Страница 80 из 97
К концу 1965 г. вооруженные силы ФРЕЛИМО насчитывали 2000, в 1967 г. — 8000, а в 1969 г. —10 000 хорошо обученных бойцов.
Фронт стал направлять многих своих бойцов для военного обучения в Алжир и ОАР, готовя таким образом для себя военные и политические кадры. Получившие военную подготовку за границей члены ФРЕЛИМО обучали партизан в военных лагерях в Танзании. Первый лагерь был открыт в Багамойо, второй — в Конгва (инструкторами в нем были Самора Машел и Жоакин Чиссано).
Вплоть до окончания освободительной войны на территории Танзании существовали четыре военных лагеря ФРЕЛИМО, на которых мозамбикские патриоты проходили военное обучение. Хотя условия жизни и учебы бойцов в этих лагерях были очень трудными из-за нехватки финансовых и материальных средств, в них царили железная дисциплина и высокое сознание патриотического долга. Последнее было в большой степени связано с огромной политико-воспитательной работой, которую вели среди бойцов активисты ФРЕЛИМО.
В связи с началом вооруженной борьбы на территории Мозамбика возникла необходимость коренной перестройки организационной структуры фронта, создания централизованного механизма по руководству партизанской армией. Пленум ЦК в октябре 1966 г. принял решение о создании единого военно-политического центра при президенте ФРЕЛИМО — Высшего военного совета. В него вошли сам президент, его заместитель и два руководителя отделов ЦК. Отдел ЦК по вопросам обороны и безопасности был разделен на два самостоятельных отдела. Эта организационная перестройка позволила повысить эффективность работы всех звеньев ФРЕЛИМО, активизировать военные действия, улучшить снабжение партизан всем необходимым, усилить дисциплину в их рядах.
«На наш взгляд, — писал С. Машел, — дисциплина вытекает из политического сознания бойца, она основана на принципах и правилах, которыми руководствуемся мы — активисты ФРЕЛИМО, бойцы Народных сил освобождения Мозамбика и слуги народа. Дисциплина подобна часовому, охраняющему политический курс и предупреждающему нас о всякой попытке изменить этот курс или сорвать его»{92}.
Партизанская армия ФРЕЛИМО, насчитывавшая 7000 бойцов, была разбита на отряды численностью 30—50 человек. Каждый отряд действовал в определенном боевом районе — «зоне наступления». Несколько боевых районов составляли оперативную зону. Она имела оперативные базы, служившие местом сосредоточения и снабжения партизанских отрядов в течение определенного времени, пока ее местонахождение не становилось известным противнику. Развертывая партизанскую войну, ФРЕЛИМО умело использовал опыт алжирских и вьетнамских патриотов.
Исключительно большую роль в политико-воспитательной работе и повышении сознательности бойцов ФРЕЛИМО играли политкомиссары, которые были при каждом партизанском отряде. Институт политкомиссаров был введен в 1964 г. Октябрьский пленум ЦК фронта в 1966 г. особо подчеркнул значение деятельности политкомиссаров в деле воспитания бойцов партизанской армии. Они проводили широкую разъяснительную и воспитательную работу и среди населения освобожденных районов и районов, находившихся под португальским господством. Задача политической мобилизации населения в них ставила перед активистами ФРЕЛИМО ряд специфических и сложных проблем. Касаясь этого вопроса, У. Барчетт писал о мозамбикских крестьянах: «Любые изменения в их жизни, предлагавшиеся португальскими властями, всегда были к худшему. Они обнаруживали, что, даже когда им казалось, что они достигли предела безнадежной нищеты, всегда находилась возможность довести их до нищеты еще более ужасающей. Если удавалось принудить их рисковать жизнью, устраивая засады транспортным колоннам, везшим материалы к плотине Кабора-Басса, так это только потому, что кадры ФРЕЛИМО умели объяснить, что один из проектов Совета планирования Замбезии состоял в том, чтобы использовать плотину для ирригации долины Замбези и, выгнав живущих там африканцев, поселить на их месте до 1 млн. португальских крестьян».
Степень восприимчивости различных слоев населения к агитации фронта была неодинакова. Интересно в этом смысле свидетельство члена ФРЕЛИМО М. Матсинге, который отмечал: «Мы… обнаружили, что продолжительность времени, необходимого для мобилизации группы людей, различна в зависимости от интенсивности их колониального опыта. Например, люди, вернувшиеся в города после принудительной работы по контрактам, были наиболее восприимчивы к нашей агитации. К этой категории относились и те, кто работал на строительстве мостов и дорог или выращивал сахарный тростник, чай, рис или кокосовые орехи на плантациях».
ФРЕЛИМО придерживался гибкой и осторожной тактики в отношении местных традиционных вождей. Хотя их власть была ослаблена колониальной администрацией, они пользовались еще значительным влиянием среди соплеменников. Как пишет Б. Манслов, «для движения идти одновременно и против колониальных властей и против традиционных вождей… было бы политическим самоубийством. Завоевать поддержку вождя значило обеспечить себе поддержку его народа».
И ФРЕЛИМО повел настойчивую и нелегкую работу за завоевание такой поддержки, добившись в этом значительного успеха. Многие вожди вступили в движение. На ранних стадиях борьбы колониальные административные структуры в освобожденных районах заменялись традиционными. Власть передавалась вождю, которому вменялось в обязанность снабжать пищей и одеждой не только местное население, но и партизан, а также организовать деревенскую милицию.
Развертывая широкую партизанскую войну на территории Мозамбика, ФРЕЛИМО столкнулся с трудностями военного, политического и психологического характера.
Одной из главных трудностей была постоянная нехватка оружия и военного снаряжения. «Освобождение Мозамбика, — отмечал С. Машел, — шло бы более быстрыми темпами, если бы у нас было больше оружия. Мы имеем бойцов, но v нас мало оружия. Обучено уже 10 тыс. бойцов, но это партизаны без оружия».
Серьезные препятствия на пути развертывания национально-освободительной борьбы в Мозамбике создавала раскольническая политика маоистов. Летом 1965 г. они предприняли попытку объединить раскольнические силы и создать широкую оппозицию ФРЕЛИМО. П. Тумане нанес визит в Пекин, где он, видимо, получил инструктаж по созданию «объединенного» фронта{93}.
В июне 1965 г. в результате слияния УДЕНАМО— Мономотапа, Нового УДЕНАМО, МАНУ, МАНКО и УНАМИ была создана новая раскольническая организация КОРЕМО (Революционный комитет Мозамбика). К созданию этой организации имели прямое отношение не только маоисты, но и португальская, американская и израильская разведки. Во время суда над Тумане в 1975 г. он признал, что начиная с 1962 г. получал деньги от ПИДЕ, а также от США и Израиля. По его словам, американский дипломат в Лусаке (Замбия) К. Дж. Тэйлор сказал ему: «Если вы откроете свой офис в Мозамбике, мы готовы помочь деньгами, но только если вы обоснуетесь внутри страны». Президентом КОРЕМО стал Гвамбе (через год. его сменил Тумане), генеральным секретарем — Ж. Читежи. Штаб-квартира КОРЕМО размещалась в Лусаке.
КОРЕМО не получил какого-либо международного признания. Несмотря на свои огромные усилия, предпринятые на X сессии Комитета освобождения Африки ОАЕ в 1967 г., КОРЕМО не смог добиться большего, чем признания де-факто его деятельности. Ему было отказано в материальной и финансовой помощи и даже в разрешении открыть свое отделение в Дар-эс-Саламе, где находилась штаб-квартира комитета.
В августе 1965 г. Тумане открыто заявил о своей ориентации на маоистское руководство КПК. КОРЕМО, видимо, по указанию из Пекина установил тесные связи с рядом прокитайских организаций в Африке, в том числе с ПАК, ГРАЕ, УНИТА и СВАНУ. Хотя Тумане утверждал, что его организация имеет 5000 последователей в Мозамбике, КОРЕМО не вел каких-либо боевых действий против португальцев. Он сосредоточил свою деятельность главным образом на создании тайной сети кадров и их военном обучении, чтобы использовать их в будущем против ФРЕЛИМО, а также осуществлял террористические акции в отношении руководителей ФРЕЛИМО. Видимо, с его деятельностью следует связать серию нераскрытых убийств видных деятелей ФРЕЛИМО (Ф. Магайя, Ж. Сигуаке и др.) в 1966—1968 гг.