Неукротимый (ЛП)

Он замер, а затем повернулся ко мне: - Нуждалась в чем?

- Я бы хотела, чтобы ты ушел.

Его глаза потемнели: - Сначала я получу то, зачем пришел.

Мой голос незначительно понижается: - Зачем ты пришел?

Медленно и решительно он подходит ко мне, и я точно знаю, что он собирается сказать, еще до того, как он произносит это.

- Получить свой должок.

Я сел на край кровати, подпер голову руками, а локти положил на колени.

Слегка покачиваясь на кончиках пальцев ног, я спорю сам с собой.

Какого дьявола ты делаешь? Достаточно. Пора с этим кончать.

CD плеер на комоде тихо играет. One More Night группы Maroon 5.

"...Ты собираешься вновь заставить меня полюбить тебя.

Ты прилипла к моему телу, ты на моем теле как татуировка..."

Мое раскачивание из стороны в сторону усиливается, становится почти яростным. Сжимаю челюсть и крепко зажмуриваю глаза. Мое лицо исказили ненависть и гнев. Руки, сжимающие голову, сжались в кулаки. Стискиваю зубы и с силой впечатываю кулаки в свой лоб.

Во мне закипает ярость.

Резко встаю, подхожу к комоду, и хватаю плеер, выдергивая шнур из розетки. Иду к открытому окну, выкидываю плеер так далеко, как только могу и закрываю окно.

Слышится глухой стук. Кажется, плеер разлетелся вдребезги.

Закрываю глаза, глубоко вздыхаю и терпеливо жду, когда мой сердечный ритм восстановится.

Поворачиваюсь, и смотрю на кровать, где она спит.

Только она совсем не спит, ее яркие голубые глаза широко раскрыты. Она видела то, что я только что сделал.

Я не привык, чтобы кто-то присутствовал во время вспышек моей злости.

Она лежит на животе, ее голая спина выглядит бледной в лунном свете. Покрывало сползло вниз, обнажая спину и едва прикрывая ее милую попку. Она смотрит на меня без осуждения или злобы.

И на секунду, я возвращаясь в те давно забытые времена. В те времена, когда жизнь была хороша.

Пробегаю рукой по волосам, вздыхаю и иду к кровати. Сажусь рядом с ней, убираю ее темные волосы с плеча, нежно касаюсь кончиками пальцев ее плеча, потом локтя, и отстраняюсь.

- Хей.- я тихо говорю ей.

Она осторожно отвечает: - Хей.

Выражение моего лицо смягчается от звука ее голоса. Черт!

- Я куплю тебе новый плеер.

Ее лицо остается безучастным. Она ласково отвечает:  - Все в порядке. В любом случае я хотела купить новый, и ты только лишь ускорил это событие.

Е-мое.

Есть ли хоть один мой поступок, который выглядел бы плохо в глазах этой женщины?

Кажется, остатки предыдущей вспышки злости снова закипают во мне, и я смотрю на нее. Она тут же замирает, а в ее глазах появляется страх. Я горько усмехаюсь: - Детка. Серьезно. Ты слишком умна, чтобы быть с таким типом как я, и ты определенно умнее, чем те пустышки, которые трахаются с такими парнями как я. Но я понимаю, что ты готова довольствоваться и такой малостью. - Жестокая улыбка появляется на моих губах. - В конце концов, хорошие девочки всегда хотят плохих мальчиков, не так ли?

Она садится на кровати, простыня спадает с нее, и я любуюсь ее обнаженной красотой.

Ее красивые глаза теперь печальны и затуманены. На ее лице чистейшая ярость. Она настолько зла, что аж дрожит. Она шепчет: - Убирайся.

Я испускаю сдавленный смешок, и закатываю глаза, предвидя сцену, которую она собирается закатить. Мой смех прекращается, когда прикроватный светильник летит в меня, и врезается в стену над моей головой. Осколки стекла падают на пол к моим ногам.

Я направляю свой взгляд на нее: - Ты могла бы выбить мне глаз, Лекси. Какого хрена!

Она встает и пересекает комнату, берет хрустальную вазу и со всей силы бросает ее в меня. Я ловлю вазу в воздухе, а она в это время кричит:  - Я сказала, пошел отсюда на хрен, Твитч.

Слезы текут по ее разгневанному лицу, ее тело трясется от злости, и я чувствую себя мудаком.

Хотя я не могу себе позволить, чтоб она это заметила. Это не часть меня. В любом случае, больше не часть меня.

Ставлю вазу на стол около двери, молча натягиваю брюки, затем туфли, беру свою рубашку и пиджак в руки и ухожу.

Как только я закрыл за собой дверь, Лекси издает стон полный боли и страдания.

И на этом все.

Это будет мне напоминанием, почему мы никогда не сможем быть вместе.

Я очень долго и скрупулёзно обдумывала все, что произошло с Твитчем прошлой ночью. Час за часом я пыталась понять, как я ко всему этому отношусь, и решить, как мне теперь быть.

Приняв решение, я решила навестить его на работе. И только тогда, когда я подошла к его офису и остановилась перед дверью, я поняла насколько я глупая.

Но если я не сделаю этого сейчас, то я никогда уже этого не сделаю. Так что я решилась. Прямо сейчас. Я бы солгала, если б сказала, что мне не было страшно.

Вхожу без стука и его рассерженное лицо кидает взгляд в сторону двери, чтоб посмотреть кто же посмел его прервать. Когда он замечает меня, его брови удивленно взмывают вверх, но он быстро снова становится серьезным и непроницаемым. Смотря обратно в компьютер, он печатает и бормочет:

- Я как бы занят. Что тебе надо, Лекси?

Лекси. Не Ангел.

Закрываю за собой дверь и делаю два шага вперед. Моя напускная храбрость тут же выпрыгивает в открытое окно.

- Я-я думаю, тебе нужна помощь, - говорю я слабым голосом.

Его лицо ожесточается. Глаза становятся холодными.

Потеряв то немногое, что я думала, еще оставалось от моей храбрости, мой голос дрожит:

- Ходить к психиатру не так уж и плохо, Твитч. Я тоже хожу.

Он резко поднимается со своего места. Его стул врезается в стену. Меня трясет. Он приказывает:

- Выметайся.

Когда он видит, что я даже не шелохнулась, он медленно обходит стол, словно хищник.

Лев, который собирается накинуться на свою жертву.

Я оцепенела от мысли, что антилопой буду я.

Когда он останавливается в футе от меня, я шепчу:

- Ты не должен так жить, Твитч.

Он закрывает глаза.

- Я сказал, выметайся.

- Там тебе помогут.

Он стиснул челюсть.

- Выметайся, Алекса.

- Ты почувствуешь себя новым человеком.

Он распахивает глаза. Наклоняется, пока мы не оказываемся нос-к-носу, стискивает свои зубы и шипит:

- Выметайся отсюда на хрен, сука.

Я не обращаю никакого внимания на его грубое оскорбление. Будучи социальным работником, я знаю как работают защитные механизмы людей, и к тому же, меня называли словечками и похуже. Дрожа, я решаюсь кое-что попробовать.

Кое-что невероятно глупое.

Медленно поднимаю трясущиеся руки вверх, и нежно беру его лицо в свои ладони. Его челюсть сжимается под ними, а его холодные, сердитые глаза встречаются с моими. Я шепчу:

- Ты не хочешь причинить мне боль.

Он выплевывает:

- Если кто-то и причинит тебе боль, так это буду я.

Мое сердце пропускает удар. Жестокая ухмылка появляется на его лице.

- В чем дело, Лекси? Ты испугалась?

Я моргнула.

Мое дыхание сбилось.

- Ты вселяешь ужас.

- Тогда почему ты все еще здесь?

- Потому что тебе нужна помощь.

- Не от тебя.

- Если не от меня, то от кого?

Его глаза вспыхивают еще раз, прежде чем он закрывает их и наклоняет свой лоб к моему. Он хрипло произносит:

- Я собираюсь причинять тебе боль. - Констатация факта.