Страница 20 из 114
Почти в тот же самый период произошло разграбление Трои. По этому вопросу нам не следует полагаться на Гомера, поскольку в результате раскопок археологи нашли развалины сожженного города, которые датируются между 1270 и 1190 годами до н. э. (что не так сильно отличается от традиционной даты десятилетней осады, описанной в «Илиаде» Гомера). Это могла быть как Троя, так и какой-нибудь другой город.
В материковой Греции преобладала микенская цивилизация. Колоссальные руины в Микенах на Пелопоннесе до сих пор поражают воображение современных посетителей этого места. Здесь развернулось действие одного из трагических рассказов греческой мифологии — падение дома Атрея. Сыновья Атрея, Агамемнон и Менелай, развернули военную кампанию против Трои. После своего возвращения Агамемнон пал жертвой своей неверной жены, а затем за него отомстили его дети, рожденные от жены-убийцы. Около 1100 года до н. э. микенцы исчезли в водовороте насилия. Многие их города оказались стертыми с лица земли. Последующую эпоху из-за отсутствия письменных источников назвали «темными веками». Мы не знаем, почему произошла эта катастрофа. Может быть произошло вторжение захватчиков, которых позже назвали дорийцами. Это было одно из тех племен, которое считали своими предками греки классической эпохи.
Египетские надписи сообщают о вторжении таинственных захватчиков, известных как «народы моря». Современные ученые почти ничего не могут сказать относительно их происхождения. Вероятно эти народы сыграли какую-то роль в разрушении государства микенцев и хеттов. Независимо от того, откуда они пришли, они принесли с собой опустошение.
Независимо от того, существовали на самом деле «темные века» или нет, до получения первых свидетельств экономического возрождения нам придется подождать несколько столетий. С середины VIII века до н. э. мореплаватели стали совершать исследовательские и торговые путешествия. Это подтверждается увеличением количества глиняной посуды, которую находят по всему Средиземноморью. Большинство путешественников отправлялись с богатого и более развитого Востока на менее развитый Запад, то есть, они двигались вдоль североафриканского побережья в Италию и Испанию. Наиболее активными путешественниками были финикийцы, имеющие крупные торговые перевалочные пункты в Карфагене и Гадесе. Как уже отмечалось, в Греции возникло множество небольших городов-государств, многие из которых отправляли группы своих граждан основывать «колонии», то есть такие же независимые города-государства, которые сохраняли формальные связи только со своими «метрополиями». В течение полутора веков греческие переселенцы смогли проникнуть почти в каждую область, известную в классическом мире.
Наиболее привлекательными местами для колонизации являлись Сицилия и Южная Италия. Греки основали там много крупных городов-государств, среди которых Партенопея, или Неаполис (ныне Неаполь) и Кумы. Оба этих города находятся в области Кампания к югу от Лация. Еще южнее располагались города Тарент (Таранто), Брундизий (Бриндизи) и Сиракузы. Здесь было так много греческих колоний, что эту область назвали Великой Грецией. В полном соответствии с таким названием, центр греческой культуры сразу же переместился на запад. Это можно сравнить с тем, как в результате своего быстрого развития в XIX веке Соединенные Штаты вскоре оставили позади европейский «Старый Свет».
Когда греки прибыли на Апеннинский полуостров, то в Центральной и Северной Италии они обнаружили местную культуру, которую сегодня ученые называют культурой Виллановы (название происходит от поселения, где в 1853 году раскопали древний некрополь). Об этой культуре мы знаем благодаря множеству предметов, найденных в некрополе. Представители культуры Виллановы не были единым народом, скорее это были просто люди, которых объединяли общие культурные особенности. В отличие от других итальянских общин, они кремировали своих умерших. Самым важным является то, что они научились выплавлять железо. Основные занятия — охота и животноводство. К VIII веку до н. э. они добились очень высокого качества керамических и бронзовых изделий. Исходя из этого, можно утверждать, что ремесленное производство стало отдельным занятием, которое было доступно только хорошо обученным мастерам. Население продолжало увеличиваться, и некоторые поселения могли насчитывать несколько тысяч жителей.
Представители культуры Виллановы жили в Этрурии. Но как же могло случиться, что эта культура превратилась в сложную и своеобразную культуру этрусков, резкий подъем которой начался в VIII веке до н. э.? Чтобы приписать этрускам греческое происхождение, в древности создали теорию (изложенную в главе 3), что этруски — это выходцы из Лидии, или же, прибывшие в Италию пеласги (легендарный народ, вытесненный из Греции другими народами, такими как дорийцы и ионийцы).
На самом деле наиболее правдоподобный ответ на этот вопрос найти довольно легко. Этруски обладали большими запасами железной руды, которая пользовалась повышенным спросом, поскольку в то время быстро распространялось использование железа. Они обменивали руду грекам на разные изделия. В результате этого этруски накопили огромное богатство и заимствовали многие черты греческой культуры — ремесленные изделия (например, афинскую керамику), а также манеры поведения (например, пиры с любовными утехами). В Этрурии процветали экономика и искусства (этрусский язык пока остается неизученным, однако можно предположить, что это был единственный живой язык, сохранившийся здесь с древнейших времен, когда в Италию еще не переселились народы, говорящие на индоевропейских языках).
Хотя этруски жили не в едином государстве, а в свободной федерации независимых городов, они расширили свою территорию за пределы Тосканы и заняли значительную часть Кампании. Этруски даже вступили в союз с величайшей державой западного Средиземноморья, Карфагеном, и вместе с ним в 535 году до н. э. одержали крупную морскую победу над греческими торговцами, основателями города Массалия (ныне Марсель). В результате этого карфагеняне установили свой контроль над Сардинией, а этруски получили Корсику.
Этот процветающий мир начинался у самого порога, и он очень привлекал провинциальный Рим в то время, когда его поселения объединялись в город. Утверждение о занятии Рима этрусками необоснованно, однако они оказали огромное влияние на Рим. Оно ощущается почти везде — в правилах проведения религиозных обрядов, в технике земледелия, в работах по осушению и орошению, в производстве изделий из металла и в строительстве общественных зданий. Новые города Этрурии стали примером для сельских жителей Лация в деле объединения своих усилий и создания крупных поселений. В 509 году, ко времени изгнания Тарквиниев, около пятидесяти малочисленных общин превратились в десять или двенадцать крупных городов. Они доминировали над областью, а самые населенные из них — Пренесте (ныне Палестрина), Тибур (Тиволи) и Тускул (ныне в развалинах) — вели дела с Римом на равных.
Экономический рост привел к социальной стратификации — или, проще говоря, разделению общества на классы. В Лации возникла аристократия. Археологи раскопали царские гробницы, в которых обнаружили множество дорогих предметов и драгоценностей — доспехи и колесницы, медные котлы и треноги, золотые и серебряные сосуды, глиняная посуда из Коринфа и финикийские амфоры.
«Волшебниками», которые осуществили такие существенные преобразованя в Этрурии (как мы уже отмечали) и в Лации — где все происходило гораздо медленнее — конечно же стали греки. Греческие торговцы принесли с собой алфавитную систему письма (можно также предположить, что это были финикийцы), передовые способы производства, искусство и архитектуру, олимпийских богов и богинь, мифы и легенды, включая, конечно же, историю Трои. По-видимому, Гомер написал свои большие эпопеи, «Илиаду» и «Одиссею», немного раньше — в VIII веке. В них превозносятся достоинства аристократии. Герои эпоса, такие как Ахиллес, обладали понятием личной чести. Равняясь на этих героев, они вели войны и занимались политикой, чтобы завоевать славу и вечную память, приближающую человека к бессмертию, ведь именно к нему и должны стремиться люди. Они везде и всюду гордились своей родословной (зачастую вымышленной) и щедрым гостеприимством по отношению к чужестранцам. Они считали, что родовитость и отвага — качества более достойные, чем стремление к богатству.