер, наверняка, был очень зол неудачей. Еще бы! Была задета его профессиональная гордость. Он не смог поймать какого-то деревенского мальчишку! Но, как обычно, свои истинные чувства шпион скрывал под маской равнодушия. Калигерр не видел лица Дитриха, но мог поручиться, что внешне оно и сейчас никак не изменилось, сохранив выражение вежливой скуки. Да, маг был в этом уверен. Собеседники слишком хорошо знали друг друга. Когда-то они оба были слугами и свитой Мага Огня Вилькоффа, которую тот взял с собой, удаляясь в изгнание из Ордена. Затем один стал его учеником, а второй - шпионом. Теперь, после смерти их господина, Дитрих был зачислен в гвардию князя Велислава, а маг поднялся еще выше - стал его главным советником. Но по старой памяти Калигерр позволял Дитриху фамильярно сидеть в своем присутствии. Наедине, конечно.
- Его найдут,- уверенно сказал Дитрих.
- Найдут,- подтвердил маг.- Но не твои люди, а мои... Да и не люди вовсе.
Последнюю фразу маг пробормотал себе под нос.
- Послушай, Калигерр ...
- Советник Калигерр,- твердо поправил капитана маг.
- Советник Калигерр,- легко согласился Дитрих.- Как поможет этот паренек найти убийцу нашего господина?
- Тебе уже было сказано. У него есть некий магический предмет.
- Кусок травы? Папоротник?- уточнил Дитрих.
- Это кусок м а г и ч е с к о й "травы".
- Ну, разве что магической...
- Откуда столько презрения к магии, капитан? Ты же, как мне помнится, никогда не считал, как эти тугодумы вояки, что главное и единственное в мире оружие - это меч?
- Не считал. Главное оружие - это мозги.
- Не буду спорить,- сухо ответил маг.
- А Вилькофф точно был убит?- вновь заговорил о своих сомнениях гвардейский офицер.- Ведь на теле никаких следов. Твои специалисты-колдуны его осматривали?
- Да. И ничего не нашли, как и прежде медики.
- Эти самые медики утверждали, что он умер сам. Но ведь это невозможно?
- Еще как невозможно,- заверил голос мага из темноты.
- Тогда это может быть только...
- Только магия,- уверенно сказал советник.
Дитрих напряженно всмотрелся в темный силуэт собеседника. Разумеется, он подозревал и его. Маг вполне мог убрать своего учителя, чтобы занять его место советника или просто избавиться от опасной опеки. Маги на все способны. В это Дитрих твердо верил. А им - не верил. Но Калигерр. Он так настойчиво защищал версию убийства. Если убийца он, то зачем ему это нужно? Ему было бы выгодней, чтобы все считали, что смерть Вилькоффа случайна.
Калигерр зашевелился, скрипнув стулом. Он махнул рукой, и камин ярко вспыхнул. Дитрих даже не моргнул. Советник наклонился в его сторону.
- И знаешь, Дитрих. Именно этот цветок, вероятно, и был причиной смерти Вилькоффа. Для него это был яд!
- Папоротник для магов яд?- удивился Дитрих.
- Не всякий папоротник и не для всех магов,- пояснил маг.- Только для так называемых Стражей. Наш господин был одним из них.
- Стражи?
- Это что-то вроде тайного ордена магов, который давно потерял свое влияние и память о нем жива разве что среди язычников. Вилькофф, как ты заметил, не особо распространялся о своей причастности к этому ордену. Стражи не посвящают в свои тайны чужаков. Поэтому я и сам мало, что о них знаю. Знаю только, что когда-то этих Стражей обязали охранять какие-то мифические двери, для чего и даровали им невероятное могущество. Но, как водится в таких случаях, их сделали уязвимыми к какой-нибудь ерунде, чтобы они не возомнили себя бессмертными богами. Их уязвимым местом и стал цветок папоротника. Нужный папоротник, согласно поверьям язычников, можно найти только в определенную ночь и сорвать особым способом. Цветок делает его владельца удачливым, помогает разбогатеть, дает способность понимать зверей и птиц. И убивает Стражей. В общем, реальность перемешалась с местными сказками и теперь трудно определить, где правда, а где легенда.
Любой другой орденец отнесся бы к языческим сказкам в лучшем случае с презрением. Но только не Дитрих. Он внимательно выслушал Калигерра и запомнил каждое его слово. Правда, шпион не очень-то поверил в искренность мага. Было очевидно, что тот знал гораздо больше, чем сказал.
- А князю это известно?
- Не все. У государя и так полно забот, чтобы беспокоить его еще и сказками выживших из ума деревенских стариков.
- Что же ты ему сказал? Зачем ему этот цветок?
- Князю я тоже сказал правду. Только другую правду. Ту, которая могла заинтересовать его. Я ему сказал, что этот цветок, сорванный деревенским мальчишкой, при правильном использовании усилит его власть.