Страница 32 из 90
Теперь мы обратимся к еще более жестокому виду насилия, когда на жертве появляются колотые или огнестрельные раны от невидимого оружия. В газете «Нью-Йорк таймс» от 8 декабря 1931 г. помещена заметка капитана немецкого парохода «Брехзее», накануне бросившего якорь в порту Хорсенс, Ютландия, в которой рассказывается о странном происшествии: во время шторма на глазах у капитана совершенно необъяснимо был ранен один человек. У него на голове появилась рана в четыре дюйма длиной, после чего он упал без сознания на палубе. 23 апреля 1922 г. английская «Пипл» опубликовала корреспонденцию своего репортера из больницы «Чаринг-Кросс» в Лондоне о поступившем туда 16 апреля 1922 г. пациенте с ножевой раной на шее. Он пожелал (или смог) рассказать лишь то, что, свернув с Ковентри-стрит, он получил ножевую рану и упал на тротуар. Через несколько часов в больницу попал второй пациент, получивший такую же рану и рассказавший такую же историю. Наконец, в тот же день еще один человек непонятным образом был ранен на том же перекрестке.
Чарльз Мак-Кэй в своей книге «Необычные массовые галлюцинации и коллективное сумасшествие» приводит подробности паники в Париже в марте 1623 г., вызванной приездом розенкрейцеров. Квартал Марэ дю Тампль вскоре приобрел особенно дурную славу: здесь «никто из горожан не мог считать себя в безопасности, ни одна девушка или женщина не могла быть спокойна за свою честь… люди опасались снимать в этом районе жилье, чтобы их не вышвырнули потом оттуда шесть невидимок ордена Розы и Креста». 26 сентября 1923 г. английская «Дейли мэйл» с юмором писала, что в Лахоре индийские кули убеждены в существовании «мумиай» — невидимого существа, которое рыщет повсюду и хватает людей средь бела дня. В 1890 г. «Религиозно-философский журнал» писал о массовой панике в Японии: население было уверено, что появился невидимка, наносящий людям раны в шею длиною в один дюйм. Это напоминает нам об истории, приведенной в собрании средневековых валлийских легенд «Мабиногион», где Касвалдон, сын Бели, прикрывается волшебной тканью, делающей его невидимым, чтобы расправиться с вождями враждебных ему племен, которые, падая на землю, даже не видели своего убийцу, а только лезвие меча, обретавшее свою материальность лишь за мгновение до рокового удара.
В книге «Самое странное» (1962 г.) Франк Эдварде подробно пишет о случае с Джимми де Бруином, работавшим на ферме Датун, Южная Африка: этот человек, казалось, стоял в центре козней «нечистой силы». Во время расследования в августе 1960 г., проводившегося полицейским комиссаром Джоном Весселсом и тремя констеблями, все четверо услышали, как двадцатилетний Джимми завопил от боли. Он был одет в шорты, и было видно, как на его ногах появились раны. На следующий день, в присутствии двух офицеров полиции, на груди Джимми появился глубокий разрез, хотя рубашка осталась цела. Раны возникали в течение нескольких дней кряду. Они были «аккуратными», как будто их сделали бритвой или скальпелем. Все очевидцы в один голос утверждают, что в любом случае сам молодой человек не мог бы их себе нанести. В свое время Форт предположил, что если можно телепортировать различные вещи, то можно и раны «спроецировать» на других людей. Во всех случаях с «врагами-невидимками» присутствует одна общая деталь: раны появляются на теле под одеждой, на которой нет никаких следов проколов. Этот феномен представляется нам продолжением того, о чем пойдет речь в главе «Стигматы». Связь с явлениями, приписываемыми «нечистой силе», особенно наглядно проявилась в «деле Фелпса». Место действия — Стратфорд, штат Коннектикут, время действия — 1850 г. События разворачивались в основном вокруг двенадцатилетнего сына Фелпса Гарри. В своей книге «Призраки и нечистая сила» Сёрстон приводит описание некоторых событий, которые выглядят как чьи-то злонамеренные нападки на ни в чем не повинного мальчугана: на него падают камни, запущенные чьей-то невидимой рукой, могучая рука поднимает его в воздух и стукает головой о потолок. Однажды его швырнули в цистерну с водой. Как-то раз на глазах оторопевших очевидцев невидимая сила подвесила его на ветви дерева, а затем начала методически рвать его одежду на куски. Вообще «невидимки», как свидетельствуют хроники, особенную неприязнь испытывают, по-видимому, к детям.
Такое впечатление возникает, например, при чтении «Повествования о чрезвычайных событиях, происходивших, с детьми м-ра Ричарда Джайла», написанного неким Дурбином (1860 г.), где детально описываются случаи разнообразных нападений на детей в этой семье, причем никто ни разу так и не увидел ни одного из нападавших. Однажды «невидимки», например, оставили на лице одного из детей Джайла следы от укуса. В другой раз свидетели видели страшное зрелище: невидимая рука душила девочку; шею что-то все сильнее сжимало, при этом работы шейных мышц девочки не было видно. Позже другие дети из этой семьи оказались жертвами «невидимок»: их толкали, тянули, били и оплевывали. Однажды в течение одного лишь вечера пятеро свидетелей видели, как «кто-то невидимый двадцать раз кусал их руки… сами они никоим образом не могли сделать этого, потому что все это время мы неотрывно за ними следили. Осматривая эти укусы, мы нашли в них следы восемнадцати или двадцати зубов; на поверхности ранок была размазана слюна, контуры которой явно указывали на прикосновение чьего-то рта к руке ребенка… поверхность была вся мокрая, очень мокрая, и при этом отвратительно пахла». Словом, нападения «нечистой силы» случаются куда чаще, чем принято думать.
Имеется много сообщений о «снайперах-невидимках», чьи пули, как и «зубы-призраки», не оставляют никаких следов, кроме ран на шее. Форт упоминает три убийства, при расследовании которых полиции пришлось предположить, что убийцы переодели жертвы, поскольку на их телах были обнаружены огнестрельные раны, тогда как одежда оставалась целой. Самым старым подобным случаем, по нашим данным, является тот, который произошел 2 октября 1875 г. в Германии, около Берлина. Как пишет журнал «Попюлар сайенс», один человек услышал свистящий звук (его спутники так его и не услышали) и обнаружил в правой руке сквозную рану, словно проделанную пробившей ее навылет пулей.
А вот один из известных нам наиболее печальных случаев, связанных с нападением «невидимок». В 1761 г. пять женщин из Вентимилья, Северная Италия, возвращались домой с вязанками хвороста. Неожиданно одна из них вскрикнула и упала замертво. Ее спутницы пришли в неописуемый ужас при виде представшего перед ними зрелища. Одежда и обувь убитой были изодраны на мелкие клочки и разбросаны вокруг ее тела на расстоянии до шести футов. На ее голове зияли раны, иные из которых обнажали кости черепа. Мышцы правого бока были распороты, и внутренности вывалились наружу. Крестец несчастной был раздроблен, большинство внутренних органов расплющено или обескровлено; на животе виднелись многочисленные параллельные разрезы; плоть с одного из бедер была полностью содрана, обнажив одну из костей малого таза и раздробленную головку берцовой кости, выдернутой с силой из своего гнезда. Об этом страшном происшествии было сообщено Французской академии наук М. Мораном. В «Эннуал реджистер» за 1761 г. приводятся его слова о том, что наиболее достойно удивления при этом одно таинственное обстоятельство: одежда (там, где она сохранилась на теле) не была задета предметом, наносившим раны. Все выглядело так, словно женщина явилась центром мгновенного, бесшумного и смертельного взрыва.
М-р Брогрэйв из Хэймела, что возле Пакриджа, Хертфордшир, в молодости однажды ехал по дороге, когда что-то вдруг ударило его по щеке или голове. Молодой человек обернулся, но никого рядом с собой не заметил. Между тем кто-то нанес ему второй удар и, кажется, еще и третий. Он тут же повернул обратно.
Впоследствии он занялся изучением права и стал судьей. Об этом происшествии мне известно от сэра Джона Пенруддока из Комптона-Чемберлена (наш сосед), жена которого была племянницей м-ра Брогрэйва…