Страница 125 из 127
— Ты не человек! — кричал Гэбриэл, будто приказывал юноше. — Помни, ты — не человек!
— Лука, значит? Правильное христианское имя! И вполне традиционное, — скривился разочарованно Магистр. — А почему не Осирис или Птах? Мог бы взять и имя Сета. Или на худой конец, Эхнатона II. Скучно как-то. Или оно на самом деле означает Люкс, что переводится с латыни как «свет»? Новый Свет? Новое Солнце? Так ты конкурент мне? Ведь я собираюсь взять себе другое имя, более благозвучное, символизирующее то же самое Солнце. К примеру, Апполон. Или Апполион, «прекрасный лев» — царь и повелитель. Нравится? — человек «в чёрном» вышагивал по периметру, пока его бойцы окружали беглецов. — Лука, куда же ты спрятался? Думаешь, что спасёшься от меня? О, нет, — Магистр подошёл к Якову, волоком поднял его с песка и активированным жезлом упёрся старику в живот. Тут же окрестности оглушил его крик боли.
— О, мой юный бог, я предлагаю тебе всё же сдаться…ради блага твоего отца. Иначе Джон убьёт священника… Ай-яй-яй, — он театрально закачал головой. — Какое бесстыдство, священник нарушил главнейший обет, обет целомудрия! Как прогнила христианская Церковь. Как низко пала, творя лицемерие и нечестие. Но скоро всё изменится. У землян будет новый Бог, Бог Апполион! Грозный и прекрасный, могущественный и бессмертный.
— Не рановато ли ты причислил себя к богам? — лёжа на песке простонал Яков.
— Молчи, смертный! Неизбежного уже не изменить. Мир станет моим. Он уже мой, глупец! Только теперь я выйду из тени. Все узнают, кто правит этим миром, кому принадлежит эта планета и все смертные на ней! Не Рокфеллерам и Родшильдам, не Морганам и Синклерам, и не китайским драконам Драго, а мне. Только МНЕ!
— Тебе не стать бессмертным, — откашлялся Яков.
— Ошибаешься! — рявкнул Магистр и снова направил жезл смерти на священника, заставив его снова вскрикнуть.
И Лука не выдержал. Он вышел из-за камня и неспеша направился к Магистру.
— Нет, Лука! — простонал Яков, лёжа на песке и протягивая к сыну окровавленную руку. — Нет, сынок. Не надо…
Гэбриэл выглянул на мгновение и снова спрятался, трагично помотав головой.
Лука медленно ступал по песку и думал, всматриваясь по очереди в лица всех присутствующих, и пытаясь найти в них что-то такое, что понятно было только ему одному.
— Сынок, не поддавайся жалости ко мне, ведь я пожил достаточно долго, и на кону жизнь на планете, жизнь всех людей. Услышь меня! Лука, услышь меня, сынок! Я благославляю тебя! Ты должен это сделать. Ну, же! Я требую! Я умаляю тебя, услышь меня! — уговаривал Яков приближавшегося сына.
— Прости, отец, — Лука начал растирать свои ладони друг о дружку. — Не получился из меня хороший человек!
— Не дайте ему выбросить луч! — закричал Магистр, хватаясь за свой жезл.
Гэбриэл попытался тоже принять участие в битве, но в раненых руках было мало силы, однако со второй попытки на один отвлекающий удар их всё же нашлось. Он кинул энергетическую гранату в Магистра, не дав ему направить жезл на Луку.
— Да храни тебя Боже! — улыбнулся Яков и напоследок перекрестил сына.
— Прощай отец. Спасибо за всё.
Растерев ладони до нужной температуры, Лука одним коротким энергетическим ударом пронзил своего отца прямо в сердце, чтобы тот не мучился долго.
Через минуту Яков вспыхнул холодным синим пламенем. Порыв ветра, и через несколько секунд от него не осталось даже кучки пепла, как и от прежних жертв.
— Так вот что это за древнее проклятие: «гореть тебе синим пламенем»! — вслух подумал Лука. — Боги так карали смертных…
Лука набычившись, шёл вперёд с раскрытыми ладонями, на которых пламенели и переливались будто бы перламутром голубые шары смертоносной энергии.
Бойцы ордена и чёрный Магистр направляли на него свои жезлы, но те почему-то не работали, и юный бог продолжал двигаться в их направлении. Присутствующие явно не ожидали такой развязки, они теперь оказались на открытой местности перед всей мощью Луки. Нескрываемый испуг читался на их лицах. Они растерялись и замерли, будто примёрзли к своим местам. Но лишь на мгновение. Никто не знал, что за этим последует, и на что ещё способен юный бессмертный.
К месту развернувшегося сражения подъехал джипп Николаса. Они с Кларой выскочили из машины и перебежками направились к Магистру, прячущемуся за камнем.
А Гэбриэл, зажимая раны на руках, улыбался. Он обмяк, теряя много крови. Но он был доволен. Значит, он не ошибся в юном боге. Он приподнялся на локте и прокричал Луке:
— Лука, не отпускай ни одного! Они все должны унести твою тайну в могилу. Все! До одного! Иначе миру не видать покоя! До единого!
После таких слов все враги бросились врассыпную, прячась, кто где, кто за камнями, кто в овраге. Кто-то нырял в ущелье, а кто-то самонадеянно взял Луку в прицел автомата.
— Что случилось? — спросил Николас у Магистра.
— Его силу мы не предвидели.
Николас выглянул из-за камня и посмотрел на юношу.
— Это он? Это и есть бессмертный? Такой молодой? — удивился он.
— О чём это вы? — не поняла Клара. — Бессмертный? Так мы всё это время искали бессмертного?
Тут Николас и Магистр одновременнно развернулись и выстрелили в Клару, после чего сразу направили пистолеты друг на друга.
— Ты не должен был это узнать, — зловеще улыбнулся Магистр.
— Но я узнал. И забывать не намерен.
— Он мой! — заявил человек «в чёрном» и хотел уже выстрелить, но Николас выбил у него из рук пистолет, и Магистру пришлось спешно покинуть укрытие, чтобы не стать жертвой предавшего его бойца.
Началась охота друг за другом. Гэбриэлу удалось ещё двоих уничтожить энергетическими ударами. Но Николас из своего укрытия сумел подобраться к старику так близко и так незаметно, что чуть ли ни в упор выстрелил ему в голову.
Старик только и успел подумать:
«Ну, вот и всё… две тысячи восемьсот лет и пролетели…»
Гэбриэл…Габриэль… Неброэль… Люцифер… Мефрес… умер. Перед смертью он на мгновение увидел мать, свой дом и сады Египта. Потом наступила темнота, и он соскользнул с камня на песок, обогряя его своей священной кровью, бесценным элексиром, этим Священным Граалем и элексиром бессмертия…
— Нет! — закричал Лука, увидев, как Гэбриэл умер. — О, боги! — простонал он в небо. — Не-е-ет! Ну, всё, держитесь! — и тут он заметил, как из-за скалы выезжают ещё несколько джиппов, а над головой пролетели два вертолёта.
Он остался один. Вокруг враги. Их много. И они всё прибывают.
Одному не справиться с ними со всеми. Выбора нет!
— Я должен умереть, — прошептал он себе.
И он принял решение: он уничтожит себя вместе с ними, чтобы не дать злу вновь расцвести на земле новым цветом. Пусть только они подберутся к нему поближе. Пусть только приблизятся…
— Прости, старый Гэбриэл, я не смог исполнить твою мечту, — сокрушаясь, прошептал Лука, и, надрезав кончики нескольких пальцев на руках острым камешком, начал растирать ладони всё быстрее и быстрее. — И богом я тоже не успею стать. Я всего лишь Христо, всего лишь Избавитель.
13
И вот финал. Что это будет: битва между добром и злом, между богом и человеком или между прошлым и будущим?
Сошлись на финальный поединок лицом к лицу Лука и постаревший Магистр человеконенавистнического ордена. А кольцо вокруг них всё явственнее сжималось.
Дождавшись нужного момента, Лука сконцентрировал в себе, как учил его Гэбриэл, имевшееся антивещество, добавив немного своей крови из порезов в поток энергии. Он материализовал энергетический шар в ладонях и стал растягивать его в дугу над головой. Разведя руки в стороны, развернул ладони кверху, прикрыл глаза и направил энергию всего своего тела одним широким и мощным лучом, словно лазерную гранату вверх, а потом веером и в стороны, поворачиваясь вокруг себя и расширяя поле воздействия до последнего видимого противника.
Лука знал, что это смертельно для простых смертных. И для него скорее всего тоже. Но он пошёл на это, лишь бы знания и его кровь не достались дьяволам.