Страница 52 из 90
Фотография живой лягушки, обнаруженной Э. Д. Кларком в куске угля в Рэгби.
Он поместил их на лист бумаги на солнечный свет. Все присутствовавшие с еще большим удивлением смотрели, как они зашевелились. Два существа, которых демонстрировали на лекции, позже погибли, а третье, когда его опустили в воду, «стало резвиться и крутиться, как будто оно никогда не находилось в состоянии спячки», причем так активно, что в конце концов убежало. Доктор Кларк и его коллега собрали образцы всех видов тритонов, водившихся в том районе, но ни один из них не был похож на тех трех оживших. «Они принадлежали к полностью вымершему, ранее неизвестному виду, — писал Коббольд. — Доктор Кларк рассказывал о них с особым удовольствием».
Те из наших читателей, кого не смутил вышеупомянутый случай, могут подумать над следующим примером, который в нашем сборнике, пожалуй, является самым ужасным. Во Франции в начале 1856 г. в ходе строительства железной дороги между Сан-Дизье и Нанси рабочие прокладывали с помощью взрывчатки туннель через скальную породу. Когда они раскололи огромный валун, из находившейся в нем каверны появилось чудовищное животное, которое немощно взмахнуло крыльями, издало жуткий крик и испустило дух. Оно было размером с большого гуся, имело отвратительную голову и острые зубы. У него было четыре длинных пальца, соединенных перепонками и оканчивавшихся длинными изогнутыми когтями; туловище было лиловато-синего цвета, кожа толстая и маслянистая. Эту ожившую окаменелость отправили в город Грэ, где «искушенный в вопросах палеонтологии натуралист немедленно определил, что животное принадлежит к роду «Pterodactylus anas». Камень был классифицирован как «нижняя юра» (юрский известняк), что совпадает с периодом, когда эти существа обитали на земле. Полость в камне образовала точный слепок его туловища, что указывает на то, что это существо со всех сторон было плотно окружено материалом осадочных пород». Все это взято из «Иллюстрэйтед Ландон ньюс» от 9 февраля 1856 г., который ссылался на первоначальное сообщение, опубликованное в «Пресс грелуа». Помня о том, что вызывающие смущение вещественные доказательства имеют обыкновение «пропадать», мы бы удивились, узнав, что тот же самый случай был описан еще в каком-либо источнике. Видимо, этот вызывающий предсмертный хрип в какой-то степени может послужить адекватным ответом капитану Баклэнду и иже с ним.
Сэр, П., автор опубликованного в вашей газете в прошлую пятницу письма, требует изъять из экспозиции Международной выставки живую лягушку, которая, как говорят, была найдена замурованной в куске угля. Он также обвиняет дирекцию выставки в мошенничестве, а ее организаторов, в особенности лорда Грэнвилла, в доверчивости или невнимательности. Единственным основанием подобных выводов автора служит всего лишь его мнение, что лягушка не могла оставаться живой в течение нескольких тысяч лет глубоко под землей, выдерживая такое огромное давление, как о нем говорят. Я, со своей стороны, однако, могу доказать, что мнение этого автора неверно, и буду весьма признателен, если вы позволите мне это сделать.
1. Моя супруга готова показать, что много лет тому назад она видела, как один работник ее отца расколол кусок угля и обнаружил в его сердцевине живую лягушку или жабу (она не вполне уверена, что это было) средних размеров, способную двигаться. Она ясно помнит, что внутренняя поверхность полости, где находилось животное, имела овальную форму и была гладкой.
2. Самуэль Гудвин, каменщик, которого я лично знаю последние двадцать пять лет и который имеет добрую репутацию, сообщает следующее: «Когда я работал с Чарлзом Олдриджем в карьере Кэттлбрук, мы пилили камень диаметром около четырех футов, выглядевший монолитным. Но в его середине оказалась полость размером в два моих кулака, в которой находилась жаба размером с кулак. После того как мы ее достали, она прожила около получаса и потом умерла. Мы обработали этот камень, который позже был использован при строительстве цоколя ратуши в Бирмингэме».
Я полагаю, вышесказанное побудит П. принести свои извинения тому, кто представил лягушку для экспозиции, а также организаторам выставки.
С уважением
Джон Скотт
Угольные склады Аилешэлл, Большая западная магистраль Пэддингтон, 17 сентября
Не так давно сотрудник министерства геологии США Джеймс Стивенсон навестил меня в форте Уингейт и обратил мое внимание на любопытный образец, который оказался у него в ходе недавнего путешествия, которое он совершил по месторождениям угля на севере штата Пенсильвания.
Мумифицированная лягушка, выпавшая из расколовшегося куска угля.
Этот образец представлял из себя мумифицированную лягушку, найденную в угольной шахте графства Маклин, штат Пенсильвания. Стивенсон также передал мне, для настоящей публикации, вырезку из местной газеты с отчетом об этом случае, которую я ниже полностью привожу. Ее автор пишет следующее: «Одна из самых любопытных находок, сделанных за последнее время в нашей местности, может оказаться весьма ценным материалом для научных и исторических исследований. Она была обнаружена четырнадцатилетним Эдди Маршем, сыном Д. Б. Марша, бухгалтера компании «Стивенсон Бразерс». Разозлившись, что огонь в печке горел слишком слабо, Эдди схватил кочергу и стал ворошить уголь. Он решил расколоть один большой, медленно горевший кусок угля. После удара кусок с шумом разломился. Несколько мелких обломков вылетело из печи. Подхватив один обломок, чтобы бросить его обратно в печь, мальчик обратил внимание, что он был слишком легким. Рассмотрев его, он увидел, что это было не что иное, как лягушка. Вчера вечером эту любопытную вещь осмотрело много людей. Лягушка находилась в центре большого куска угля, причем, когда его открывали, ее ложе было ясно видно. Этот кусок был вырублен в третьем угольном пласте в угольной шахте графства Маклин и поднят с глубины 541 фут. Лягушка, по всей видимости, еще не успела окаменеть. Она усохла в два раза по сравнению с размерами живой лягушки. Ее туловище легкое и мягкое…»
Обнаружение остатков животных, замурованных в толще земных пород, вещь достаточно обыденная. На таких находках основывается палеонтология. Однако речь в этом случае идет лишь об окаменелостях, костях животных, их раковинах или панцирях и лишь в очень редких случаях о мумифицированных трупах. В Зоологическом музее АН СССР в Ленинграде хранятся две крупнейшие находки: полностью сохранившиеся трупы березовского мамонта и мамонтенка, в шутку названного первооткрывателями Димой. Они были найдены в слое вечной мерзлоты на достаточно большой глубине. Весьма обычны находки насекомых и других мелких животных, замурованных в смолу хвойных деревьев, позже превратившуюся в янтарь. И только в отношении амфибий и отчасти рептилий есть сообщения, что они якобы способны жить в тесном заточении, замурованными в глыбу известняка, мрамора, каменного угля или льда, и существовать в таком состоянии не недели, месяцы или годы, а миллионы лет.
На чем основываются подобные предположения? Многие амфибии постоянно живут в земле или находят там убежище иногда на весьма значительный срок, в земле они добывают себе пропитание, зарываются в нее в случае опасности или при наступлении неблагоприятных условий жизни. Натуралисты сумели убедиться в этом лишь в середине XIX в.
В числе постоянных жителей подземелий в первую очередь хочется назвать безногих земноводных жителей тропиков — червяг, внешне действительно похожих на червей, только очень крупных, достигающих в длину 45—120 сантиметров. Они прокладывают себе ходы во влажной почве тем же способом, что и дождевые черви.