Страница 87 из 117
- Папа, ты не на симпозиуме! – вставила реплику Катя. – Говори попроще...
Мужчины еле сдержали подступивший приступ смеха при слове «симпозиум». Буди отвернулся, чтобы она не увидела его выражение лица и не подумала, что он такой легкомысленный, а Георгий Дмитриевич все же прыснул в салфетку, но сделал вид, что посморкался.
- Папа, ты простудился?
- Ерунда, Катюша... Ладно, слушайте дальше. Профессор Кардапольцев обнаружил письмо Петра Великого второй жене мастера Геррита Поля – Еве Снеллингс [186].
- А почему он написал ей, а не Герриту Полю, у которого учился и которого очень ценил?
- Дочка, я пока не проверил данные, но мне кажется, что Геррит уже умер, ведь ему было тогда уже более семидесяти лет... А Еву он очень почитал, об этой удивительной женщине есть столько воспоминаний современников... А как радушно принимала она высокого гостя из Московии! И обращалась к нему именно так: «саардамский плотник Петр Михаелофф»... Кстати, вышла она замуж в сорок три года... Вот так-то...
Замолчав, Георгий Дмитриевич остановил взгляд на Кате, давая понять, что никогда не нужно торопиться завязывать семейные узы.
- Ладно, я поняла, – согласилась она с доводами отца. – Не о замужестве, конечно, а о письме. Получается, что Ева Снеллингс имела какое-то отношение к мальчику-туземцу?
- Скорее, даже и не она, а сын Геррита Поля от предыдущего брака. С Евой у него детей не было, а вот в первом браке их было восемь. Многие сыновья пошли по стопам отца: поступив на службу в Ост-Индскую компанию, они работали там бухгалтерами, плотниками, корабельными мастерами, и даже – капитанами, так что плавали по всему миру. Самым известным среди них стал Ян Поль. Петр Великий знал его еще во время своего обучения на верфи, Яну тогда было всего пятнадцать... Ну, а когда он подрос, очень хорошо продвинулся по службе и даже какое-то время заменял отца в должности мастера и управляющего...
Георгий Дмитриевич прервал рассказ и уткнулся в компьютер.
- Ну пап, опять отвлекаешься? – Катя очень хотела побыстрее услышать главное.
- Нет, это я документ Ост-Индской компании читаю. Здесь написано, что служба Яна Поля началась одиннадцатого августа тысяча семьсот десятого года, а закончилась первого июля тысяча семьсот двадцать третьего года. Ладно, слушайте дальше... Петр Великий звал молодого кораблестроителя в Россию, в Санкт-Петербург, но тот не сразу принял это предложение, видимо, ему неплохо было и в Амстердаме, тем более, когда повысили жалованье. И только после увольнения с Ост-Индской компании Ян Поль откликнулся на приглашение Петра Первого, уже не царя Всея Руси, а Императора Всероссийского. Подождите, я вам рассказал сейчас о сыне Геррита Поля. А что же я хотел сказать?
- Папа, ты начал с того, что Петр Великий написал письмо...
- Ах, да... Так вот, в письме Великий царь с благодарностью вспоминает теплый прием в доме Геррита Поля и Евы и сообщает, что Ян Поль прекрасно справляется с обязанностями корабельного мастера, а учеников у него много, и есть не только русские, но и иноземцы. Яна уважают и часто приглашают в качестве почетного гостя на разные празднества. Например, недавно он был на свадьбе одного туземца, которого лет десять назад подобрали русские моряки возле мыса Доброй Надежды. А направлялся парнишка на корабле в Голландию, только вот оказался в России. Здесь он и обучился кораблестроению. Сейчас этому мастеру от роду двадцать пять лет, он говорит и по-русски, и по-голландски, а женился на русской девушке Анне...
- Георгий Дмитриевич, вы не назвали имя туземного мастера. Оно не упоминается в письме? – Буди очень волновал этот вопрос, скорее всего, у него появились какие-то догадки по поводу родословной Блэнк.
- К сожалению, нет. – Катин отец даже вздохнул. – Думаю, что его имя было трудно запомнить...
- Жаль, очень жаль, – теперь уже с сожалением вздыхал Буди. – Мне кажется, именно в имени и кроется тайна...
- Хорошо, папа, допустим, мальчик из Ост-Индии попал в Россию, женился, у них дети появились... А где связь этого мальчика с теми людьми, о которых рассказал нам Буди?
- Над этим вопросом и я думал. Столько перерыл литературы... Вы когда летите? Завтра? Значит, сегодня мне нужно просмотреть еще четыре файла. Катя, я уверен, что докопаюсь до сути, точнее, до этой связи... А пока мне в голову приходит только одна мысль: этот туземный мастер, а может – его сын, оказался в Ост-Индии. Подумайте, ведь это совершенно естественно: сын корабельного мастера стал капитаном корабля, и даже не обязательно капитаном... И его направили в Ост-Индию, а корабль разбился у берегов Батавии...
- Ой, папа, не слишком ли много в этой истории кораблекрушений?
- Действительно... Ну, тогда молодой капитан полюбил девушку с острова Ява, да так, что решил остаться там навсегда...
- А ведь мои предки были с Явы, - зацепился за эту мысль Буди. – Они бежали на Бали с приходом ислама... Как и многие другие сторонники индуизма – художники, актеры, поэты...
- Так это когда было? – заметил Георгий Дмитриевич. – Наверное, еще в пятнадцатом веке... А у нас – Петровская эпоха... И где она, связь?
- Скорее всего, - продолжал размышлять Буди, - кто-то по материнской линии оказался на Бали именно в период расцвета индуистской культуры, а по отцовской...
- Нет, все это пока не увязывается в один узел, - Георгий Дмитриевич посмотрел на Катю и улыбнулся. – Ну-ка, главный модельер, скажи нам, в чем может быть проблема, если полотно не вяжется?
- Самое главное – нужны нитки, и желательно длинные, а не короткие обрывки, соединенные слабыми узелками. Еще нитки должны быть достаточно крепкими, чтобы не только не развязывались узлы, но и не обрывались они и в других местах. Нужны хорошие вязальные иглы, причем, их размер меняется в зависимости от узора...