Страница 59 из 70
Мне необходимо было провести вечер с подружками. И я говорю это не для того, чтобы кого-то оскорбить. Дэйв считает себя одной из нас еще со времен университета. Это так мило.
Я голодна. А так же пьяна.
Держась за стену в коридоре, для поддержки, я маленькими шажками иду в комнату. Включаю
музыку и подпеваю песне Carrie Underwood’s - Blown Away. Грустная песня.
- Печальная песня. Я не хочу печальную. Мне нужно что-то позажигательней. - Говорю я сама себе.
Покачиваясь, я осторожно тыкаю по кнопкам, и просматриваю свой плей-лист. Остановившись на The Fray’s Love Don’t Lie, я издаю радостный вопль и начинаю пританцовывать в такт музыке. Взяв с туалетного столика расческу, я провожу ею по птичьему гнезду, в которое превратились мои волосы и прокручиваю в голове события этого вечера.
Я встретилась с Дэйвом и Никки в баре и, обменявшись с ними поцелуями и обнимашками, села на расшатанный барный стул. Мы делились друг с другом тем, как прошла неделя, новостями и о говорили своих отношениях. Что было немного странно, потому как наш разговор происходил примерно так....
Я сказала им: - У нас с Твитчем пока все хорошо. Он сложный и все такое, но со мной он становится другим. Он хорошо относится ко мне. Ему нравится баловать меня и с каждым днем я люблю его все сильней. Так что, я думаю, у нас все хорошо.
Никки и Дэйв мило улыбались глядя на меня. Я так рада, что мои друзья поддерживают меня. Это так много для меня значит.
Потом Дэйв взглянул на Никки и выдал: - Как, ты думаешь, обстоят дела с Хэппи?
Она пожала плечами: - Нормально. Мне кажется. Секс обалденный и я уверена, он предпочитает женщин, но... - Она одарила Дэйва хитрой улыбкой: -.... мне нравится наблюдать за ним и Дэйвом. Это так возбуждает.
Дэйв игриво ее толкнул: - О, спасибо, крошка. Мне тоже нравится смотреть как вы трахаетесь. Киска меня не привлекает, но наблюдать за всем действом - очень горячо.
У меня отвалилась челюсть из-за странного предмета их разговора.
Никки захихикала: - О, особенно мне нравится, когда он... - она наклонилась к Дэйву поближе и прошептала что-то ему на ушко. Дэйв закусил губу, прежде чем пробормотать: - Мне тоже это нравится.
Подняв руку, привлекая внимание бармена, я сделала заказ: - Мне потребуется примерно одиннадцать коктейлей, чтобы стереть последние пять минут идиотизма из моих воспоминаний. Что бы вы посоветовали?
Пока мое лицо пылало от смущения, Никки и Дэйв ухмылялись как пара кошек, которые добрались до сливок.
Мы пили. И болтали. И вновь пили.
Потом разговор пошел в более привычном для меня русле.
Дэйв нечленораздельно произнес: - Вы знаете какое слово является странным?
Никки и я ждали его ответа, затаив дыхание.
- Брюки. Почему во множественном числе? Да, у каждого есть по две ноги, но это только один предмет одежды. Должно быть «брюк», черт побери!
Шепоток одобрения пробежался по залу. Потом я сказала: - Мне это тоже не нравится. Это та же самая ерунда, что и Увитбиксы. Почему одна штука называется Увитбиксы? По идее должен быть Увитбик, если один, правильно же?
Дэвид, кивая, потягивал свой коктейль: - Вот по этому-то мы и друзья.
Никки взволнованно хлопнула по барной стойке. – У меня тоже есть слово! Почему ножницы называются ножницами? - Дэйв и я окинули ее своими лучшими одобряющими взглядами и согласно закивали.
Я люблю моих друзей.
Тряся головой, вспоминая все те глупости, что мы несли в баре, я пританцовывала в такт музыке льющейся из моей супер навороченной стерео системы, кружась по всей комнате.
Повернувшись, я взвизгнула, наткнувшись на черную тень перед собой. Глубоко вздохнув, я открыла рот, чтобы закричать, как вдруг чьи-то руки обняли меня, и я почувствовала его запах.
Засранец Твитч. Подлый, глупый Твитч с этими его подползаниями, прятаньем, и подкрадыванием.
Млея от его объятий, я выдаю первое, что приходит мне в голову: - Почему ты больше не используешь на мне ремень?
Ух ты. В моем голосе прозвучало намного больше обиды, чем я планировала.
Отстранившись, он отвечает: - Потому что я уверен, что ты больше не попытаешься убежать.
Хмммм. Ну, я думаю в этом есть какой-то смысл. В нетрадиционном смысле слова. Я думаю.
Я все же надуваю губки.
Он удивленно спрашивает: - Ты напилась?
Я фыркаю: - Нет. Я выпила всего...- мысленно подсчитываю -....6 Лонг-Айлендов, и рюмку текилы. Я в порядке.
Произнеся все это, у меня вдруг подкашиваются коленки, и я висну в объятиях Твитча как тряпичная кукла. Он нежно целует меня где-то в области моих бровей: - Ты хочешь, чтобы я использовал ремень?
Я хрипло отвечаю: - Да.
Посадив меня на кровать, я наблюдаю за тем как он отходит от меня к свои штанам, которые валяются на полу, вытаскивает ремень из петель и идет назад ко мне. Вау. Он необъяснимо завораживающе действует на мое сознание. И так каждый гребаный раз. Обычно, мои мысли роятся в той штуке, которую я называю мозгом. Но в данный момент, все что я слышу - это пронзительный свистящей шум в голове.
Мы официально ненормальные.
В моем раскованном алкоголем состоянии, я говорю ему: - Я хочу попробовать что-нибудь новое этой ночью.
Он останавливается на полпути ко мне. То, как он оборачивает ремень вокруг своей руки, такой крепкой и привлекательной, это самая возбуждающая вещь, которую я когда-либо видела. - О, да? И что же, Ангел?
Я маню его пальцем, и он подходит ближе. Затем я встаю на колени на кровати и, наклонившись к его уху, шепчу: - Ролевую игру.
Он издает смешок: - Без проблем, я только «за».
Внезапно занервничав, я отстраняюсь и опускаю подбородок: - Ты скорее всего решишь, что я странная. Или ненормальная.
Он отвечает: - К черту нормальность. Кто решил, что нормально, а что нет? Ярлыки, малышка. Это все ярлыки. Ну, скажи мне, малышка, что именно ты хочешь? - Но я не могу решиться на это признание. - Давай, Лекс. Я не буду тебя осуждать. - Но я все равно не могу. Потом он осторожно спрашивает: - Ты хочешь попробовать то, что делала Линг?
Мне так стыдно. Я закрываю лицо руками, мое сердце бешено стучит в груди.
Он берет меня пальцами за подбородок и поднимает мое лицо. Я обессилено опускаю руки, смирившись с судьбой. Он смотрит в мои взволнованные глаза, нежно целует меня и говорит: - Как только я оберну ремень вокруг твоей шеи игра начнется. – И как только ему удается так упрощать все эти сложные для меня вещи? И почему, интересно, я этого так сильно хочу? Обе эти мысли кружат в моей голове. Мое время на раздумья заканчивается, когда он начинает закреплять толстый, черный ремень вокруг моей шеи. Смотрю на него, слегка приоткрыв рот, он осторожно наблюдает за мной. Затягивая ремень на самую последнюю прорезь, он тянет время, давая мне возможность отказаться.
Но я не откажусь.
Я не могу.
Мне нужно это.
Что-то внутри меня жаждет одобрения Твитча, и это
длится с того самого первого дня.
Он отпускает меня и пристально вглядывается в мое лицо. Я точно знаю, когда он входит в свою роль. В роль моего насильника. Я знаю это, потому что его полуприкрытые глаза темнеют, а его губы искривляются в жестокой улыбке. Он туго оборачивает остаток ремня вокруг своей руки и резко дергает. Я взвизгнула, когда мое тело врезалось в его сильный голый торс. Большая рука
крепко сжала мою задницу через ткань черного платья. Это прикосновение совсем не нежное и не ласкающее. Это так необычно, что мне кажется, что этот мужчина даже вовсе не Твитч.
Но не в этом ли вся суть игры? Именно сейчас мы можем стать двумя совершенно другими людьми. Людьми, которыми мы никогда не стали бы.
Это очень возбуждающе. Мое сердце колотится, и я начинаю потеть.
Тяжело дыша, я успокаиваю себя как могу, сползаю с кровати и встаю перед ним. Твитч