Страница 4 из 18
– А когда Нина ее родила? – сомневается Савчук. – В четырнадцать, что ли?
32
В кадре: у роддома стоит девочка с ребенком на руках.
33
– Я об этом отдельно хотела сказать, – отвечает Лика. – Героине не двадцать семь, как предлагает Саша, а все-таки лет тридцать пять. Учитывая возраст аудитории.
– Согласен, – кивает Савчук.
34
В кадре: Нина на глазах старится. То есть взрослеет. То есть мужает. То есть – как сказать? – женственеет? Бабится?
Становится старше.
35
– Далее, – продолжает Лика. – Имя Юлий слишком вычурное. Далее. Алкоголик или больной, присоединяюсь, это не наш вариант. Просто временно опустил руки.
36
В кадре: Юлий в четком костюме с галстуком стоит, временно опустив руки.
37
– Далее. Основная проблема: непонятно, за что им любить друг друга. Нужен какой-то его поступок. Что-то осязаемое и видимое.
38
Голос Саши:
– Когда-нибудь я ее убью. Она редактор не по должности, а по призванию, обожает править и резать. Я думаю, она даже свои отношения с Савчуком, а они точно есть, тоже редактирует.
39
Савчук и Лика в постели. Савчук старается, Лика говорит ровным голосом:
– Целовать девушку, Альберт Григорьевич, лучше, начиная с губ, а не с груди. Дышите вы неправильно: больше страсти, меньше сопения. Двигаетесь механически, надо разнообразить ритм. Кстати, в любви признаться не помешало бы.
40
Тишина. Савчук, Мелецкий и Лика смотрят на Сашу.
– Есть возражения? – спрашивает Савчук.
– Нет, – отвечает Саша.
41
Саша едет домой на своей дешевой подержанной машине. Он хмур и уныл.
Стоит в пробке.
42
В супермаркете берет бутылку виски. Подумав, берет еще одну, маленькую. И кое-что из еды.
43
Он входит в квартиру. Ту самую двушку, что куплена в кредит.
Здесь идет ремонт.
Двое рабочих сидят и курят. При появлении Саши не спеша встали, взялись за работу.
Саша проходит в маленькую комнатку, где все уже сделано, но слишком много вещей.
Потом пробирается на кухню. Говорит рабочим со стеснительной строгостью:
– Я вообще-то просил не курить в квартире.
– Это пока не квартира, хозяин, а полуфабрикат!
Саша устроился в комнатке с выпивкой и закуской. Но тут появляется Варя. Видит, что Саша угощается, и понимает по-своему.
– Что, приняли?
– Нет.
– Тогда с какой стати?
Саша выпивает рюмку и говорит:
– Скажи, за что ты меня любишь?
– Вот и я думаю, за что?
– Садись, два! А я тебя за что люблю?
– Действительно, за что?
– Я сам не знаю. И это неправильно. Придется нашу жизнь переписать заново!
Варя берет бутылку и ставит ее в шкаф.
– Хватит сидеть и страдать! Поедем со мной, сегодня у нас небольшой корпоративчик. Первая группа выпустилась и получила дипломы.
– Мне некогда. Надо работать.
– Саша, так нельзя! Надо радоваться жизни, а ты все время какой-то напряженный. Ефимов наш, между прочим, не только дизайну учит, а еще психологии общения с клиентами. Спокойствие и уверенность, уверенность и спокойствие. И улыбка.
– А где клиенты, не вижу?
– С людьми вообще! Поехали, развеешься хоть немного!
– Я страшно весел. Разве незаметно?
– Не очень.
– Переписать! Всем должно быть видно. Что весел. И почему весел. Веселье без причины – признак дурачины. Чревато неполучением гонорара.
– Что, не хотят платить?
– Пока не сдам первую серию – ни копейки. А через неделю выплата кредита.
– Ну, еще целая неделя, ты успеешь! – бодро говорит Варя. – Поехали!
– Если я поеду, то не успею!
– Капризный ты стал, – упрекает Варя.
– По правилам ты должна на меня страшно обидеться и с кем-нибудь из-за этого переспать. Тогда будет драма. Все видно.
– Дурак ты.
И Варя, действительно обидевшись, хлопает дверью.
Саша достает бутылку. Смотрит на нее. И ставит обратно.
Открывает ноутбук.
Начинает стучать по клавиатуре.
44
Нина в строгом изысканном костюме подъезжает к многоэтажному дому. Русские дети во дворе играют в шахматы. Два бодрых пенсионера азартно режутся в пинг-понг. Три бабушки сидят на лавочке с томиками Чехова в руках.
45
Нина в подъезде. Идет к лифтам. Вслед за нею – невесть откуда взявшийся тип подозрительного вида. Он входит в лифт вместе с Ниной.
46
В лифте он со странной улыбочкой посматривает на Нину, а потом нажимает на кнопку аварийной остановки и достает нож.
– Гони деньги и брильянты – останешься жива! – говорит он добродушно.
– Я высокомерно и презрительно игнорирую тебя, криминальный ублюдок без следов не только высшего, но даже и среднего образования в глазах!
– Ты игнорируй, а деньги гони! – требует тип, слегка озадаченный, но упрямый.
– Оставь меня в покое, урод!
47
Юрий, высокий и приятный мужчина около сорока лет, стоит и ждет лифта. Видно, что он грустит о чем-то. Прислушивается. Женский громкий голос его встревожил. Он бежит вниз. Быстро, но элегантно.
Слышит за дверьми лифтовой шахты:
– Не трогай меня, я сказала!
Юрий мощным рывком раскрывает двери. Видит лифт, остановившийся почти на уровне этажа, немного недоехав. Раскрывает еще одним рывком двери лифта. Как раз вовремя: тип вознамерился порезать ножом лицо Нины. Юрий выставляет ладонь, нож вонзается в нее. Юрий двумя ударами укладывает типа на пол, выводит Нину, потом выволакивает типа, отправляет лифт вверх нажатием кнопки, еще раз открывает дверцы лифтовой шахты и спихивает туда тело грабителя. Ждет. Услышав веский шмяк (с таким звуком падает что-нибудь тяжелое в мусоропровод), кивает головою, одобряя. А Нина видит его руку, всю в крови.
– Из-за меня вы сильно пострадали!
– Да пустяки. До свадьбы заживет.
– Вы разве не женаты?
– Был. Но это
история печальная, увы.
– Вы побледнели от потери крови!
– Скорей от горя. Но перевязать
меня, конечно, полагаю, нужно.
48
Они в квартиру входят. Небольшая —
Примерно метров где-то полтораста,
Но все просторно, чисто и светло.
Вот Нина перевязывает руку.
И тут звонок. Ее подруга Катя
Обеспокоилась задержкой.
– Где ты? —
Она тревожно спрашивает Нину.
– Я скоро буду, подожди чуть-чуть.
Тем временем, за голову держась,
Садится Юрий в кресло, а к нему
Породистый красивый доберман
Воспитанно приластился, при этом
Он мелодично, но нетерпеливо
Поскуливал. И Юрий попросил:
– Не знаю, как зовут вас?
– Просто – Нина.
– Знакомы будем, Юрий. Очень рад.
Вы не могли бы, Нина, оказать,
Услугу небольшую мне и Маку?
Он у меня до ужаса застенчив,
И никогда такого не бывало,
Чтоб он в квартире, так сказать… нассал.
49
Саша пишет и хохочет. Хохочет и пишет. Ударяет по клавишам так, будто мстит им за что-то.
Но вдруг застывает. Остывает. Читает, что написал. Кривится.