Страница 23 из 107
Я посмотрел на нее и криво улыбнулся. Они ответила тем же.
— Возможно, тебе не стоит этого делать, — заметил я.
Ее улыбка расширилась, и в уголках ее глаз появились морщинки.
— Возможно, я уже большая девочка и могу решать за себя сама.
— Может и так, — допустил я.
— Это был нелегкий год, — сказала она. — Они устали и напуганы. Иногда люди теряют веру. Они придут в себя. Вот увидишь.
— Спасибо, — тихо сказал я.
Она опустила ладонь мне на руку и на секунду сжала, а затем убрала руку:
— Я устроила Вальмон в гостевой спальне. Ты ляжешь в моей комнате, а я — на диване.
— Нет, я лягу на диване, — возразил я.
— Ты на нем не поместишься, балда. И ты не забыл, что это тебя сегодня подстрелили? И если мы собираемся осуществить задуманное, мне нужно, чтобы завтра ты был в как можно лучшей форме.
Я поболтал апельсиновый сок в стакане. Она дело говорила.
На пороге появился Мистер и бросился к моим ногам. Я отставил больную ногу назад, чтобы его плечо врезалось только в левую голень, затем нагнулся и почесал его рваное ухо:
— Где тебя носило, комок шерсти?
— Это забавно, — сказала Кэррин. — Он исчезает, стоит только тут появиться Энди.
Я вспомнил полный хаос, устроенный когда-то в гостиной моей старой квартиры, и улыбнулся:
— Может, она просто не кошатница.
— Пей свой сок, — напомнила она. Я выпил. Она снова наполнила стакан и проследила, чтобы я выпил и его.
— Хорошо, — сказала она. — Вальмон уже легла. Иди спать. Завтра нам рано вставать, и ты мне понадобишься хорошо отдохнувшим.
Я и сам знал, что Кэррин права. В такой ситуации лишать себя жизненно важного отдыха без всяких на то причин — смерти подобно. Кроме того, за сегодня я и так уже сделал достаточно. Утро вечера мудреней.
Я отправился в спальню Кэррин, но проходя через гостиную остановился.
На кофейном столике лежали пушки. Kуча пушек, выложенных на ткани, вычищенных и прислоненных к ближайшему стулу, где для них уже была приготовлена сумка. Здесь был и любимый маленький бельгийский карабин Кэррин, и пара запасных.
— Новые игрушки? — поинтересовался я.
— Я же девочка, Гарри, — не без самодовольства ответила она. — Люблю всякие побрякушки.
— Это что, базука?
— Нет, — ответила она. — Это гранатомёт AT4. Намного лучше, чем базука.
— На тот случай, если мы соберемся поохотиться на динозавров?
— Какая работа, такие и инструменты.
— Можно я с ним поиграю?
— Нет, тебе пора в постельку.
Она расположилась на кушетке и начала разбирать один из своих пистолетов. На мгновение я замер в нерешительности. Какое я имею право втягивать ее в ту заваруху, которую собирался начать?
Я быстро загнал эту мысль подальше, но тут же всплыл другой вопрос. Могу ли я прямо сейчас вывести ее из этого дела?
Кэррин посмотрела на меня и улыбнулась. Она собрала оружие так быстро и автоматически, как другие люди одевают ботинки.
— Увидимся утром, Гарри.
Я кивнул. Лучший способ убрать ее с линии огня — это приняться за дело и закончить его. Она не перестанет мне помогать, даже если я ее попрошу. Хватит ходить вокруг да около, Гарри, начинай игру и сделай так, что Никодимус и его компания больше никогда не смогли причинить ей вред.
— Ага, — ответил я. — Увидимся утром.
Глава 14
Как бы Зимняя мантия не поддерживала меня во время боя, она, похоже, совершенно переставала мной интересоваться, как только я оказывался в безопасности.
За мучительно большое количество прыжков я добрался до ванны Кэррин, вымылся, как мог, при помощи мочалки, раковины с теплой водой и капельки мыла, а затем рухнул в постель. Примерно через десять секунд отступившая было на задний план усталость навалилась с новой силой, жжение и тупая боль от десятков порезов и опухших ушибов вновь дали о себе знать.
Я слишком устал, чтобы обращать на это внимание. Я целых полторы минуты раздумывал, стоит ли встать и поискать аспирин или что-то вроде, а потом сон подкрался ко мне и, ударив исподтишка, отправил в нокаут.
Мне снился сон.
Это был один из тех лихорадочных снов, шумный, яркий и бессвязный. Я не помню всех деталей. Просто я никак не мог поспеть за происходящим. Как только мои глаза фокусировались на чем-то, все изменялось. Как только я догонял действие, оно, хохоча, улепетывало в другом направлении и оставляло меня. Я отчаянно пытался развернуться в нужную сторону и поймать ритм, но казалось, что мои ноги застряли в грязи. В то же время на некотором расстоянии я видел других Гарри Дрезденов, и каждый из них танцевал собственный путаный танец параллельно со мной. И иногда мы останавливались, чтобы помахать друг другу и обменяться жалобами.
Ближе к концу сна я обнаружил, что еду по какой-то дороге в моем старом разноцветном «фольксвагене» по прозвищу Голубой Жучок, продираясь вперед через сильный дождь. Моя ученица Молли сидела рядом со мной.
Молли было чуть за двадцать, и она была прекрасна, хотя по-прежнему выглядела немного худоватой на мой вкус. Ее волосы, цвет которых постоянно хаотично менялся с тех пор, как она стала подростком, теперь были длинными и почти белыми. Она была одета в старые дизайнерские джинсы, синюю футболку с выцветшей символом вторичной переработки и сандалии.
— Я ненавижу такие сны, — пожаловался я. — Никакого сюжета, просто набор случайных странных событий. Этого мне хватает и наяву.
Она посмотрела на меня с испугом и несколько раз моргнула:
— Гарри?
— Конечно, я. Это же мой сон.
— Нет, не совсем, — сказала Молли. — Как ты это делаешь?
Я на мгновение оторвал руки от руля, чтобы театрально пошевелить всеми десятью пальцами и зловеще протянуть:
— Я — чародей!
Молли разразилась веселым смехом:
— О, боже, это, что, случайность? Ты наконец выбрался с острова? Как твоя голова?
И тут я тоже заморгал:
— Постой-ка. Это ты, Молли?
— Я, — сказала она с улыбкой и потянулась через салон. Она обернула руку вокруг моей шеи на секунду и склонила голову мне на плечо в быстром объятии. Прикосновение было теплым, что выходило за рамки нормального ощущений во сне. Чувство чужого присутствия было таким отчетливым, что не вызывало сомнений. — Ух ты! Так приятно вас видеть, босс.
— Ух ты! — повторил я. — Как же это происходит?
— Хороший вопрос, — сказала она. — С Нового года на меня нападали во сне, наверное, раз пятьдесят. Я думала, что моя защита держится довольно крепко.
— Нападали? Кто? — спросил я.
— А-а-а, — протянула она небрежно, — в основном сидхе.
— Подожди, разве ты не их принцесса?
— Во плоти — да, — глаза Молли сверкали. — Но во сне они могут приходить ко мне анонимно, поэтому каждый панк думает, что это круто. Это как Интернет для фейри.
— Вот уроды.
— Ну, не совсем, — возразила она. — Послушай, Гарри, Мэйв была действительно очень, очень ужасной Зимней леди. Теперь я получила эту работу. Сидхе просто хотят убедиться, что я для нее гожусь. Они меня так проверяют.
— Приходя во сне?
— Тихонько, когда Мэб не видит, — ответила Молли. — Это вообще-то напоминает мне, как моя мама оставляла меня дома следить за всеми моими маленькими братьями и сестрами. Только с более преступными намерениями.
Я моргнул и издал короткий смешок.
— Ты улыбаешься — это хорошо. Они наступают. Я даю им пинка. Ничего личного, — продолжила она. — Потом я возвращаюсь к своей работе. Из-за которой, кстати, от меня и не было никаких вестей. Прости. Еще лет полтораста, и я стану делать её так же хорошо, как Мэйв. А у тебя какие оправдания?
— Я посылал тебе гонцов каждый день последние шесть месяцев, — ответил я.
Глаза Молли расширились, затем сузились:
— Мэб.
— Мэб.
Она издала рычащий звук:
— Я тебе была нужна?
— Позавчера. Эта штука в голове собирается убить меня в ближайшие несколько дней. Предел Демона считает, что ты можешь помочь. Очевидно, и Мэб тоже.