Страница 14 из 20
К утру 13 августа никаких новых сведений о противнике ни от 4-й кавалерийской дивизии, ни от корпусной конницы в штабе корпуса не имелось. По показанию начальника штаба 4-й пехотной дивизии полковника Сербиновича, в северном направлении разведки не велось и появление пеших частей и артиллерии противника с севера из Лаутерна явилось полной неожиданностью и было впервые обнаружено левофланговыми частями сторожевого охранения от 4-й пехотной дивизии.
Бой 14 августа у Тейштимена завязался в восьмом часу утра фронтом на север частями 15-го пехотного Шлиссельбургского и 13-го пехотного Белозерского полка с полубатареей 4-й артиллерийской бригады.
В 11 часов утра начальник 4-й пехотой дивизии, получив сведения о движении противника от Лаутерна на Зеебург и предполагая что противник, выставив боковой заслон у Тейштимена, с остальными силами двигается из Растенбурга в западном направлении, приказал командиру 15-го пехотного Шлиссельбургского полка, стягивавшему свой полк к северной опушке леса Глаубиттер – Рсвиер, с двумя легкими батареями – наступать в направлении на Краузен и далее на север и атаковать левый фланг противника командиру 13-го пехотного Белозерского полка – наступать двумя батальонами с полубатареей, примыкая правым флангом к шоссе на Лаутерн; командиру 14-го пехотного Олонецкого полка – выдвинуть один батальон к Кл. Бессау для воспрепятствования противнику продвинуться по западному берегу озера Тейштимен. В общем резерве у Гросс Бессау оставались – один батальон 13-го пехотного Белозерского полка, два батальона 14-го пехотного Олонецкого полка 2,5 легких батареи, мортирная и тяжелая артиллерийские батареи, а у Ротфлиса – весь 16-й пехотный Ладожский полк с одной батареей.
Силы противника определялись генералом Комаровым в бригаду пехоты с 2–3 батареями, а потому целью действий было поставлено – энергичным наступлением опрокинуть заслон противника и всеми силами обрушиться на колонны его главных сил.
К 12 часам дня выяснилось, что силы противника гораздо больше, чем предполагалось, и что действовавшие на фронте части 13-го Белозерского и 15–го Шлиссельбургского пехотных полков, вследствие жестокого ураганного огня десяти групп артиллерии противника, продвинуться вперед были не в состоянии; в это же время от разъездов было получено донесение, что противник видимо усиливается на опушке леса к западу от Зауербаума.
По получении этих сведений генерал Комаров приказал находившимся в резерве двум батальонам 14-го пехотного Олонецкого полка с двумя батареями перейти к Кл. Бессау и наступать оттуда в северо-западном направлении, с целью охватить правый фланг противника. Одновременно с этим было приказано выдвинуть от 16-го пехотного Ладожского полка для обеспечения левого фланга – один батальон с батареей на высоты западнее Зауербаума, а для обеспечения тыла дивизии со стороны Зеебурга – один батальон с пулеметами к Кунцкейму. Оставшиеся части 16-го пехотного Ладожского полка были притянуты к Гр. Бессау.
К двум часам дня положение дела в 4-й пехотной дивизии было следующее: на правом фланге – 15-й пехотный Шлиссельбургский полк наступал восточнее Тейштимена через лес Глаубиттер – Ривиер на Краузен; две легкие батареи на северной опушке леса обстреливали местность левее Краузен; в центре – два батальона 13-го пехотного Белозерского полка с полубатареей продвинулись на высоты севернее озера Тейштимен; на левом фланге западнее Тейштимен батальон 14-го пехотного Олонецкого полка, занимавший Кл. Бессау, продвинулся на северную окраину леса Садловерфорст, остальные два батальона еще только подходили к Кл. Бессау; две батареи с позиции к Кл. Бессау обстреливали противника, занимавшего высоты севернее озера Тейштимен. Один батальон 16-го пехотного Ладожского полка с батареей был расположен на высотах, западнее Зауербаума и один батальон того же полка с пулеметами находился у Кунцкейма.
В общем резерве у южной окраины Гр. Бессау оставались один батальон 13-го пехотного Белозерского полка, шесть рот 16-го пехотного Ладожского полка с полубатареей, мортирные и тяжелые артиллерийские батареи, под начальством командира 2-й бригады 4-й пехотной дивизии генерал майора Нечволодова.
Около 12 часов дня командиром VI корпуса была получена директива командующего 2-й армией № 5, в которой корпусу приказывалось, оставив заслон в Бишофсбурге для обеспечения тыла армии с правого фланга, двинуться к Алленштейну. Во исполнение этой директивы генерал Благовещенский приказал начальнику 4-й пехотной дивизии, оставив одну бригаду против наступающих частей противника, с остальными силами двинуться на Алленштейн.
Это приказание частям корпуса было получено генералом Комаровым в третьем часу дня, но осталось невыполненным, так как прибывший около трех часов дня для выяснения обстановки в районе 4-й пехотой дивизии генерал Благовещенский, узнав из доклада генерала Комарова о больших потерях и подавленном моральном состоянии 4-й пехотной дивизии, нашел, что части этой дивизии вывести из боя нельзя, и отменил свое распоряжение о направлении к Алленштейну бригады этой дивизии.
К 3 часам 30 минутам дня части противника успели продвинуться на восточную окраину леса, что к западу от Зауербаума, и открыли сильный артиллерийский огонь, частью по Бишофсбургскому шоссе. Тогда же от командира 14-го пехотного Олонецкого полка штабом дивизии было получено донесение об обходе противником его левого фланга, a от 13-го пехотного Белозерского полка – о невозможности частям полка удерживать занятые позиции к северу от озера Тейштимен. Командир 15-го пехотного Шлиссельбургского полка донес, что ввел в боевую часть весь полк, но продвинуться вперед вследствие сильного артиллерийского огня противника не может.
Для противодействия обхода левого фланга дивизии генерал Комаров приказал батальону 16-го пехотного Ладожского полка с батареей немедленно занять высоты у Кунцкейма; натиск противника был приостановлен, и шоссе из Гр. Бессау в Бишофсбург вновь стало доступным для движения войск и обозов.
Ввиду выяснившихся к шести часам вечера тяжелых потерь, понесенных полками 4-й пехотной дивизии, в особенности 14-м пехотным Олонецким полком, и значительного превосходства сил противника, а также ввиду полученных сведений, что на скорую поддержку 16-й пехотной дивизии, находившейся к западу от озера Далей, рассчитывать трудно, генерал Комаров приказал частям дивизии отходить к Бишофсбургу под прикрытием общего резерва генерала Нечволодова, а сам лично выехал в Бишофсбург для доклада об этом командиру корпуса. Этот доклад был сделан генералом Комаровым в 10-м часу вечера; предварительного же донесения командиру корпуса об отходе 4-й пехотной дивизии от генерала Комарова послано не было.
Приказание полкам 4-й пехотной дивизии и общему резерву об отходе генерал Комаров, по его словам, поручил передать начальнику штаба дивизии полковнику Сербиновичу, однако это приказание не во все части было передано своевременно.
Генерал Нечволодов в своей реляции указывает, что связь общего резерва с другими частями 4-й пехотной дивизии и ее начальником была утеряна 13 августа в 5 часов 30 минут дня. Увидев отступающие части 4-й пехотной дивизии и удивленный этим отходом, не вызывавшимся, по его мнению, обстановкой, генерал Нечволодов в 6 часов 20 минут дня послал записку генералу Комарову, испрашивая распоряжений. Однако все меры, принятые первым для восстановления связи со своим начальником дивизии и отошедшими, по неизвестным ему причинам, частями дивизии, оказались безуспешными, а в то же время противник начинал уже обход совершенно открытых правого фланга и тыла общего резерва.
Сильный артиллерийский огонь противника затих по всей линии с наступлением темноты, около 8 часов 15 минут вечера. До самого прекращения артиллерийского боя генерал Нечволодов продолжал настойчиво искать связь с частями дивизии и генералом Комаровым, но ответа на свои донесения и записки до девяти часов вечера ни от кого не получил.
В 9 часов 15 минут вечера генерал Нечволодов получит сообщение, что 15-й пехотный Шлиссельбургский полк по приказанию начальника дивизии отступает и находится на марше по дороге Ротфлис – Бишофсбург. Вслед за этим подпоручик 13-го пехотного Белозерского полка Боке сообщил, что в 5 часов 30 минут дня названный полк получил приказание начальника дивизии сняться с позиции и отходить, после чего командир полка полковник Дженеев, послав это приказание своему заместителю, сел вместе с начальником дивизии в автомобиль и уехал по шоссе на Бишофсбург. Таким образом, по словам генерала Нечволодова, только после девяти часов вечера ему стало очевидным, что уход из боя 4-й пехотной дивизии последовал по приказанию начальника дивизии.