Страница 35 из 117
Вполне благородный внешне Голландец предлагает норвежскому капитану Даланду неслыханное богатство, если тот отдаст ему в жены свою дочь. И алчный норвежец тут же соглашается на сделку и приглашает незнакомца в свой дом. Удивительно, но здесь уже висит портрет Летучего Голландца – героя легенды, которая полностью захватила воображение Сенты, дочери Даланда.
В это время молодой охотник Эрик просит у Сенты согласия выйти за него замуж. Ей жаль юношу, но она поглощена мыслями о Летучем Голландце. Диалог прерывается – отец привел с собой человека, так похожего на того, что изображен на портрете... И девушка, не раздумывая, дает клятву нежданному гостю, что станет ему женой, преданной до гроба.
Эрик снова умоляет Сенту отказаться от страстного увлечения незнакомцем. Голландец, услышав этот разговор, начинает подозревать Сенту в неверности и собирается отчалить от берега. И девушка, рыдая от отчаяния, взбегает на высокий утес.
- Я буду верна тебе до смерти! – кричит она, бросившись в бездну.
Шторм еще не утих, и корабль Голландца тоже тонет в морской пучине. Норвежцы на берегу в ужасе, они видят, как Сента и Голландец, наконец, соединились – в бездонном, как сама любовь, океане...
Катя почувствовала боль в пальцах рук. Как же не заметила она, что с силой вцепилась в руку Буди? А он и не выскользнул из ее «мертвой хватки». Надо же...
А в детстве она читала совсем другую легенду. Капитан Ван дер Декен возвращался в Нидерланды из Ост-Индии. На борту его корабля путешествовала молодая пара. Капитану девушка понравилась, и он решил избавиться от соперника. Убил жениха и сделал предложение его невесте. Но та в ответ бросилась за борт. Корабль попал в сильнейший шторм у мыса Доброй Надежды, и команда умоляла капитана развернуть судно и переждать бурю в безопасной бухте, но тот, упрямец, лишь посмеялся над трусостью матросов. Непогода усиливалась, и капитан, потрясая кулаками, послал проклятья небу. В тот же момент на палубе корабля появился призрак, но и это не остановило Ван дер Декена. Он выхватил свой пистолет и попытался застрелить наваждение. Неудивительно, что призрак проклял капитана и заставил его постоянно блуждать по морю вблизи злополучного мыса.
- Буди, а ты знаешь легенду о Летучем Голландце? – спросила Катя, когда смолкли последние звуки оркестра и утих шквал зрительских аплодисментов.
- Да, конечно.
- Но она же совсем другая... Там капитан Ван дер Декен...
- Это голландская история. А у Вагнера – немецкая. Они совершенно разные... А есть еще история о том, как капитан продал душу дьяволу – он поставил ее на кон, играя в кости. А когда проиграл – его душа стала призраком и стала вечно скитаться по океанским просторам...
- Да, сильная вещь, - едва слышно сказала она, а про себя подумала: «И – загадочная... Не с этой ли историей связаны мои видения с масками? А впрочем, что в них общего?»
- Буди, как ты думаешь, почему Сента решилась на такой поступок? Неужели из-за любви? Но она ведь до этого не знала Летучего Голландца, значит, и не любила его...
- Катя, это не просто любовь... Это – готовность к самопожертвованию ради блага другого человека! А для оценки такого поступка нет никаких критериев. Он может либо быть, либо – не быть... Вижу, ты под впечатлением... Я тебя провожу?
***
В лицо опять подул ветер. На какое-то мгновение Кате показалось, что на губах появился солоноватый привкус и она подумала о море. Как оно меняет свой характер! Вот, например, в «Летучем Голландце»... Иногда может быть теплым и ласковым, и – очень добрым. А иногда – холодным и злым и даже – жестоким. Какой суровый норов проявляет оно во время штора! Ну, а тех, кто сам бросается в пучину, как в этой опере, наверное, заглатывает с превеликим удовольствием...
Подъехало такси, но в нем было всего одно свободное место.
- Готовность к самопожертвованию... - повторила Катя. – Странный ты, Буди... Говоришь о каких-то старомодных вещах... Может быть, и есть она в сказках да легендах... А в реальной жизни...
Она вздохнула и замолчала.
Со следующей машиной повезло. Они сели на заднее сиденье и всю дорогу не проронили ни слова, словно «переваривали» полученную информацию. Так и ехали они – каждый в своих мыслях. А когда прощались возле Катиного подъезда, он произнес загадочную фразу:
- Легенда о Летучем Голландце может случиться с любым человеком...
- Как это?
- Каждый может получить за свои грехи проклятие... И не только за свои, но и за грехи в прежних воплощениях...
- Но ведь...
- Ох, Катя, Катя... Мы все о трагическом... Хочешь, я тебя развеселю? А знаешь ли ты легенду о «плЫвучем голландце»?
- Что? Первый раз слышу!
Буди рассмеялся:
- Я так и думал! У тебя нет чувства юмора! А «плывучий голландец» - это автобус-амфибия, на котором можно путешествовать по воде – по каналам Амстердама. Сидишь так и посматриваешь по сторонам, а гид тебе рассказывает: «А это – Нидерландская опера, вчера здесь была постановка «Летучего Голландца», и главными зрителями того действа стали Буди и Катя...» Давай завтра грустного голландца заменим на веселого, а?
***
Паула уже спала, и Катя осторожно прошла на кухню – захотелось перехватить чего-нибудь легкого, вроде салата. Открыла холодильник, а оттуда пошел аромат вишни. Вот здорово! Вишневый пирог купила! Ну, Паула, знает, чего я хочу... Запах ванильного сахара добавлял лишь пикантности, но не перебивал «вишневую волну». А была она нежной и так таяла во рту...
Сон не шел. Вот так всегда. Когда переизбыток впечатлений, нервная система на пределе. А сон – не идет. Так что же сказал Буди о проклятии за свои грехи? Да и не только за свои... «Проклятие», «проклятие»... Это слово вертелось у нее на языке, напрашиваясь в недостающее звено мыслей. Вот, наконец, и оно: «А что за заклинание говорил ей человек-орел? «Когда Катарина простит Альберта...» Может быть, над этим Альбертом, как и над Летучим Голландцем, не над немецким, а над голландским, тоже висит проклятие? Надо спросить у Буди, он все знает...