Страница 25 из 100
Денис проснулся первым, однако, закинув руку под голову, продолжал лежать на спине, уставившись в сводчатый потолок палатки.
По ту сторону непромокаемой ткани, разноголосыми переливами дружной трели и обычным чириканьем, шумно и весело, встречала новый рассвет пернатая живность.
Откуда-то издалека пришел приглушенный лай собаки, тут же растаявший в стрекочущем шуме тяжелой винтокрылой машины.
— Вот почему Старатель запрещает расчищать заросли кустарника и дикого винограда, — подумал Денис, — чтобы с воздуха или из космоса, не были видны серьезные изменения на местности. Отремонтированные жилые дома будет сложно обнаружить в густых лесных зарослях. А вот на борьбе с бурьяном и чертополохом, я успел натереть себе кровавые мозоли.
Справой стороны послышалось сопенье.
Продолжая держать глаза закрытыми, Александр повернулся на спину, и приподнявшись, сел. Через какое-то время он неожиданно хрюкнул, затем глубоко вздохнул и сонно спросил. — Который час?
— Надо полагать, около пяти утра. — Денис отбросил в сторону простынь, и поджав под себя ноги принял вертикальное положение.
Порывшись в глубине объемного рюкзака, стоявшего у изголовья, он достал зубную щетку, мыло и тюбик с зубной пастой.
Саша приоткрыл один глаз, наблюдая за тем, как его друг неохотно покидает палатку, и тут же бухнулся на матрас, обняв подушку.
Выбравшись наружу, Денис осмотрел свои туфли, надел их на босу ногу, сдернул свое полотенце, висевшее на бельевой веревке натянутой меж двух молодых деревьев, и как бы нехотя, побрел в сторону общего умывальника.
Утро выдалось солнечное и безветренное, только из зарослей высокого кустарника тянуло сыростью, прелью и освежающей прохладой.
Пригнувшись к земле и подставив голый торс под тонкую струю холодной воды, Максим громко фыркал, энергично смывая с себя мыльную пену. — Ух! А!
Денис подошел к умывальнику, повесил на крюк свое полотенце, затем выдавил из тюбика горошинку мятной зубной пасты.
— Как прошло ночное дежурство?
Макс выпрямился, закрутил вентиль, и взяв в руки свое махровое полотенце, быстрыми движениями избавлялся от бодрящей влаги на своем теле.
— Фу-х! Доброе утро! Без происшествий дружище! Ты сегодня, что-то рановато поднялся.
Умывшись холодной водой, которую вчера заблаговременно наносили ведрами в большую пластиковую бочку ярко-синего цвета, поднятую затем на высоту трех метров при помощи троса, блока и ручной лебедки со странным названием «жак», удобно и скрытно расположенную среди могучих ветвей старого дуба, Денис вытер лицо полотенцем и присел на рядом лежащее бревно. Вода к умывальнику и душевой, поступала по старому поливочному шлангу на общий распределитель, состоящий из обычной металлической трубы и нескольких вентилей.
Максим присел за стол, на котором были сложены его вещи, и с интересом рассматривал свежую дыру на своей легкой курточке армейского образца. — М-да, я даже не могу себе представить, откуда она у меня взялась.
Денис бросил беглый взгляд на куртку и незамедлительно озвучил свое предположение, — По шву. Видать, зацепился где, и старые нитки не выдержали.
— Может и так.
Рация, прикрепленная к нагрудному карману, издала короткое шипение, затем ее динамик воспроизвел взволнованный голос Аркадия Филипповича.
— «Со стороны высоковольтной линии, из лесополосы по грунтовке, к нам движется колонна странных, скорее всего самодельных транспортных средств».
Максим взял в руки рацию. — «Странных!? Сколько их?».
— «Вижу три машины и пару мотоциклетных колясок». «Не военные это точно».
— «Понял тебя, сейчас подойду». — Немного подумав, добавил. — «Внимание всем, с этой минуты соблюдать радиомолчание».
Макс накинул курточку на голое тело, схватил со стола портупею с тяжелой кобурой, и мельком глянув на Дениса, произнес тоном приказа, не требующим возражений. — По-тихому поднимай всех, пусть будут наготове. Утро обещает быть насыщенным.
Аркадий Филиппович не заметил, как в его секрете появился Максим. От неожиданности он вздрогнул и недовольно чертыхнулся, — так и портки обделать можно.
Макс дружески положил ему руку на плече и вопросительно прошептал, — Замечтался дидуган?
— Сам ты… дидуган.
— Ладно-ладно Филиппович, не шуми. Я же любя. — Он всмотрелся вдаль и потянул руку за электронным биноклем, который был им честно экспроприирован в разбившемся армейском УАЗе. — Дай ка мне эту штуку.
В авангарде небольшой колонны шли два армейских мотоцикла с колясками и пулеметчиком. Затем два крытых тэном грузовика ГАЗ-66 и замыкал шествие камуфлированный малогабаритный вездеход на гусеничном ходу, силуэтом отдаленно напоминающий БМП, только без башни. Судя по всему самоделка, собранная из подручных средств на шасси трактора ДТ-75.
Максим выставил максимальное увеличение, отчетливо прочитав номерные знаки на автомобилях.
— Так! Дистанция, чуть менее километра. Судя по имеющимся номерным знакам на грузовиках, они с большой земли.
— Харьковские номера.
— Нужно оповещать Старателя.
В следующее мгновение, вздрогнуть от неожиданности, пришлось обоим наблюдателям.
— Я уже здесь ребятки. Что тут у нас? — ПДА Старателя издал легкий мелодичный звук и начал тихо вибрировать. Он достал его из нарукавного кармана и вглядевшись в монитор констатировал. — О, звонок от старого друга. Вовремя, однако. — На монитор вышло фото Гришки Когтя, уже около трех лет служащего в одном из подразделений группировки «Долг».
Старатель снял трубку и поднес ПДА к уху.
— Привет старина!
— Здорово! Вы там не обделайтесь со страху? Я тут вам привет везу от генерала Воронина, с наилучшими пожеланиями на будущее.
Старатель усмехнулся. — Ты вовремя позвонил, а то мои орлы уже десять минут держат вас на прицеле.
— На прицеле рогаток?! Ха-ха, встречайте сейчас уже будем. — Связь прервалась.
На всякий случай людей отвели за черту поселка в потаенные места. В лагере остались только Старатель, Максим и Аркадий Филиппович.
Натужно шумя двигателями, колонна выехала на асфальтированную улицу поселка. Заехав под естественный свод зеленого туннеля из старых и мощных деревьев, машины остановились, заглушив двигатели.
Открылась пассажирская дверь первого грузовика и на обочину дороги спрыгнул вооруженный сталкер в форменной одежде, со знаками отличия группировки «Долг».
Управляющий лагеря новичков и долговец, не торопясь, направились друг к другу.
Старатель с изумлением отметил для себя, что мотоциклисты сопровождения имели знаки отличия группировки «Свобода».
Сойдясь, два сталкера крепко обнялись.
— Извини, но мы не можем здесь долго задерживаться, и так на себя много внимания привлекаем. Ночью встретили груз с большой земли, теперь моя задача сопроводить его к месту назначения. Как только Воронин узнал, что ты вернулся в Зону и снова основал лагерь новичков, распорядился, чтобы наш маршрут пролегал через твое поселение. — Полуобернувшись, Гришка подал знак, и из кузова грузовиков на асфальт спрыгнуло несколько человек.
Открыв свой походный планшет, Гришка достал лист бумаги и ручку. — Пошли, подойдем поближе.
Сталкеры быстро сгружали на обочину картонные ящики в вакуумной упаковке.
Гришка Коготь подвел к коробкам Старателя и протянул ему лист с ручкой.
— Мы оставляем тебе, безвозмездно, пятьдесят комплектов новенькой, только недавно разработанной и пошитой по заказу, сталкерской одежды. Да ты не менжуйся, расписывайся в получении. У нас все точно, как в аптеке.
Старатель осмотрел коробки, затем заглянул в Гришкины карие глаза.
— Это какой-то розыгрыш? Я что-то ничего не пойму.
— Все просто старина. Пока ты отсутствовал, в Зоне произошли большие перемены.
— Тогда чего я не знаю? Вроде за новостями следил, по мере возможности конечно.
— У нас так всегда и везде, все секрет и ничего не тайна. В междоусобных войнах мы сильно истрепались…