Страница 34 из 45
– Ты никогда не обращала внимания на то, – спросила меня Лера, – что когда едешь в метро, тебя как будто никто не замечает? Ну… как будто ты в своей реальности, а они все – в другой?
Я засмеялась:
– Да! Очень часто!
– Ну слава богу, что мне не мерещится!
Метро – это как раз один из потоков, в котором можно творить разные чудеса, играть со временем и пространством и буквально оставаться невидимым для окружающих.
– Знаешь, что я видела в последний раз, когда была у Отшельника? Нет, я даже не видела, я ВСПОМИНАЛА, как пришла СЮДА. Это как на твоей картине со змеёй – туда и обратно, помнишь? Я видела землю маленьким шариком, как у тебя на картинах, потом приближалась к ней всё ближе и ближе. Приближалась именно спиралевидно, и спираль закручивалась по часовой стрелке. Потом я увидела континенты, потом горы, леса и реки, как на твоём шарике с Байкала, который ты мне показывала, потом наш город. Я была не одна, со мной летело много-много таких же, как я… Всё, как ты нарисовала…
Я улыбнулась и вспомнила, что однажды сказала мне Жанна:
– Ты ДОЛЖНА ВСЁ ВСПОМНИТЬ!!! Ты должна ОСОЗНАТЬСЯ в этом сне под названием ЖИЗНЬ. Ты Здесь СПИШЬ. Как только ты осознаешься, ты должна ВСПОМНИТЬ ТО, ЧТО ТАМ, ОТКУДА ТЫ ПРИШЛА. Вот я тебя ПОМНЮ! Я тебя Там ВИДЕЛА, мы даже с тобой общались. Я твои стихи читала в Библиотеке. Там есть ТВОИ СЕКТОР, ты их уже все написала, а теперь считываешь. А ты меня не помнишь, ты вообще ничего почти не помнишь, зелёная ты моя!
* * *
В тот же день вечером после встречи со Смертью в метро, едва выйдя из квартиры на лестничную площадку, я резко остановилась. Мне казалось, что такого не может быть – снова Этот Запах. Смерть побывала здесь. Только что. В квартире слева.
* * *
Прошлой зимой я вышла на лестничную площадку ночью. Внезапно услышала Голос. Никого рядом не было. За полночь. Голос ни женский, ни мужской.
Он что-то быстро говорил на незнакомом мне языке. Я поняла, что это – Смерть. Тут же перед моими глазами появилась картинка: я увидела гроб у квартиры слева. Буквально через пару минут открылась дверь лифта. Вышла женщина – дочь соседей из той квартиры. Я не знала их, они недавно здесь. Знала только, что зовут её Таней. Женщина попросила меня поехать на маленьком лифте куда-нибудь, чтобы она смогла вызвать большой.
– Что-то случилось? – спросила я.
– У меня мама умирает.
Я не знала, умерла тогда её мама или нет.
* * *
Потом был август. Я возвращалась с работы. Вышла из лифта и замерла. Я снова почувствовала Этот Запах. Теперь я поняла, что Смерть побывала здесь в квартире справа. Там жила врач Маша со своей старенькой мамой.
Однажды её мама попросила у меня одну из моих первых Книг Заклинаний. Мне было страшно, что она, будучи представителем другого поколения, прочитав мои заклинания, станет осуждать меня, как некоторые, в том, что я – слишком откровенна.
Где-то зимой, когда я принялась рисовать, она зашла ко мне посмотреть на мои картины. Картины про то, что я вижу Там. Мне казалось, она не сможет их понять. Каково же было моё удивление, когда после длительного молчания старушка посмотрела на меня как-то грустногрустно и произнесла:
– НЕ земная ты, Алиса… Как же тяжело тебе живётся среди нас…
С тех пор я её не видела. А тут – Этот Запах… Я поняла, что сегодня Старушка ушла.
Через пару дней я встретила её дочь Машу.
– Как у вас дела? – спросила я.
Маша, как истинный врач, но только опустошённо, произнесла:
– Маму сегодня закопали.
И вот уже в третий раз за этот год Запах Смерти устойчиво завис на моей лестничной клетке. Как-то близко Она подошла ко мне. Слишком близко.
Смерть на самом деле – всегда рядом. Люди не хотят про Неё думать, но это совсем не значит, что если они о Ней не думают, то Она – где-то далеко. Они не хотят понимать, что Смерть – лучший советчик, потому что перед Её лицом мы вдруг осознаём, что действительно важно в этой жизни, а что – так…
* * *
На следующий день я встретила Таню. Она стояла у двери своей квартиры и не могла войти.
– У вас всё в порядке?
– Боюсь заходить… – сказала она. – Мама вчера вечером умерла.
– Она здесь? – спросила я, кивнув на дверь.
– Нет, но мне всё равно страшно… Сначала папа, потом мама.
«Вот почему – три смерти…» – подумала я.
– Вы же знаете, что случилось с моим папой? – продолжала Таня.
– Нет, – я действительно не знала, что с ним случилось.
– Мама болела четыре года раком, тогда, помните, мы её должны были на носилках спустить на лифте и отвезти в больницу? У папы что-то произошло с позвоночником, и он… не выдержал и порезал себе вены. … Я до сих пор с ним общаюсь… Он не ушёл… Говорит, не дают ему. Не разрешают… А вот теперь – мама…
Я подарила ей одну из своих книг, которая так и называлась «Мама».
– Отпустите маму, пожалуйста. Я свою долго не отпускала. А она мучилась…
Таня послушно кивнула и вдруг спросила:
– А с папой-то что делать?
Я вдруг вспомнила, что всегда, приходя в Храм, вставала у определённой иконы, названия которой даже не знала. Но я точно знала, что это – моя икона, потому что всю жизнь, начиная с тринадцати лет, когда я впервые оказалась в Пустоте и встала на Окно, меня к ней тянуло, как магнитом. Спустя лет десять я узнала, как эта икона называется. Но её название мне ровным счётом ничего не прояснило. Прошло ещё десять лет. И вдруг в одной из книг священнослужителя я нашла мимолётное упоминание об этой иконе в разделе: «Советы для родственников самоубийц». Оказывается, это – единственная икона, у которой можно молиться за тех, кто ушёл сам. Получается, всю свою жизнь, вернее, последние две трети её, я отмаливала саму себя…
* * *
Ещё через день я встретила Машу.
– Алис, веришь, мама приходила прощаться ко мне накануне 40 дней…
– Я надеюсь, вы её отпустили? – спросила я.
– Да, отпустила… Но дело не в этом… Знаешь, какой она была? Точной копией Твоей Лунной Девочки на тёмно-синем фоне Вечности, как ты её рисовала. Это был прозрачный контур с лицом моей мамы. Я никогда этого не забуду!!!
Маше нравились мои картины. Она их чувствовала. Тогда я поставила в коридор между квартирами картину, которая называется «Встреча с мамой». Она теперь стала как бы нашей общей картиной…
* * *
Едва проснувшись утром, я получила sms-ку от Леры:
«Не поверишь! Вчера на медитации я ВИДЕЛА ТВОЮ КАРТИНУ!!! Ту, которая с Пирамидой!!!»
«Эх… – подумала я. – Как же это здорово, когда люди видят то, что я вроде и НЕ видела, но ПРОСТО РИСОВАЛА, а они сначала смотрят на мои картины, а потом ТАМ ВИДЯТ ЭТО, ВСПОМИНАЮТ и как бы постоянно ПОДТВЕРЖДАЮТ МНЕ, что я – молодец. Может, я рисовала для того, чтобы им было ЛЕГЧЕ ВСПОМНИТЬ?»
* * *
Мы встретились с Ним. С Человеком, Которого Не Было. В кафешке.
Он назначил мне встречу накануне каким-то странным образом, почему-то напомнив мне Рэя:
«Завтра. В обед. В центре города. Там есть какое-то злачное место. Недалеко от него – один изысканный ресторанчик. Названия не помню. Но чем-то что-то очень напоминает…»
Я предлагаю вам попробовать назначить встречу кому-нибудь, тщательно переписав и направив этому кому-нибудь вышеуказанное предложение. Желательно в многомиллионном городе.
Я пришла туда за пятнадцать минут до Него.
Мы сидели напротив… Он, как всегда, кушал. Я, как всегда, не могла ничего есть. Я подарила Ему все свои последние книги, в том числе и ту Синюю, которая была написана Ему. Он взял её в руки и вежливо пролистал. Он, как обычно, смотрел на… Я, как обычно, смотрела сквозь… Мы разговаривали, как и раньше. О Магии. О заклинаниях. О моих книгах. И вроде всё было так, как всегда. Но что-то было не так. Я не могла понять, что.