Перерожденный грех (ЛП)

Син сунула большие пальцы рук в передние карманы и оперлась бедром о косяк кухонной двери, как если бы приготовилась к длинному разговору, что конечно же не произойдет.

– Ты говоришь так, как будто что-то знаешь об этом.

– Вот так умерла моя мать. Мой отец убил ее. Тысячелетие назад, до того, как два клана соединились, их родители принадлежали к различным кланам, носителям королевской крови. Полагалось, что если соединить его родителей, то оба клана смогут мирно сосуществовать. Так в общем-то и вышло... Кон и его братья: Дабдгон и Эоин были зачаты, без того, что их отец приобрел зависимость от крови матери, главным образом потому что удовлетворял свои нужды секса и крови с другими женщинами до тех пор, пока у матери в четвертый раз не началась течка. И вот тогда их отец потерял контроль и вместо того, чтобы связать себя с матерью осушил ее.

– Ничего себе, – заметила она, переводя взгляд темных глаз от стремительно занимавшегося рассвета на него. – А что стало с твоим отцом?

– Со смертью женщины потребность исчезает, но он не смог жить с тем, что натворил. Он уничтожил себя. – Это было еще мягко сказано. Отец Кона сжег себя заживо.

Син прикусила нижнюю губу, задумавшись о чем-то, и снова казалась за столь короткое время такой уязвимой.

– Ты когда-нибудь...

Какое-то время он раздумывал над ответом. Еще больше он раздумывал над тем как преподать ложь, а затем швырнул её как камень, который должен был швырнуть.

– Да.

– Ты связался с ней?

– Нет. – Ему не удалось... Черт бы его побрал, он и не хотел. Ему нужны были кровь и секс от нее, а не пожизненное обязательство. И даже тогда... его влечение не было и наполовину столь интенсивно по отношению к тому, что он испытывал к Син.

– Она умерла?

– Да.

– По твоей вине?

– Да.

Он думал, что она испытает к нему отвращение, но вместо этого, Син только подняла голову, посмотрела на него и коротко кивнула.

– Я убила несколько чуваков, после того как переспала с ними. В основном, потому что они пытались меня убить. – Она пожала плечами. – Такое случается. Ты не должен себя казнить.

Теперь была его очередь уставиться на нее. Каждый раз, когда он думал, что разгадал Син, она вела себя в точности до наоборот от того, что он ожидал. И ему это нравилось. Никто и никогда не держал его в таком напряжении, как делала это Син, даже если и была в этой ипостаси, весьма раздражающей.

– Я хорошо знал, Син, что произойдет если я буду кормиться от нее слишком много раз, и все равно делал это. Я хотел дойти до предела и посмотреть, как далеко могу зайти не пересекая черту. Я играл ее жизнью, и она проиграла.

– И как давно это было? Ты делал что-то подобное с тех пор?

– Это случилось восемь столетий назад и нет, не делал. – Кон пронзил ее взглядом, давая, черт возьми, очень хорошо понять, о чем он говорил. – До тебя.

Ах, да... она поняла. Син сделала прерывистый вздох и с трудом сглотнула.

– Ты...

– На грани. – Слишком, блядь, близко. Даже сейчас он продолжал, истекая слюной, медленно придвигаться к ней.

– И что конкретно это значит?

– Это означает, что у меня неукротимая жажда твоей крови. Именно твоей крови. Попытка пить чью-то другую кровь вызовет у меня отвращение. Скорее всего так и будет. Жажда возрастает с каждым укусом. Это подобно наркотику. Мне нужно будет все больше и больше, пока я не окончательно не потеряю контроль.

– И есть только один выход из сложившейся ситуации: или убить женщину или связаться с ней?

– Можно провести дезоксидацию. Но потребуется очень много времени и страданий. Некоторые из дампиров умирали, не в силах преодолеть тягу. Избавится от нее было не так уж и легко, и даже если это происходило, дампир не мог находиться в одной комнате с женщиной, кровь которой его влекла, поскольку механизм запускался заново с новой силой.

– Ну, во всяком случае хорошо уже то, что в твоей крови больше нет вируса.

– Благодарение богам. – Он указал на черный вход, пока искушение не взяло верх над ним. – Нам нужно идти. – Он снова замолчал. – Как долго ты можешь обходиться без секса?

– Несколько часов. У тебя довольно мощная сперма.

Его распирало от мужской гордости и уверенности в себе.

– Я не удивлен.

Она закатила глаза.

– Конечно, не удивлен.

– Хм, знаешь... – Он поглядывал на нее с любопытством, прикидывая правильно ли она поймет то, о чем он хочет ее спросить, и он не был уверен захочет ли он услышать ответ – А как насчет чистокровных вампиров? Их сперма... также влияет на тебя?

– Также, – ответила она, и ему пришлось сдержать раздражительный рык, пытаясь избавится от нежелательных видений, торпедирующих его мозг. – Только эффект не такой долгий.

И не удивительно. Вампиры не выделяли сперму, но так или иначе они употребляли кровь, и чего там еще им пришло бы в голову выпить, их тела выделяли жидкость, как и остальные. Они могли плакать, мочиться, плеваться и эякулировать – просто в меньших количествах.

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно.

Она, качая головой, направилась к потайной двери в задней части дома.

– Вам, людям медицины всегда интересны вещи в таком духе.

Забавно, даже не смотря на то, что Кон много лет проработал парамедиком, все же никогда не считал себя «человеком медицины». Работа была просто... работой. Так сказать, хобби с большим элементом опасности... и это было круто. Но сейчас, когда он задумался над этим, такой стиль жизни стал его неотъемлемой частью и тот факт, что все его любимые телешоу шли по каналу «Здоровье и открытия», должно было послужить подсказкой.

Другая половина из его любимых шоу шли на канале Плейбой. Он мысленно представил Син в наряде озорной мед сестрички, и когда она бросила на него через плечо пылкий взгляд, но продолжила идти, покачивая соблазнительно задницей, он понял, что попался с поличным.

– Я суккуб, – проговорила Син на распев дразнящим голосом. – Я знаю, о чем ты думаешь.

– Конечно же ты знаешь, – пробормотал Кон, когда она открыла дверь, скрытую с внешней стороны виноградной лозой. Они вышли наружу и Кон остановился, принюхиваясь, не уловив ничего необычного в утреннем воздухе.

– Ты что-то чувствуешь?

– Нет, – ответила она, – но... – Син не договорила, издав только прерывистое: – Ох. – Кон резко обернулся к ней и сдавленный крик вырвался из его горла, а сердце оборвалось на месте.

Син отшатнулась, ее лицо побледнело и исказилось от боли. В ее грудь вонзились похожие на восемь бильярдных шаров, только с шипами. Это было демонское оружие, спроектированное так, чтобы пробивать броню и черепа. После того как жертву проткнут шипы, они начнут медленно углубляться в плоть, так чтобы жертва умерла в мучительных муках.

Син опустилась на колени, ее рот открывался, но не издавалось ни единого звука. Кона охватил страх, когда он подхватил ее под руки и потащил в дом.

– Син? Син! Держись. Только... держись. – Дерьмо! Он уложил ее на плетеный коврик в гостиной так мягко, как только мог. Из ее уст струилась кровь, а каждый вдох из-за перекрытых дыхательных путей, превращался в громкий хрип.

О, Боже! Син не может сейчас умереть. Она через столько прошла, вела жалкую жизнь и заслужила лучшей участи. Борясь с нарастающей паникой, Кон призвал на помощь все свои медицинские навыки и выдержку, которые всегда использовал при оказании помощи клиническим больным.

Это не сработало. Внутри его трясло от ужаса, а снаружи он истекал потом. Но хотя бы его голос оставался ровным, и он надеялся, Син не догадается о его состоянии.

– Я не могу убрать эту штуку – произнес он спокойным голосом. – Ты истечешь кровью. Я схожу за помощью.

Ее дрожащие пальцы сжали его запястье.

– Нет, – прохрипела она. – Слишком... опасно.

– Если я этого не сделаю, ты умрешь. – На этот раз его голос уже не звучал так спокойно.

– Не... оставляй... меня.

«Они всегда оставляют меня».Ком встал у него в горле.