Неукротимый (ЛП)

Любопытный ублюдок.

Он уже у двери моего кабинета, когда я догоняю его. Маленькая улыбочка появляется на его губах. Я не в силах себя остановить, качаю головой из-за Лекси. У "воробушка" напрочь отсутствует музыкальный слух. Но ей плевать. Она любит петь. Так что пусть поет.

Приближаясь маленькими шагами, он слегка поворачивает голову ко мне, но не отводит от Лекси взгляда: - Она настоящая?

Мои губы дернулись, но я не отвечаю. Подходя ближе, я встаю рядом со своим другом и наблюдаю за Лекси из-за двери. Она выглядит такой маленькой за моим столом, сидя на моем кресле-троне. Я уверен, что ее ноги не достают до пола.

Я пожираю ее глазами.

Даже в этой одежде, что на ней надета в данный момент - которую я вовсе не одобряю, - она выглядит как с обложки журнала.

Она поет (хотя это больше похоже на скрип) "Выходи за меня" - Бруно Марс. Находясь где-то в своем собственном мире, она ерзает на стуле, но печатает без остановки, прежде чем, внезапно остановившись, откидывается на спинку и оценивает свою работу. В замешательстве она смотрит в компьютер и чешет голову. - Эй, Твитч. - кричит она.

- Да? - я отвечаю из-за двери. Она испуганно вскрикивает, ее рука подлетает к груди. - Не делай так! Я ненавижу, когда ты подкрадываешься. Или подползаешь. Или прячешься. - Ее лицо скривилось от раздражения, и она говорит: - Больше никаких пряток, черт возьми!

Потом она поднимает голову и видит нас обоих, смотрящих на нее с огромными улыбками на лицах. Ее лицо розовеет и в ней тут же просыпается леди. Она медленно встает, расправляет свои брюки и мою серую футболку - которая выглядит на ней чересчур огромной, - затем поправляет свой спутанный пучок волос и ее глаза расширяются, я так предполагаю от стыда, от того, что ее застали в таком невзрачном наряде.

Так ей и надо.

Подойдя к незнакомцу возле меня, она мило улыбается и протягивает ему руку. Прищурившись, он смотрит на нее с еле заметной улыбкой на губах, она тихо объясняет: - Прощу прощения. Я вас не заметила.

Взяв ее маленькую бледную ручку в свою большую загорелую лапу, он осторожно пожимает ее и улыбается: - Я не хотел прерывать ваше выступление. - Ее лицо заливает краска, а он хихикает: - Я Юлий.

"Нервная Лекси" решает дать о себе знать, и принимается болтать много и сбивчиво: - Как доктор Хибберт? Ну знаете, тот странный доктор из Симпсонов? - ее глаза становятся размером с блюдца: - Нет, я не хочу сказать, что вы странный! Это он странный! Доктор Хибберт этот. Вы - нет. Я имею в виду, вы может и странный, но я вас не знаю. Доктор Хибберт всегда смеется невпопад, над вещами, которые совсем не забавны и от этого попадает в неловкие ситуации. - Юлий смотрит на нее нахмурившись, пока она выдает весь этот поток информации, как-будто он не уверен, настоящая ли она. Лекси тихо добавляет: - Точно так же как и я сейчас говорю все это невпопад ... - Она замолкает.

Но Юлий ободряет ее своей ухмылкой: - Я люблю Симпсонов. Я по сей день смотрю их. - И вот так Лекси нашла родственную душу. Она широко улыбается: - Я тоже. Это мое тайное увлечение. Я не думаю, что есть такая жизненная ситуация, которая не была бы показана в Симпсонах.

Я не понимаю в чем суть Симпсонов. Я вообще не люблю смотреть телевизор. Но я смотрю Симпсонов с Лекси. Таким образом, я могу видеть ее смеющейся. А я люблю смотреть, как она смеется.

Я встреваю: - Я не понимаю это шоу.

Лекси бросает мне раздраженный взгляд и открывает рот, чтобы ответить, но Юлий перебивает ее: - Там нечего понимать, чувак. Это тупой юмор. Дешевые шуточки. В них не надо искать смысл.

Глаза Лекси становятся мечтательными, когда она смотрит на Юлия: - Точно! Именно поэтому оно настолько забавное.

Юлий смеется: - Черт, женщина. Ты покорила меня.- Лекси заливается румянцем, а он смеется вновь: - Так как тебя зовут, поющая птичка?

Дерьмо.

Опуская глазки в смущении, она тихо отвечает: - Алекса Баллентайн. Но все зовут меня Лекси. Я хотела бы, чтобы вы тоже звали меня Лекси.

В его глазах вспыхивает понимание. Он ее узнал.

Выпуская ее руку немного поспешнее, чем требовалось, его глаза расширяются на мгновение, прежде чем он смотрит на нее сверху вниз, натянуто улыбаясь, и отстраненно говорит: - Приятно было познакомиться, Лекси. Надеюсь, мы снова увидимся. Я уже уходил, но думаю нам надо перекинуться с Твитчем еще парой слов. - Ее лицо вытягивается из-за его внезапной смены поведения и от его необъяснимой холодности. Юлий замечает это и широко ухмыляется: - Рабочие проблемы, знаешь ли.

Натянуто улыбаясь, она говорит с ложной радостью: - Ага. Понимаю. Кстати, мне тоже нужно вернуться к работе. Так что прошу извинить меня.

И вот мы вернулись в мою гостиную, и он начинает.

Повернувшись, его глаза смеряют меня презрительным взглядом и пригвождают меня к месту: - Ты выжил из своего постоянно-влюбленного ума, брат. - То, как он сказал "брат" прозвучало как- будто я кто угодно, только не брат ему. - Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешь делать это, чувак. - Я не говорю ни слова. Мне не нужно объясняться перед кем бы то ни было. Я вижу, что страх за Лекси ярко сверкает в его глазах. - Она милая девушка, Твитч. Она не такая, какой ты представлял ее себе в своей долбанутой башке. Она тебе не враг. - Если бы кто-то иной назвал мою голову долбанутой башкой, я бы ударил его прямо в нос. И я вовсе не шучу. Указывая рукой на дверь, он рявкает: - Посмотри на нее! Она поет, пока печатает! Она говорит о Симпсонах как-будто они ее святыня! Она не заслуживает этого, чувак. Не делай этого.

Выглядя скучающим, я спрашиваю: - Это все, брат?

Я замечаю вспышку разочарования на его лице, но он быстро стирает его со своего лица. Он бесстрастно смотрит на меня: - Да. Это все. Я ухожу.

И он ушел.

Ну, нет. Мне это не нравится.

Это первое разногласие между нами за многие годы. От этого мой желудок болезненно сжимается. Мне плевать, если я разочаровываю людей. Но Юлий - он не просто какой-то человек.

Он - семья.

Мне нужно все ему прояснить. Немедленно.

Встаю и мчусь через коридор, вниз по лестнице и выбегаю через входную дверь. Я ловлю его, когда он садится в свой серебристый Мерседес. Я кричу: - Подожди.

Садясь в машину, он закрывает дверь и опускает стекло: - Что?

Я не знаю, что сказать. Юлий знает меня лучше всех. У него были деньки похуже, чем у меня по многим параметрам. И не смотря на то, что он мой друг, я всегда завидовал тому, что он справлялся со своими неприятностями лучше, чем я. Я очень долго ненавидел его за это. С тех пор как смирился с жизнью.

- Я люблю ее.

Смотря прямо вперед, я вижу, как его глаза удивленно вспыхивают. Он долго смотрит куда-то перед собой, прежде чем спрашивает: - Настоящей любовью? Или мне-нравится-трахать-ее-так-сильно-что-я-думаю-это-и-есть-любовь любовью?

Сжимая переносицу, я вздыхаю: - Первый вариант.

- Если ты любишь ее, ты не сделаешь ей больно.

Я усмехаюсь: - Это по любому случится, тебе так не кажется? Она еще ничего не знает, Джей! Она не знает мое настоящее имя. Она не знает, почему я преследовал ее. Она даже не знает, что я нанял...- Дерьмо. Я даже не могу произнести это вслух.

Он заканчивает мое последнее предложение за меня: - Она не знает, что ты нанял того мужика, чтобы он изнасиловал ее. - С трудом сглотнув, мне вдруг становится плохо.

Приближаясь к окну автомобиля, я опускаюсь на колени и шепчу: - Мне нужен был шанс. Это был единственный способ....

Юлий прерывает меня: - Нет, это не так. Ты не имеешь право придумывать оправдания тому дерьму, бро. Он избил твою девчонку. Ты устроил это. Тебе с этим жить. Не мне.

Не в силах справиться со своим гневом, я бью кулаком по машине, движимый страхом и злостью. Злостью на себя самого, что позволил этому произойти и страхом потерять ее. Ненавижу, когда он прав. Я шиплю: - Он не должен был заходить так далеко! Поэтому он мертв, а с ней все в порядке. Потому что я спас ее!