Княжа булава

— Арсений Петрович, Вы прекрасно понимаете, что я не могу назвать Вам сумму, Вы добровольно отказались от участия в торгах.

— Юра, не ломай комедию, — прервал его собеседник, — Слушай меня внимательно, эти клоуны, они ничего не стоят, можешь играть с ними, можешь, что угодно обещать. НО! Артефакт ты отдашь мне.

— Арсений Петрович…

— Не перебивай, я понимаю, что это твой заработок, но может лучше быть чуть. Чуть менее богатым, но зато живым? Подумай, на досуге. Короче, как только привезёшь эту чёртову булаву, отзвонись мне. Не думай я не беспредельничаю, я повышаю ставку на двадцать процентов. Я знаю последнюю ставку и соответственно плачу больше, но булаву ты отдаёшь мне.

— Арсений Петрович, — вновь попытался возразить Шмыголь, но собеседник его не слушал.

— У тебя есть время подумать, — вновь прервал он его, — я жду твоего звонка, и, пожалуйста, не вздумай играть со мной.

В трубке раздались короткие гудки, такого поворота событий Юрий Карлович никак не ожидал. Он вдавил педаль газа в полик, выскочил на трассу и погнал машину в сторону Киева. Он чувствовал растерянность, такого с ним не бывало очень давно. Уже много лет Юрий Карлович занимался посреднической деятельностью, его операции всегда были хорошо подготовлены, просчитаны все варианты. Но такого разворота событий он не ожидал.

«Не понимаю, что я сделал не правильно, — не переставал он думать, — не мог Арсен поступить так, как поступил, не в правилах этих людей отступать от своего слова, да ещё так, как отступил Арсен. Может я просто недооценил того предмета, который должен им передать? Неужели для них он представляет такую ценность? И, похоже, ни кто не понимает этой ценности кроме Арсена, Он единственный первоначально отказался от торгов. При этом зная, что не откажется от артефакта, получит его любым способом. Но как поступать теперь мне? Согласиться на условия Арсена, значит, навсегда выйти из бизнеса. Но и это не самое главное. Я и так решил прекратить деятельность. Главное то, что согласиться на предложение это значит подставить свою голову. А голову подставлять никак не хочется.

Что может предпринять Арсен, для того, что бы всё-таки завладеть булавой, в обход договорённостей? Да, что угодно, у него возможности неограниченные, но думаю, всё-таки он не пойдёт на крайние меры, пока не увидит. Что булава от него уходит окончательно. Хорошо, значит, на предложение Арсена нужно соглашаться, а там увидим, что и к чему».

Юрий Карлович взял телефон и нажал кнопку вызова, высветился номер последнего звонка, послышались длинные гудки и практически сразу на том конце сняли трубку.

— Ты надумал Юра?

— Да, Арсений Петрович, я согласен на Ваше предложение.

— Тогда я жду от тебя звонка.

«Вот и всё, Юрий Карлович, не знаю, подписал ты себе этим звонком пропуск в счастливое будущее или смертный приговор, но то, что можно ещё побороться это точно. Посмотрим. Как будут вести себя остальные. А что если и они не успокоятся. Что если не согласятся с результатами аукциона, так же как не согласился Арсен? Тогда ты Юрий Карлович попал в серьёзную переделку. Может, вообще напрасно ввязался в это дело? Может и напрасно, но деваться уже некуда. Ладно, единственное, что я могу сейчас сделать. Так это усилить меры предосторожности и как можно быстрее связаться с Поздняковым. Пускай берёт Булаву и летит в Киев. Чем быстрее мы закончим это дело, тем реальнее выскочить сухим из воды».

Он вновь взялся за мобильный.

— Алло. Юрий Карлович, — раздался голос Позднякова, — как у Вас дела?

— Всё в порядке, Виктор Сергеевич, мне удалось достигнуть договорённостей, поэтому теперь дело за Вами.

— Что от меня требуется?

— Вам необходимо забрать предмет из тайника и привезти в Киев. Как можно скорее.

— Хорошо, я завтра же выеду в Цюрих. Что посоветуете, как лучше его транспортировать?

— Думаю, будет лучше, если Вы из Цюриха выедите сразу в Киев машиной. Автомобильная таможня более лояльна к туристам, это связано с мерами предосторожности, которые введены в аэрофлоте. Думаю, проедите без проблем.

— Думаете?

— Нет, не думаю, просто уверен, не надо только ей прятать положите в сумку с вещами, и вперёд.

— Хорошо, завтра утром я выезжаю.

— Когда Вас примерно ждать в Киеве?

— Сейчас. Минутку, я посмотрю по карте. — Некоторое время Поздняков молчал, в трубке были, слышны удары по клавиатуре. — Получается, — вновь заговорил он, — что от Цюриха до Киева сутки пути, но я буду ехать один, значит, нужно будет где-то ночевать. Следовательно, завтра день до Швейцарии, там ночую и утром рано выезжаю на Киев, а это два дня пути. Получается, если сегодня у нас вторник, среда, четверг, пятница, да, скорее всего в пятницу вечером буду в Киеве.

— Отлично, будете подъезжать к границе, перезвоните мне, я встречу Вас на границе, по Украине поедем вдвоём, так спокойнее. И на протяжении всего маршрута, ради Бога, держите меня постоянно в курсе дела.

— Хорошо.

— Тогда удачи Вам, жду сообщений. До связи.

— До связи.

Виктор Сергеевич положил трубку. Не понравился ему голос Шмыголя, что-то в нём было не так, уверенности, что ли меньше?

Глава 15

Поздняков гнал машину в Цюрих, он вновь отказался от помощи водителя, оставив его дома в Ангулеме, душа была не на месте, пять дней прошло с тех пор, как он отправил Люка в Киев. Девочки постоянно звонили, значит, с ними ничего не случилось, но почему-то всё время возникали проблемы в академии, и они не могли бросить, что бы вернуться в более безопасную Францию. А тут ещё и неуверенность в голосе у Шмыголя, не нравилось всё это Виктору Сергеевичу. Он с тяжёлым сердцем оставил жену одну в доме, хотя там и было кому за ней присмотреть, Франсуа постоянно находился при ней, хотя, чем мог помочь почтенного возраста водитель? Разве что общением с местными властями. Его мадам Клори всё ещё не вернулась из деревни, правда ещё оставалась дочь Ивета, так, что заключил Виктор Сергеевич, все вместе, как-нибудь справятся с любой проблемой. Чёрный «Гольф» нёсся по трассе, время от времени останавливаясь для дозаправки, Виктор Сергеевич с удовольствием задерживался в кафе, выпивал чашку кофе немного отдыхал и ехал дальше. За то время, пока он находился дома, ему удалось найти специалиста, который поставил на «Гольф» навигатор, с русскими картами, так, что проблем с пропущенными поворотами не возникало, приятный женский голос рассказывал в какой ряд нужно перестроиться, и куда свернуть, что бы выехать на ту или иную дорогу.

Как и просил Шмыголь, Виктор Сергеевич постоянно отзванивался ему. Первый раз позвонил, когда выехал из дома, потом пару раз звонил во время короткого отдыха и вот теперь на границе Швейцарии позвонил снова. Недавно ему показалось, что за его машиной как привязанная идет ещё одна, он чаще стал вглядываться в зеркало заднего вида, но на одной из развязок подозрительная машина ушла в сторону, Поздняков вздохнул с облегчением. Но следить за спиной не перестал. Поток машин был довольно плотный, и Виктор Сергеевич, не имея ни опыта, ни навыков никак не мог определить чисто сзади или нет. Однажды он даже поймал себя на мысли, что постоянная боязнь слежки начинает перерастать в настоящую фобию, что он больше смотрит в зеркало заднего вида, чем на дорогу. Постарался отвлечься. Включил любимую музыку, это помогло, стал более внимателен, перестал постоянно оглядываться.

Базель, последний город на пути, его Виктор Сергеевич объехал, ненадолго остановился в придорожном кафе, выпил чашку кофе, отзвонился с маршрута Шмыголю и решил ехать дальше. Несколько поворотов, навигатор продолжал рассказывать, куда и как ехать, вот он объявил последний съезд, который вёл на скоростное шоссе, Поздняков послушно перестроился и начал манёвр. Примерно на середине съезда он заметил полицейский патруль, это была непривычная для здешних мест картина, но Позднякова она не насторожила, он был советским человеком и привык видеть милицию в самых непредсказуемых местах. Двое полицейских лениво прохаживались, возле патрульной машины, время от времени поглядывая на дорогу. Увидев приближающийся «Гольф» один их полицейских поднял жезл и приказал остановиться. Это действие тоже не вызвало подозрений у Виктора Сергеевича, он послушно принял вправо, объехав полицейский автомобиль, остановился и включил Аварийный сигнал.