Страница 60 из 103
– Здравствуйте, Николай. Садитесь, поговорим.
Михаил сел в машину. Стекло плавно поднялось. Потому как разговор с ним был начат на «вы», он понял, что пока ему нечего бояться.
– Если встречи происходят случайно, значит, в них есть смысл, – мудро заметил хозяин дорогой машины. – Как самочувствие?
– Сейчас все нормально.
– Давно выписали?
– Только вчера.
– Какими судьбами оказались здесь?
– Навещал знакомого в ГАИ, – Михаилу почему-то показалось, что он должен дать понять, что у него есть какая-никакая, но все же защита.
– Сан Саныча, которого вам Петр Васильевич присоветовал?
Защита была разбита в пух и в прах.
– Его самого.
– А почему пешком?
– «Волга» стоит в гараже на Конюшенной. Я ее поставил туда как раз перед тем, как получил битой по голове. Долг за стоянку сумасшедший. Взял одно дело, чтобы рассчитаться. Думал, дело простое, а оказалось, что не очень. Да еще вам надо деньги отдавать. Вот сегодня и отрабатывал аванс.
Михаил достал деньги.
– Спрячьте. И послушайте меня. Что там у вас с документами?
– Должен сознаться, у меня были проблемы, поэтому я был Николаем. Здесь нет ничего криминального, уж поверьте мне. Сейчас у меня свой законный паспорт. Вот он. После того как я получил по голове, проблемы кончились, – Михаил горько ухмыльнулся. – Теперь я могу быть самим собой и жить по общим цивильным правилам. Словом, меня зовут Михаил, а фамилия моя Петров.
Он понял, что Семен Ефимович уже информирован и знает о нем все или почти все.
– Ну вот что, Михаил, давайте начистоту и по порядку. Теперь моя фирма находится непосредственно в Смольном, в 8-м подъезде. Бывшее помещение партархива. Спасибо Борису Гидаспову, уступил. Учредительные документы и свидетельство о регистрации во все инстанции я отнес сам. Кстати, позвоните Елизавете Аркадьевне, интересовалась. Я сказал, что вы в дальней командировке. Нам с ней надо поддерживать отношения. Они очень ценные, их надо беречь. Приводите себя в чувство и выходите на работу. Мне нужны толковые люди. Ерундой всякой больше не занимайтесь. Старый паспорт вместе с документами на машину отдадите Петру Васильевичу. Новый паспорт тоже. Он быстро переоформит все в ГАИ на канале Грибоедова на ваше настоящее имя. Вы ведь проживаете на Мойке? Ваши прошлые дела меня не интересуют. Аванс верните тому, у кого получили, и от халтуры откажитесь. Кстати, сколько там?
– Пятьсот рублей.
– Неплохо. Вот вам тысяча, купите себе солидную одежду и послезавтра выходите на работу. А сейчас куда вас подвезти?
– На Просвещения.
– Это мне не совсем по пути, но надо так надо.
Они тронулись с места. За всю дорогу ни один, ни другой не проронили ни слова. Когда подъехали к дому, Семен Ефимович сказал:
– Мне нравятся молчуны. Это еще один ваш плюс.
– Здесь живет мой клиент. Надо извиниться и вернуть аванс, – почему-то Михаил решил объяснить цель своей поездки по этому адресу. – До свидания, Семен Ефимович.
– До свидания, Михаил.
Он поднялся наверх и позвонил в квартиру номер 135.
– Кто там? – спросила Инга.
– Это я, Михаил.
Дверь открылась, и его впустили в квартиру. Умопомрачительно вкусный запах доносился из кухни. Михаил невольно проглотил слюну.
– Армена еще нет. Он теперь поздно приходит. Мойте руки и садитесь за стол. У меня сегодня свежие пирожки с мясом и айлазан.
– Айлазан – это такое вино?
Инга очаровательно улыбнулась.
– Это армянское блюдо, что-то вроде овощного рагу, только с баклажанами и пряностями.
– Соте?
– Уже ближе, только вкуснее.
С ней невозможно было спорить. Она так и лучилась обаянием. Невольно подумалось, как Армену повезло в самом главном – в семейном счастье и в уюте. Михаил уже давно заметил, что и Инга, и Армен очень любили друг друга. Они были женаты почти три года, но детей пока не было. Они уехали из Армении после землетрясения в Степанакерте в 88-м. Инга пробыла под развалинами двое суток. Ее спас Армен. Через месяц они поженились. А вскоре после свадьбы уехали в Ленинград. Сначала они мыкались где придется. Жили по чужим квартирам то в одном месте, то в другом. Отец Инги был членом ЦК компартии Армении. Он погиб во время землетрясения. Армен записался на прием к первому секретарю Ленинградского обкома партии Гидаспову. Борис Вениаминович лично дал распоряжение о выделении молодоженам кооперативного жилого фонда. Так они стали членами жилищного кооператива. Город предоставил им ссуду, которую Армен погасил в течение года. Помогли родственники и друзья. Вот так им и досталась квартира под номером 135.
Пока Михаил мыл руки, что-то произошло. Вероятно, Инга поговорила с кем-то по телефону. На ней не было лица.
– Что случилось, Инга?
– Сейчас приедет Армен и все сам расскажет. Я ничего не понимаю.
– Вы с кем-то поговорили по телефону?
– Да.
– Что вам сказали?
– Чтобы Армен не дурил и сделал бы так, как ему говорят, тогда ни у него, ни у меня проблем не будет.
– Похоже на угрозу. Надо дождаться Армена. Инга, успокойтесь, раньше времени волноваться не стоит.
Инга не находила себе места. Она металась по квартире, пыталась что-то делать, периодически подходила то к окну, то к телефону, минутами стояла у входной двери в прихожей и все время с надеждой и какой-то внутренней мольбой смотрела в глаза Михаилу. А он не знал, чем ей помочь, сидел в кресле и ждал. Наконец он встал, подошел к Инге и взял ее за плечи.
– Успокойтесь, пожалуйста, все будет хорошо.
– Нет, теперь уже хорошо не будет. Все кончилось. Это неестественно, когда так много счастья. Везде все плохо, а у нас хорошо, – она сделала паузу и повторила: – Теперь уже хорошо не будет.
Инга опустила голову и заплакала. Михаил взял ее за руку и усадил в кресло. Буквально через минуту в квартиру вошел Армен. Девушка сорвалась с места, словно пушинка, подхваченная порывом ветра. Они обнялись. Неожиданно Инга начала быстро и взволнованно говорить сквозь слезы по-армянски. Армен терпеливо слушал ее. Иногда он нежно вытирал ей слезы. Затем он бережно поцеловал жену в щеку и что-то стал шептать на ухо. У Михаила невольно возникла мысль: «Если все так плохо, то мой отказ просто добьет их». Наконец Армен, снова что-то шепнув Инге на ухо, обратился к гостю:
– Что-нибудь случилось, Михаил? Или просто в гости зашли?
– Армен, мой визит – это пустяк, что у вас произошло? Ингу просто напугали по телефону. Вы от меня не отказывайтесь, может быть, и я окажусь полезным.
– Даже и не знаю, стоит ли вам все это знать…
– Одной проблемой больше, одной меньше. Расскажите.
– Сегодня, как раз после нашего обеда, мне позвонили и предложили встретиться в Пушкине, на объекте, поговорить «на деловые темы». Я знал, что это произойдет, но никак не мог себе представить, что это произойдет так быстро. Я позвонил друзьям и родственникам. Мы встретились и поговорили. Разговор был резкий, так с тамбовцами не говорят. Но, как ни странно, все закончилось мирно. Мне дали время подумать. Вот, оказывается, они еще и Инге стали угрожать. Это плохо. Бандиты – это всегда плохо.
– Что они просят?
– Они никогда не просят. Они ставят условия. Я должен буду за свой счет построить для них один коттедж. И показали проект. Это дворец, а не дом. Вся моя прибыль уйдет на него.
– Вот что, Армен, давайте попробуем минусы превратить в плюсы. Просто не надо торопиться. Сколько у вас есть времени для ответа?
– Завтра в двенадцать я или отказываюсь от контракта, или соглашаюсь на их условия.
– У нас еще уйма времени. Завтра на Обводном все и обсудим. Как у нас говорят, утро вечера мудренее. Инга, вы успокойтесь, все будет хорошо. Я в этом уверен.
– Спасибо, Михаил.
– Михаил, вы ночуете здесь? – спросил Армен.
– Нет.
– Я вас отвезу. Даже не возражайте. Это далеко?
– На Марсовом поле.
– Делов-то, двадцать минут езды.
Он действительно довез его до Марсова поля за двадцать минут, и они попрощались. Михаил снова направился в дворницкую, ставшую ему за эти два месяца и родной, и близкой. Вероятно, Марина была права, в квартире стал присутствовать дух удачи. Любая попытка оставить ее приводила к новым проблемам и бедам.