Реванш. Трилогия

Будь это первый день путешествия, он мог бы стать для наших путешественников последним, но навидавшиеся зверств по дороге ребята выскочили из машины сразу после остановки и незамедлительно открыли огонь. Китайцы были буквально сметены свинцовым дождем. Оставшиеся за баррикадой и прятавшиеся в покосившемся домике у дороги их товарищи начали стрелять по машине и залегшим в кювете русским. Несколько пуль пробили обшивку кунга. Точку в затянувшейся перестрелке поставили два выстрела из гранатомета по домику.

Пока бандиты приходили в себя, глядя на летящие по небу кирпичи и куски железа, Стас запрыгнул в кабину и развернул машину. Ребята без команды попрыгали в кузов, и «КамАЗ», ревя мотором, с прогазовкой сорвался с места. Остановились они только за десять километров от места схватки. Обошлось без потерь, разве что лицо Валеры украсил огромный синяк, след соприкосновения с колесом машины.

— Ну и вляпались! Раз…ать их мать в… Охренеть можно! — выразил общее мнение Стас, не смущаясь присутствием девушек. Он только сейчас почувствовал, что, заскакивая в кабину, разбил колено. Болело сильно, и ходить тяжело, но это лучше, чем попасть в руки местных хунвейбинов. Маша высказалась не менее цветасто, когда ребята после боя залетали в кунг, ей бросили на колени трубу гранатомета да еще отдавили ногу.

После короткого обсуждения город решили объезжать по самой дальней дороге. Если на въезде их встретила организованная засада, значит, в Тайюане далеко не все китайцы вымерли и настроены местные весьма воинственно. Стас и Дима извлекли из кабины потрепанный атлас и, определившись на местности, принялись прокладывать маршрут. Остальные в это время наводили порядок в машине и обрабатывали свои ссадины и синяки.

Через десять минут с неотложными делами было покончено, и «КамАЗ», выпустив струю сизого солярного выхлопа, тронулся в путь. Пока они объезжали город, их пару раз обстреляли. В окрестных деревнях были прекрасно видны следы «зачисток». А на дорогах, ведущих в город, иногда встречались баррикады. Точно такие же, как разнесенная прицельным выстрелом Макса. По всему было видно, что город контролирует многочисленная и хорошо организованная группировка. Выяснять, кто именно, желания не было. Все были по горло сыты приключениями и без гонок по пересеченной местности.

Зато, после того как машина свернула на трассу, ведущую на север, судьба смилостивилась над путешественниками и преподнесла им королевский подарок. Уже в надвигающихся сумерках Стас увидел справа от дороги бензоколонку. Немедленно высланная пешая разведка не обнаружила никаких людских следов в окрестностях заправки, но зато в одной из цистерн нашлась солярка. Эта находка оказалась как нельзя кстати — бак «КамАЗа» уже наполовину опустел. При обыске в багажнике брошенной у заправки легковушки нашлись две канистры с бензином. Дмитрий немедленно опорожнил канистры в придорожную канаву и заполнил их соляркой.

— В дороге все пригодится, — пояснил он, — никто не знает, когда будет следующая возможность заправиться.

Дальнейший маршрут Станислав наметил прямо на север. До Датуна шло хорошее шоссе, а дальше начинались степи и полупустыни Внутренней Монголии. Он посчитал, что в малонаселенной местности у них будет меньше шансов на встречу с недружелюбными аборигенами. На карте вдоль хребтов Большого Хингана была отмечена дорога, ведущая в Маньчжурию. Пусть это даже не асфальтовое шоссе, а разбитая бетонка, местами переходящая в грунтовку. Наступает зима. Земля застывает, и можно не бояться осенней распутицы, тем более с такой машиной, как полноприводный армейский «Торос».

Следующие два дня полностью подтвердили правоту Станислава: за Датуном начинались степи. Машина хорошо шла как по трассе, так и по грунтовке. Карта и компас не позволяли заблудиться. Изредка встречались заправки, или в опустевших поселках удавалось слить солярку из баков брошенных грузовиков. А самое главное — ни одного встречного на тысячу километров пути. Только в окрестностях Линьси они мельком заметили несколько человеческих фигурок среди полуземлянок небольшой деревеньки.

Незаметно прошло время дежурства, в машине послышалось шуршание, затем приглушенный голос Валеры. Через полминуты открылась дверь кунга, и на землю спрыгнули сменщики.

— Как, все спокойно? — первым делом поинтересовался Шахов. — Ох ты! Какое небо!

— Не зевай, ворону проглотишь, — хихикнула Ира, толкнув Валеру локтем в бок. — Стас, ты не замерз?

— Нет, спасибо. Ты хоть выспалась? — в свою очередь, негромко произнес Стас, глядя прямо в бездонные девичьи глаза, и добавил нарочито грубым тоном: — Если что заметишь, стреляй сразу.

— Не учи ученого. — Ира звонко рассмеялась, поправляя автомат. Мгновение, и улыбка исчезла с нежного личика, девушка вглядывалась в ночную темень, стараясь засечь малейшее движение в округе.

Макс тем временем уже исчез в кунге, отправился досыпать. Валера скрылся за кузовом машины в своем секторе патрулирования. Стас шагнул было к «КамАЗу» и остановился в раздумье. Ему не хотелось оставлять Ирину одну. Совершенно иррациональное желание, словно он… нет, этого не может быть, потому что не может быть никогда. Да, она ему симпатична, но…

— Что встал? Давай иди, завтра опять в дорогу. Кто будет Диму подменять за рулем? — негромкий нежный голос неожиданно вызвал целый взрыв эмоций в душе Стаса. Забытые чувства вырвались из-под стальной брони сердца, грудь сдавило от невыносимой нежности и желания.

— Ира, Ира, ты…

— Стас? — в голосе Ирины звучало настоящее, неподдельное чувство.

— Ира, ты береги себя, — наконец процедил Стас, поворачиваясь к девушке. Их глаза встретились. Даже при зыбком свете звезд было хорошо видно, как по щекам Иры пробежал легкий румянец, грудь девушки высоко вздымалась. Стас шагнул вперед и обнял Ирину. Их губы слились в глубоком страстном поцелуе. Это незабываемое мгновение длилось целую вечность, наконец девушка уперлась руками в грудь Стаса и отстранилась. Потом отступила на шаг.

— До завтра, милый.

— До завтра, милая.

На следующее утро Ирина вела себя так, будто ночью ничего особенного не произошло. Только когда Стас, отойдя от машины, усердно скоблил щеки бритвой, он уловил пристальный взгляд девушки. Короткое мгновение, и Ирина уже о чем-то спорила с Машей, не обращая на него ни малейшего внимания.

Впрочем, и времени на сантименты ни у кого не было. Быстро позавтракав вчерашними остатками каши с тушенкой и приведя себя в порядок, они двинулись в путь. Прогреть мотор, проверить колеса, и машина уже выбиралась на прямую как стрела, тянущуюся от горизонта и до горизонта трассу. Солнце с каждым днем все раньше и раньше опускалось за горизонт. Надо было стараться максимально использовать световой день, успеть пройти как можно большее расстояние.

Через пару часов езды сидевший за рулем Дмитрий толкнул Станислава в бок:

— Смотри!

Слева в паре километров от трассы в степи пасся табун лошадей. Рядом с табуном крутились двое верховых. Еще дальше, у подножия пологого холма, можно было разглядеть войлочную юрту.

— Монголы, — догадался Стас, — как кочевали тысячу лет по степям, так и еще тысячу лет кочевать будут.

— Может, стоило остановиться?

— А зачем? Кто знает, что у них на уме?

— Ты прав, — задумчиво произнес Дмитрий, — новостей они все одно не расскажут, зато могут определить состав нашей веселой компании.

— Знаешь, я уже давно боюсь людей, — горько усмехнулся Стас, — в каждом встречном чудится враг.

— Да, бывает. — Дима добавил газу, и «КамАЗ» с ревом взлетел на очередную горку.

Табун уже давно скрылся за горизонтом. Асфальт сменился укрепленной щебнем грунтовкой, а затем и щебенка незаметно кончилась, машина шла по утрамбованной до твердости камня земле. А вокруг тянулась бескрайняя степь, только слева вдалеке к небу поднимались предгорья Хингана. В стороне от дороги парил орел. Изредка из окон машины можно было заметить косуль или каких-то других степных копытных. И никаких следов деятельности человека, только один раз Стас заметил перечеркнувшую степь цепочку столбов.