Страница 7 из 54
– Черт, – пробормотала я себе под нос.
– Иди, Кэсси, – пихнула меня Тара. – Иди к раздевалкам. Его туда увели.
Я молча кивнула, схватила свои вещи и поторопилась к лестнице, которая вела в подземные помещения. Я буквально пролетела по последнему лестничному пролету, прежде чем направилась к закрытому проходу. Когда я оказалась внутри, меня окружил холод кирпичного туннеля.
Туннель проходил вдоль всей длины стадиона, и если ты никогда не бывал здесь, то вряд ли догадался бы о его существовании. Я завернула за угол и побежала в сторону здоровенного охранника.
– Привет, Джимми. Он здесь? Ты видел, как они увели Джека с поля? – спросила я, мой голос звучал встревожено.
Он наморщил лоб и ответил:
– Джека? Нет, не видел. А что случилось?
Я судорожно выдохнула.
– Он повредил руку.
– В самом деле? Черт. Надеюсь, всё обойдется.
Он отступил в сторону, освобождая небольшой проход между перилами. Я поспешила вперед и шла так быстро, как позволяли мне мои дрожащие от нервного напряжения ноги.
Я шла по кирпичному туннелю, пока за поворотом не увидела прикрепленную на стене вывеску. Я ускорила шаг, так как мне до боли хотелось как можно скорее добраться до двойных дверей из красного дерева, над которыми висела вывеска «Клуб Нью-Йорк Метс».
Около входа на стуле сидел еще один охранник, его лицо выглядело встревоженным. Он поднялся на ноги, как только я подошла к нему.
– Кэсси, он там с доктором. – Сочувствие в его глазах еще больше напугало меня, и во рту все пересохло.
– Как он выглядел, Джо?
– Ему было очень больно, – невесело признался он.
Мое горло перехватило спазмом так, что мне было трудно сглотнуть. В этот момент я поняла, что раньше никогда не рассматривала даже саму вероятность того, что Джек может получить травму. Он казался неуязвимым… словно был рожден, чтобы заниматься этим видом спорта, который в свою очередь просто не мог причинить ему боль. Бейсбол никогда не предал бы Джека подобным образом.
Но это случилось.
И я поняла, что до смерти боюсь узнать, какими будут последствия. Джек без бейсбола… ну, это уже не Джек. Я не имела понятия, что это будет за человек, не знала, каким станет Джек, если бейсбол перестанет играть такую огромную роль в его жизни. Волна тревоги накрыла меня с головой, и я не смогла подавить нервную дрожь в своем теле.
– Кэсси? – голос Джо эхом отскочил от стен туннеля, после того как он положил трубку на дисковом телефоне. Будучи не в состоянии говорить, я беспомощно посмотрела на него. – Там никого нет, – сказал он мягко. – Ты можешь войти.
Он открыл для меня большую дверь, и я вошла в единственное место на стадионе, где еще ни разу не была. Мне в глаза тут же бросился огромных размеров диван и ковер, украшенный логотипом команды. Потом мой взгляд переместился на шкафчики, на каждом из которых было написано имя игрока и его номер в команде. Каждый шкафчик подсвечивался отдельной лампой, словно экспонат в музее. Я тихонько посмеивалась про себя от мысли, что «шкафчики в раздевалке», как выражались сами ребята, больше походили на узкие дубовые шкафы, которые можно встретить в номерах отелей.
Я поймала себя на желании, которое всегда возникало у меня в новом месте, сфотографировать эту комнату и каждую отдельную деталь. Профессиональная привычка, предположила я.
– Котенок? – раздался голос Джека в этом огромном помещении. От боли он звучал как-то непривычно.
Вспомнив, почему я здесь оказалась, я крикнула:
– Джек? Где ты?
– Иди в конец зала и поверни направо.
Я быстро пошла вдоль рядов шкафчиков, когда номер 23 привлек мое внимание, и я не смогла воспротивиться порыву задержаться на мгновенье около шкафчика Джека. Я не видела его прежде и возможно больше никогда не получу второго шанса оказаться здесь. Внутри лежала его дорожная сумка и уличная одежда в ожидании своего хозяина. Я провела рукой по ткани одежды, слегка перебирая пальцами. На задней стенке шкафчика висела наша фотография, сделанная в день свадьбы, а вокруг неё были другие фотографии, запечатлевшие разные периоды наших отношений. Мне нравилось, как этот мужчина показывал свою любовь ко мне.
Улыбаясь, я направилась в конец раздевалки и завернула за угол, как раз в тот момент, когда доктор команды делал Джеку укол в руку, чтобы облегчить боль. Я заметила, что Джек даже не поморщился.
– Думаю, что кость раздроблена, – признался Джек, когда его темно-карие глаза встретились с моим взглядом.
РАЗДРОБЛЕНА.
В этот момент мое сердце находилось точно в таком же состоянии. Я поспешила к нему, испытывая потребность быть физически близко так, как только могла в данной ситуации.
– Мы еще не знаем, – добавил доктор. – Я доктор Эванс.
Я протянула ему свою руку.
– Я Кэсси.
Одного взгляда на Джека хватило, чтобы мое сердце разорвалось от боли. Во мне вспыхнула резкая потребность защитить его. Я погладила его по плечу и спросила у доктора деловым тоном:
– А что мы знаем?
– Определенно, это перелом, только насколько серьезный, пока трудно сказать.
Я пожала плечами.
– Но кость же срастется, правильно? Люди постоянно ломают руки.
Доктор Эванс кивнул.
– Правильно. Но мы должны убедиться, что не потребуется делать операцию и вставлять штифты или металлические пластины.
Штифты или металлические пластины? О Боже.
Джек громко сглотнул, а я продолжила аккуратно расспрашивать доктора об интересующих меня аспектах перелома.
– Если понадобится операция, что тогда? Людям постоянно делают операции на руках, и они поправляются.
– Да, миссис Картер, они поправляются, – нахмурившись, сказал доктор Эванс. – Но большинство этих людей не являются питчерами [9]Высшей лиги.
Мое сердце рухнуло вниз.
– О чем вы говорите?
– Я говорю о том, что необходимо сперва сделать рентген, а уж потом я смогу дать точные ответы на ваши вопросы.
Джек опустил голову, и я заметила, как он закрыл глаза.
– Мне нужно отвезти его в больницу? – я хотела достать телефон, чтобы вызвать Маттео.
– Нет, нет. В соседней комнате есть рентген-аппарат. Как врач команды я несу ответственность за состояние Джека и его восстановление. Это моя работа.
– Вау. Значит, нам не нужно никуда ехать?
Пока мне не пришлось столкнуться с этой проблемой, я раньше не задумывалась, что происходит, когда игрок Высшей лиги получает травму. Неверно предположив, я бы решила, что Джека отправят в больницу, как и всех обычных людей. Но, учитывая, что команда фрахтует частный самолет, чтобы летать на игры в другие города, ничего обычного в их образе жизни быть просто не может.
– Если я уеду с командой, один из моих помощников будет здесь, чтобы помочь вам. Поэтому нет, вам не нужно ехать в больницу. Вы не должны никуда везти Джека, только сюда.
Теперь, когда я знала, что команда займется лечением Джека, я позволила себе успокоиться, ведь о нем позаботятся люди, которые заинтересованы в этом больше всего. Не меньше, чем сам Джек, его здоровье представляет большой интерес боссам команды.
– Прошу извинить нас, миссис Картер, это займет всего минуту. – Доктор сделал Джеку знак следовать за ним в другую комнату. – Давай посмотрим, как обстоят дела с твоей рукой, Джек.
Я металась от стены к стене, по привычке нервно кусая свои губы. Я хотела позвонить Дину, но знала, что он станет задавать вопросы, на которые у меня не было ответов. Поэтому я решила никому не звонить, пока у меня не будет что сказать. Сломанная рука – это одно, но необходимость делать операцию – это совершенно другое.
Через несколько минут Джек вышел из медицинского кабинета один и осторожно заключил меня в свои объятия. Я чувствовала, как бьется его сердце, когда моя грудь прижалась к его груди.
– Я люблю тебя, Котенок.
Он быстро поцеловал меня, потом отпустил и снова уселся на смотровой стол. Его рука выглядела нездоровой: пальцы приобрели пурпурный оттенок и распухли до нелепых размеров. От одного взгляда на его руку мой живот болезненно сжался, и я поспешила отвести глаза в сторону.