Страница 5 из 65
— Кто это миссис Бакет?
— Кухарка в Оукланд Холле.
— Какое превосходное имя. Бакет! Хотя оно больше подошло бы горничной, а кухарка должна быть миссис Бейкер. Итак, Мадди, ты знаешь миссис Бакет, не так ли?
— Если вспомнить, что мы обе работали в Оукланд Холле, то естественно, что я ее знаю.
— И ты иногда встречаешься с ней?
Мадди поджала губы. Я знала, что она посещает миссис Бакет, и была этому рада. Еще немного, и я что-нибудь узнаю.
— Я никогда не сую свой нос в чужие дела, даже если знаю этих людей двадцать лет.
— О, конечно, я понимаю. Итак, он потерял ногу?
— Вы опять ведете допрос, мисс. Это ясно, как день. Я могу побеседовать иногда с миссис Бакет, но не вы. Советую вам не переходить ручей и не задавать вопросы о том, что вас не касается.
Мадди была знакома с миссис Бакет, но я так и не получила никакой информации.
Был жаркий июльский день. Я сидела у ручья, разглядывая Оукланд Холл, когда случилось непредвиденное: кресло, в котором сидел этот человек, катилось ко мне. Я вскочила и увидела мужчину, приехавшего в экипаже. На коленях у него лежал шотландский клетчатый плед, и было непонятно, одна у него нога или две. Мне казалось, что кресло движется очень быстро, затем я поняла, что оно потеряло управление. Еще мгновение — и кресло достигнет небольшого склона над ручьем и перевернется. В тот же миг я бросилась вниз и перебежала ручей. К счастью, он пересох, воды было мало. Я перепрыгнула его, взбежала на противоположный берег как раз вовремя, чтобы удержать кресло.
— Банкер! Банкер! — кричал человек в кресле, а потом увидел меня. Я повисла на кресле, почти уверенная, что оно перевернется вместе со мной.
Человек улыбнулся; его лицо было краснее, чем всегда.
— Отлично! — закричал он. — Ты справилась с ним. Такая маленькая плутовка и справилась!
Он нажал на ручку управления, и кресло поехало по берегу вдоль ручья.
— Так лучше, — сказал он. — Я еще не привык к этой ужасной штуке. Теперь я должен поблагодарить вас, не так ли? Если бы не вы, я перевернулся бы вместе с креслом.
— Да, — ответила я.
— Где же вы были?
— На другой стороне ручья… на нашем берегу.
Он кивнул.
— Мне повезло, что вы оказались здесь.
— Я часто бываю здесь. Мне нравится это место.
— Раньше я никогда не видел вас. Вы живете поблизости?
— В Дауэр Хаузе.
— Вы не из Клэверингов?
— Да. А кто вы?
— Я Хенникер.
— Вероятно, это вы купили у них Оукланд Холл?
— Конечно я.
Я засмеялась.
— Что здесь смешного? — спросил он довольно резко.
— Такая встреча после долгих лет!
Он рассмеялся тоже. Не знаю, почему это происшествие показалось нам обоим смешным.
— Рад познакомиться, мисс Клэверинг.
— Как поживаете, мистер Хенникер?
— Хорошо. Благодарю вас, мисс Клэверинг. Я хочу немного передвинуть свое кресло туда, под деревья в тень. Давайте познакомимся.
— Разве вам не нужен Банкер?
— Теперь нет.
— Вы звали его.
— До того, как увидел вас.
Я шла рядом с креслом. Какое удивительное приключение! Я всем сердцем радовалась его предложению, потому что не хотела, чтобы нас увидели. Он остановил кресло в тени, и я села рядом на траву. Мы изучали друг друга.
— Вы старатель? — спросила я.
Он утвердительно кивнул.
— Значит, вы ищете золото.
— Нет, опалы.
Внезапная дрожь возбуждения охватила меня.
— Опалы! — воскликнула я. — Меня зовут Опал!
— Так. Значит вы — Опал Клэверинг. Это звучит великолепно.
— Они никогда не называют меня этим именем. Я всегда Джессика. Это довольно примитивно, не правда ли? Я часто удивляюсь тому, что они дали мне имя, которым никогда не называют.
— Вы не могли бы иметь более красивого имени, — сказал он, щеки его еще больше покраснели, а глаза стали ярко-голубыми. — Нет ничего прекраснее опала. Не говорите мне о бриллиантах и рубинах…
— Я и не собираюсь.
— Видите ли, я добывал опалы.
— Как это делается? Расскажите мне.
— Вы рыщете повсюду, надеетесь и мечтаете. Каждый хочет найти самый красивый камень.
— Где их находят?
— В Южной Австралии — в Новом Южном Уэльсе и Квинсленде.
— Вы из Австралии? — спросила я.
— Там я нашел опалы, но начинал в другом месте. Австралия богата опалами, мы еще не исследовали всю эту землю. Кто бы мог подумать, что там есть опалы! Можете представить себе восторг, когда их находят. Вы можете представить себе? Дикие лошади роют землю копытами, а там… опалы! В те дни мы считали, что их добывают только в Венгрии, никто и не думал поискать их еще где-нибудь. Ведь там добывали их сотни лет. Молочного цвета. Очень красивые… Но я предпочитаю черные опалы из Австралии.
Он замолчал и посмотрел на небо. Он забыл обо мне, находясь в другом времени и пространстве, за много миль отсюда, на другой стороне земли, разыскивая свои черные опалы.
— Что такое бриллианты? — продолжал он. — Холодный огонь, вот что это. Бесцветные камни! Посмотрите на опал…
Как интересно было его слушать!
— Лучшие опалы — это австралийские, — продолжал он. — Они тверже, не ломаются, как другие. Опалы приносят счастье. В давние времена люди верили, что опалы приносят богатство. Вы знаете, что императоры и набобы носили их для защиты от нападения? Говорили, что опалы берегут от ядовитых стрел. Другие думают, что они излечивают слепоту. Надо ли к этому что-нибудь добавлять?
— Ничего, — всем сердцем согласилась я.
— Oculus Mundi. Вот как их называли. Вы знаете, что это означает?
Я призналась, что мое образование еще недостаточно, чтобы знать эти слова.
— Око мира, — сказал он мне. — Носите его, и вы никогда не совершите самоубийство.
— У меня никогда не было опала, но мне и в голову не могла прийти мысль о самоубийстве.
— Вы слишком молоды. Вы говорите, что ваше имя Опал? И Джессика тоже. Знаете, оно мне нравится. Джесси, очень дружеское.
— Во всяком случае оно не заставляет думать об излечении слепоты и о спасении от чаши с ядом.
— Безусловно, — сказал он, и мы громко рассмеялись.
— Опал дает еще дар пророчества, — продолжал он. — Так говорят: пророчества и предвидения.
Он снял кольцо с мизинца и показал его мне. Это был прекрасный камень, обрамленный золотом. Я надела его на свой указательный палец, но оно было слишком велико. Я смотрела на переливы камня. Он был темно-синий с красными, желтыми и зелеными искорками. Он протянул нетерпеливо руку за кольцом, и я вернула его.
— Оно прекрасно, — сказала я.
— Новый Южный Уэльс — он оттуда. Говорю вам, мисс Джесси, когда-нибудь там найдут огромные россыпи, больше, чем нашли мы. Но меня там не будет, — он постучал по шали на коленях. — В этом деле есть риск. Нужно быть готовым к нему. Но подумайте о вознаграждении. Я никогда не забуду тот день, когда это случилось. Я думал, что со мной покончено. В тот день я собирал красивые опалы, наверху пещеры они напоминали устриц… да, устриц. Я не мог поверить своей удаче. Представьте меня, выдалбливающего их из камня. Это было в глубокой пещере. Они крепко сидели в красноватых песчаных пластах. Вдруг раздался грохот, рухнул свод пещеры. Меня вытащили только через три часа. Я получил свои опалы и хотя говорил себе, что один из них прекрасен и стоит того, чтобы потерять ногу, все же, между нами говоря, не стоит отдавать свои конечности даже в обмен на такую красоту. И все-таки это моя награда. Сначала я подумал, что это еще один Зеленый луч. Конечно, это не совсем то, но в нем есть удивительный магический зеленый оттенок. Этот камень был первым, что я увидел, когда пришел в себя. Я долго пробыл в больнице после того, как мне отняли ногу. Это было необходимо. Гангрена и все такое. Меня долго не могли перевезти в Сидней, поэтому я и потерял ногу. Первое, что я сказал, было: «Покажите мне тот зеленый опал». И вот он лежал в моей ладони, и хотя я знал, что потерял ногу, я, тем не менее, испытывал гордость, глядя на эту прекрасную вещь.